Загадка башни
Шрифт:
Конечно, такие слухи могли привлечь и нежелательное внимание, но после того, что мы сделали с бандой Когтя вряд-ли кто-то из местных решиться на нас полезть. Разве что храмовники, но тут уже можно будет прикрыться бойцами Сенешаля и статусом королевского посла. Вернее его сопровождающего.
Но будет у слухов и другая, куда более приятная сторона. Если всё сработает как задумано, то они значительно расширят наши возможности вербовки. Того железа, что мы набрали в логове и на перекрёстке худо-бедно должно хватить на вторую линию. Но ведь нужны же ещё и люди. И при этом в немалом количестве. Качество, конечно, тоже играет роль, но даже местных горе-вояк
Заложники, один за другим неохотно вылезали из повозки. От моих людей они не ждали ничего хорошего и старались держаться подальше. Но очень быстро менялись в лице, замечая, что именно Остин им протягивает. Бойцы, стоявшие рядом и наблюдавшие за выдачей «компенсаций» тоже менялись в лице. Вот только совершенно в другую сторону. До меня, наконец, начало доходить, в чём именно я продалбался.
Парни рисковали жизнями, штурмуя логово Когтя. Эти же — стояли в сторонке. И теперь, за то что они постояли в сторонке, им выдают монету, на которую рядовому бойцу нужно впахивать несколько месяцев. Да уж, это действительно залёт, причём капитальный. Мужики проявили невиданную, да и несвойственную для них честность — принесли почти всю найденную монету в казну отряда, при этом не распихав добрую половину найденного по карманам. А я теперь так с ними поступаю… Да уж, пятикратным жалованьем на неделю я тут не обойдусь. Придётся каждому раздать не меньше, чем заложникам. Накладно, ну а куда деваться? Остаётся надеяться, что после этого от награбленного останется хоть что-то для казны отряда.
Когда раздача денег закончилась, я махнул рукой, подзывая бывших заложников к себе. Те охотно подчинились. В этот раз даже навершиями копий понукать не пришлось. Подошли, сгрудились в кучу, словно перепуганные курицы, и выжидающе уставились на меня. Я ещё раз обвёл взглядом собравшихся людей. Женщины и дети. Перепуганные, сбившиеся в кучу и прижимающие к груди полученные монеты, справедливо опасаясь, что их в любой момент могут забрать обратно. Опасались, надо сказать — не беспочвенно. Впрочем, теперь уже всё зависит от них самих и от их удачи.
— Сейчас идите по домам. Заприте двери и ставни. Нос на улицу до утра не показывайте. Ночка будет громкой и, вероятно, кровавой. В драку не полезете — останетесь живы, — я на мгновение замолчал, собираясь с мыслями, потом всё-же добавил, — Утром оповестите всех, чтоб не совались на старый хутор. Кроме собственной смерти от когтей трупоедов они там ничего не найдут — мы уже вынесли всё, что не было прибито к полу. Всё, свободны.
Люди ещё несколько секунд стояли, молча взирая на меня. Затем повернулись и принялись растворяться в серых сумерках ближайших проулков. Никто не проронил ни слова. Ко мне подошёл капитан. Я и его наградил коротким, но выразительным взглядом.
— Родственникам тех, кого мои парни прикончили в корчме город заплатит из своей казны, — бросил я ему, — Надо полагать, после Губернатора ты второй человек в городе. Так что проследишь за этим. Нет — тогда мы вернёмся и проследим сами. Это будет вашей платой за равнодушие, которое вы проявили к моему человеку.
Капитан кивнул. Помедлил немного, а затем указал на вторую группу женщин и детей, плетущихся за повозками и спросил.
— А с этими вы что будете делать?
— С родичами банды Когтя? Ничего, — я равнодушно пожал плечами, — Отдадим вам. Сами решите, пощадить их или сводить счёты.
— Может начаться драка, — капитан встопорщил усы и покрепче сжал древко своего копья, — Наверное лучше…
— Может, —
Капитан тихо выругался себе под нос. Похоже, он уже знал ответ. Впрочем, он же сам в этом и виноват. Сознательно или нет, но довёл ополчение до состояния, когда оно даже бандитам не может дать сдачи.
Я махнул рукой, и отряд неторопливо двинулся дальше. Городская площадь уже виднелась в отдалении. По пути нам попалось несколько человек. Женщина с ребёнком, которые тут же скрылись в ближайшем проулке. И несколько крепких мужиков, направлявшихся туда же, куда и мы. Один из них тащил в руках топор для рубки дров. Другой — большие двузубые вилы. Третий — внушительных размеров цеп, которым молотят зерно. Мужики чувствовали, что намечается какая-то серьёзная заварушка и не собирались её пропускать. Мои же ребята при виде этой «воинственной» троицы в голос заржали.
— О, посмотри, ещё одни вояки херовы, — гоготнул Остин, — Вы куда это намылились, а?
— На войну поди собрались, — хмыкнул Ивар, — Да вот только припозднились самую малость.
— Если б вы так с бантитами дрались, как со своими собираетесь, мы бы может и вовсе бы не понадобились, — прогудел Ольрих.
Один из мужиков что-то невнятно буркнул в ответ, и вся троица заметно ускорилась. Вслед им летели насмешки и улюлюканья моих солдат. Я не стал их одёргивать. Пусть парни развлекаются. Тем более, что их слова более чем справедливы.
До площади оставалось метров пятьдесят, когда я снова остановил отряд.
— Хавель, подойди сюда. Ларс, ты со своей десяткой тоже.
Бойцы поравнялись с головой колонны и выжидающе уставились на меня. Я кивнул охотнику.
— Возьмите свободные мешки из телег. Хавель, покажешь ребятам, где находится дом губернатора. Действуйте так же, как и в логове Когтя.
— Берём всё, что можем утащить? — хищно оскалился Ларс.
— Именно, — кивнул я, — Ежели домочадцы попытаются сопротивляться, разрешаю дать им по морде. Но убивать не нужно. Уяснили?
— Так точно, товарищ командир, — кивнул десятник.
— Приступайте.
Бойцы неторопливо направились к одному из фургонов и принялись вытаскивать из него пустые тканевые мешки. Ко мне снова подошёл капитан стражи.
— Это ж грабёж посередь бела дня! — мужик возмущённо встопорщил усы, — Вы не можете просто так взять и…
— Попробуешь нам помешать? — я смерил его испытующим взглядом. Капитан невольно отступил на шаг назад и слегка съёжился. Рядом со мной ему было не по себе. Оно, впрочем и правильно.
— Нет, но ведь я обязан…
— Обязан ты был защищать горожан от произвола бандитов. Да вот что-то вышла накладочка, — я ухмыльнулся, немного помолчал и добавил, — Но если тебе так будет спокойнее, считай это компенсацией за нашего погибшего товарища.
— Мы же уже…
— Что «уже»? Что вы блять «уже»?! — несмотря на усталость, я начал понемногу закипать. Рука сама собой потянулась к ножнам, — Нападение произошло в городе. На ввереной тебе территории. И ни одна сука, включая твоих стражников не помогла моему раненому бойцу, когда его товарищ просил о помощи! Его можно было спасти, но из-за вас уёбков он истёк кровью! И хуй знает, выкарабкается ли в второй. Так что закрой свой поганый рот и благодари всех богов за то, что в качестве компенсации мы забираем себе лишь добро вашего губернатора. Могли ведь и кровью взять долг, сравняв с землёй весь этот проклятый город!