Зачисление
Шрифт:
— Я не хочу умирать.
— А как же хваленая гордость воина? — спросил я, стараясь вывести её на эмоции.
— Мне всего семнадцать лет! — воскликнула она. — Я только начала жить.
— Зачем тебе жизнь обрубка? — спросил я. И потом мне пришла в голову мысль. — Только не говори мне, что вы ещё можете восстанавливаться!
И судя по её реакции, я попал в точку.
— Да. Прошло бы несколько десятилетий прежде чем я смогла бы накопить энергию и отрастить одну руку. С одной рабочей конечностью процесс пошёл бы во много раз быстрее.
В
— Аяна, я до сих пор не могу понять зачем ты мне всё это рассказываешь? — спросил я.
— Помоги мне и я стану служить тебе!
— Ахах-хах-ха, — засмеялся я. — Ты хотела убить моего отца! Ты вообще дружишь с головой или нет?
— Но не убила же! — ответила она.
— Тебе просто-напросто помешали, — указал я в сторону Зеса. — Знаешь, весь наш разговор бессмыслен! Откровенно говоря, меня только одно интересует, как у тебя получилось выбраться из темницы и поселиться здесь. — Она отвернулась, показывая, что отвечать не собирается. — Понимания не наступило! Зес, — привлёк его внимание я, — сегодня же вернуть её в темницу!
— Подожди, — попросила Аяна. — Не надо в темницу.
— Отвечай! — приказным тоном сказал я.
— Вампиры не имеют никаких ментальных способностей. — И видя, что я её не верю, продолжила. — Но мы чувствуем человеческие эмоции.
— Что ты этим хочешь сказать? — спросил я.
И цвет её глаз изменился. Когда я увидел Аяну в первый раз, я подумал, что у неё глаза красного цвета, но сейчас я понял, что всё это время она поддерживала свою способность активированной.
— Мой цвет глаз с рождения зеленого цвета, — сказала она. — И я всё это время внимательно слушала о чем говорили окружающие меня люди. А вовремя сказанное слово очень помогает для наведения дружественного контакта, — сказала Аяна.
Это ж каким психологом нужно быть, чтобы так быстро втереться в доверие к Ерби и Зесу. В особенности к Зесу!
— И что мне делать с тобой дальше? — задумчиво спросил я. Этот вопрос был адресован не столько энергетику, сколько мне.
— Юный Тьер, я обещаю тебе, что не причиню не тебе, не твоим близким вреда. Посмотри на меня, — попросила она, — у меня нет ни рук, ни ног. И даже если бы я захотела причинить кому-нибудь вред, то у меня ничего не выйдет.
Я не стал ничего ей ответь, приказав слугам перенести энергетического вампира в соседнюю комнату.
— Зес, — сердитым тоном начал говорить я, — уж чего-чего, но такого я точно не ожидал.
Ерби попыталась оправдаться.
— Ярар, я понимаю, как ты видишь ситуацию. Но она не сможет нам навредить.
— Леди Балакина, — перешёл на официальное обращение я, показывая таким образом своё отношение к происходящему, — она враг! А Вы пустили врага Тьер к себе домой!
— Ярар, — обратился ко мне Зес, –я не смог возразить супруге! — Я кивнул ему, чтобы он продолжал. — Мы пробовали получить от неё сведения грубой силой, но это не дало результата. Сейчас же мы получаем от неё сведения иным способом.
— Ещё скажи, что
— Да, — спокойно ответил Зес, чем ещё сильнее удивил меня.
— Вы хоть понимаете, как бредово это звучит? Ерби, сколько времени тебе понадобилось для того, чтобы принять такое необдуманное решение.
Она отвела взгляд. И вместо неё ответил Зес.
— Ерби познакомилась с ней почти в первую неделю её пребывания в нашей темнице в Балакино. Так что совсем уж необдуманным решением это не было. И когда Ерби узнала про перевод Аяны в общую камеру, то выпросила меня помочь ей. В общем, я согласился, но с обязательными условиями. Ерби не подходит к ней и уж тем более не подпускает к ней нашего ребенка. Кормят и водят в уборную её только слуги. И мы разбираем с Ерби вопросы, которые она должна с ней обсуждать во время их бесед.
Я внимательно слушал Зеса. И в принципе, если всё озвученное им правда, то может они поступили правильно. Сейчас мы знаем во много раз больше, чем пока Аяна находилась в темнице. Заказ на убийство она не смогла исполнить, оставшись калекой, как я раньше думал, навсегда. Рук и ног её лишил Орлов. И крови пока между нами нет.
— Хорошо, — произнёс я. — Дайте мне ваш блокнот, я прочитаю его и вечером жду вас. Обсудим, что вам удалось узнать и какие вопросы нам нужно ещё ей задать. За ней кто-то следит пока вас рядом нет? — спросил я.
— Да, — ответил Зес, — четыре стражника с ней даже ночью.
Я кивнул. После чего вышел. Близился обед, и я пошёл в сторону спален брата и сестёр. Ведь после похорон отца мы почти не общались.
Родных я нашёл в одном из классов. В нём Григорий вёл урок по арифметике. И сейчас у доски стояла Ярина. Она с задумчивым видом держала мел в руке и что-то себе под нос тихонько шептала. Вначале я подумал, что она просто проговаривает формулу. Но потом я посмотрел на Григория, который с каждой секундой всё сильнее багровел.
— Ярина! Это не я тупой осёл. А ты… Тебе следует уделять больше времени для изучения наук. В мире есть вещи поважнее магии, которой ты постоянно занимаешься! — прокричал на одном дыхании Григорий.
Я тихонько постучал по двери, привлекая к себе внимание.
— Ярар, — радостно закричали в три глотки Тимофей, Мария и Ярина. Они побежали в мою сторону и вцепились в меня.
— Привет- привет, — улыбаясь сказал я. — Вы почему дядю обижаете?
Пока я общался с ними, к нам подошёл Григорий.
— Привет, мой ЛЮБИМЫЙ племяш, — выделил он слово.
— А мы значит не любимые? — вскинулась Ярина.
— Сказала та, что меня буквально минуту назад называла тупым козлом, — проворчал дядя.
— А ты их лупи почаще! — предложил я, подмигнув ему. — А то я начну думать, что это они твою любимые племянники. Ведь ты их не наказываешь за непослушание и сквернословие.
— Он что тебя бил? — с недоверием спросил Тимофей.
— Разумеется! — соврал я. — И я до сих пор благодарен за науку!