Зачисление
Шрифт:
— Да, — ответила Элин.
— Обещаю, — взял её за руку и посмотрел ей в глаза, — я постараюсь исправиться и, как только немного разберусь с накопившимися делами, постараюсь реабилитироваться.
— Договорились, — ответила она, после чего вернулась к своей карете, у которой её ждала Ерби.
Повернувшись я увидел, что рядом со мной стоит Зес.
— Думаю, если бы ты немного проехался с Ерби и Элин в карете, то никто посторонний об этом не узнал бы.
— А что ж ты сам не сел к ним в карету? — усмехнувшись спросил я.
— Тоже верно, –поразмыслив
После этого я пошёл вместе с Зесом ставить палатку для женщин. Хотя его смело можно было назвать полноценным шатром. Вообще путешествовать вместе с женщинами и с детьми, крайне утомительно. При сборах нам пришлось загрузить две дополнительные тележки с вещами, игрушками и палатками. И ещё пришлось взять нянечку, у которой была тоже семья!
Я ещё раз подумал о том, что нужно как можно скорее решить вопрос с транспортом. От тряски в дороге я был крайне недоволен.
Тем временем слуги и воины занимались обустройством лагеря. Кто-то занимался лошадьми, распрягая их и уводя на водопой. Кто-то пошёл в лес за дровами, остальные, как и мы, ставили палатки.
— Почему ты снова оставил Ронака? — спросил я у Зеса.
Зес нахмурился.
— Он сам вызвался остаться с Тимофеем. Но когда мы отправимся в столицу он обязательно поедет с нами.
— Хорошо, — сказал я, не продолжая, как я понял, больную тему для друга.
Когда мы закончили я пошёл в сторону карет, в которых ехала прислуга.
— Ты куда? — спросил Зес, заметив куда я направляюсь.
— Хочу посмотреть, как там прошло путешествие Джу Ли с нашей пленницей.
— Зачем ты забрал вампира с собой? — сразу же спросил Зес.
— Потому что собираюсь исследовать её организм! Перед выездом я отправил письмо деду, чтобы Корф и Герек вместе с учениками ускорились и как можно скорее возвращались в Балакина.
— Знаешь, мне кажется тебе срочно нужно нанимать как можно больше людей для твоих исследований, — сказал Зес.
— Знаааю, — ответил я. — Надеюсь, что Ясул смог найти египетских жрецов, желающих перебраться сюда. Нужно растить свои кадры, а для этого нужно их где-то взять. Замкнутый круг какой-то! — проворчал я.
Подходя к крытой непромокаемой тканью телеге, я услышал смех. По голосу я узнал Джу Ли и Аяну Хрущёву.
– Ты своей иголкой решила меня насквозь проткнуть? — веселым голосом произнесла Хрущева.
– Извини, — послышался виноватый голос Джу. — Сильно больно? Я ставлю иглы так же, как и обычному человеку. Неужели у тебя другое строение организма? — с удивлением спросила она.
– Не глупи! Мне больно, потому что большинство мышц не ощущает прежней нагрузки, а не из-за того, что ты поставила иглу неправильно. Мои мышцы, мягко говоря, атрофируются, — ответила Аяна. — Если хочешь знать, то строение у энергетиков ничем не отличается от человеческого. Разве что у нас более крепкие и эластичные связки и мышцы. Ну и кости прочнее и тверже.
– Смотрю тебе это не сильно помогло, — с иронией сказала
– Я ещё жива, а значит ещё ничего не кончено. Кончено пришлось нелегко, и в какой-то момент я почти сдалась. Но потом я встретила твоего господина.
– И что же изменилось? — с интересом спросила рабыня.
– Не знаю. Называй это интуицией. Когда смотришь на него ощущаешь что-то противоестественное. Что-то темное. Я такое чувствовала, когда меня представили нашему главе.
– А где сейчас тот глава? — спросила Джу.
– Умер. Он был стар. По крайней мере так сообщили остальные старейшины.
– А ты думаешь иначе?
– Не важно, что я думаю. Это было давно. И от старейшин я за всю жизнь не видела и не слышала ничего плохого. Даже если они и убили главу, то значит так было нужно.
– Суровая у вас жизнь.
– Не говори о том, чего не знаешь, — произнесла Хрущева. После чего она достаточно громко спросила. — Монстр, ты ещё долго будешь нас подслушивать?
Поняв, что нас заметили, я откинул занавеску.
— Ещё раз назовёшь меня монстром, и я прикажу разместить тебя в рабских бараках, — в телеге было довольно темно, и я не сразу понял, что Хрущёва сидит без верхней одежды. Но поняв это, я отвернулся. Её обнаженное тело у меня не вызвало интерес. Скорее наоборот. Ведь неприятно смотреть на человека, у которого нет ни рук, ни ног. К тому же из её тела торчало большое количество иголок.
— Что, не нравлюсь? — с горечью сказала Хрущева.
— Завтра ты поедешь со мной. Расскажешь, как тренировать моё *зрение*.
— А что я получу взамен? — спросила она.
— Вампир, знай своё место! — громко сказал я. — Моё отношение к тебе может резко ухудшится. И это может быть для тебя фатально!
Сказав это, я развернулся и пошёл обратно в сторону своей палатки. Костры ещё только начали разводить, и об ужине ещё минимум час можно и не мечтать.
На обратном пути я достал рысенка из облюбованной им сумки и отпустил побегать по травке. Наша связь стала крепче, и находясь рядом с ним я стал ощущать его чувства. Мне уже не нужно было встречаться с ним взглядом, чтобы понять, когда котенок хочет кушать или в туалет.
— Как ты его назовёшь? — спросил Зес.
— Я не думал об этом, — ответил я. И увидев недовольное выражение лица друга, пояснил: — Зачем ему имя, если он его не услышит?
— А ваши мыслеобразы? Как в них ты к нему обращаешься?
— Зес, представь себе, что ты хочешь кушать. Он присылает мне образ чего-нибудь съедобного. И всё это настолько примитивно, что не может идти и речи о именах.
— Я тебя прошу, дай ему имя. Для меня коты священные животные. А жрецы богини Бастет, даже несмотря на веру во Всевышнего, очень почитаемы.