Зачарованная

Эдмондз Люсинда

Сегодня, усаживаясь в такси, Николь точно не знала, что она испытывает к виконту, – вожделение или любовь, но давно уже у нее не было такого волнения при мысли, что предстоит провести вечер с мужчиной у него на квартире. Чувство неполноценности, появившееся с тех пор, как она вышла замуж за Сашу, исчезло в последние два месяца без следа, после того, как Джулиан осыпал ее комплиментами и цветами. Теперь Николь снова чувствовала себя прекрасной и соблазнительной.

Если этим вечером Джулиан предложит ей остаться, она согласится.

Они не

говорили о том, что Николь замужняя женщина, как и о том, что он близкий родственник королевы и уже имел связи с женщинами, о которых писали газеты. Взаимная симпатия сделала их отношения настолько увлекательными, что за долгие часы свиданий они забывали практически обо всем.

Сегодня, Николь это знала, будет ее последняя встреча с Джулианом, по крайней мере, перед тем, как они с Сашей уедут в Нью-Йорк.

Такси остановилось перед домом, где была квартира Джулиана. Николь расплатилась с шофером, подошла к двери и нажала кнопку звонка.

– Заходи, – раздался в динамике голос виконта, и у нее по спине прокатилась волна возбуждения.

Он ждал ее у двери, и когда она вошла, поцеловал в щеку.

– Ты, как всегда, прекрасна, – улыбнулся Джулиан. – Входи.

Он ввел ее в роскошную гостиную с маленьким столиком, стоящим в центре.

– Шампанское?

– Да, с удовольствием.

Джулиан взял из ведерка со льдом бутылку, открыл ее и наполнил золотистой жидкостью два высоких бокала. Николь взяла бокал, хозяин поднял свой.

– За счастье!

– Да, за счастье.

Они пригубили вино, а затем некоторое время сидели в молчании, почти физически ощущая, как вокруг них сгущается возбуждающая атмосфера ожидания.

– Ты голодна? – спросил Джулиан.

– Да, пожалуй, я бы что-нибудь съела.

– Должен признаться, что я сегодня отослал кухарку. Однако она приготовила ужин, так что, если ты немного подождешь, я подогрею его.

Николь села в предложенное кресло и снова пригубила шампанское. Давно ее не пытался соблазнить мужчина, и от этого она чувствовала легкое возбуждение, а нервы ее были напряжены до предела.

Затем они опять сидели, поедая прекрасное жаркое, и разговаривали, как всегда, обо всем и ни о чем.

– Когда вы уезжаете в Нью-Йорк?

– В конце недели.

– Я буду скучать без тебя.

Николь не ответила. Она буквально ослабела от желания при виде сидящего перед ней красивого мужчины.

– Может, еще мяса?

– Нет, спасибо, я уже наелась.

– Вина?

– Пожалуй, да, – Николь встала и направилась к широкому низкому дивану.

– Что будешь пить, бренди или что-то другое?

– Лучше бренди.

Джулиан подошел к дивану, неся в руках два больших высоких стакана, и сел рядом с ней.

– Слава Богу, что теперь до самого Нью-Йорка у меня нет спектаклей, – вздохнув, сказала Николь. – Сезон был таким трудным. И как приятно, что теперь можно выпить и не опасаться, что завтра это отразится на танце.

– Я снимаю шляпу перед танцорами, – несколько высокопарно сказал Джулиан. –

Такая преданность своему делу, такое самоотречение и дисциплина.

– Да, – согласилась Николь, тем временем думая о том, сколько еще времени ей придется поддерживать светский разговор. Когда же, наконец, виконт обнимет ее и начнет целовать?

– Ваши тела прекрасны, как у античных богинь, – внезапно охрипшим голосом произнес он и прикоснулся к бедру Николь.

Месяцы сексуальной неудовлетворенности привели к тому, что она совершенно застыла от напряжения и возбуждения, желая только одного, чтобы он не остановился на этом, а пошел дальше. Джулиан тем временем взял у нее стакан и переставил на кофейный столик рядом с диваном.

– Мне кажется, ты самая сексуальная женщина из всех, кого я знал, – пробормотал он. – Я каждую ночь мечтаю о том, как буду обладать тобой и что буду делать в постели с твоим восхитительным телом.

Молодая женщина почувствовала, как мужская ладонь скользнула на внутреннюю поверхность ее бедра, а другая его рука медленно и осторожно накрыла ее левую грудь.

– Ты не против того, что я мечтаю о тебе, Николь?

Не в силах ответить, она только мотнула головой и в следующее мгновение почувствовала губы Джулиана на своих губах. Его руки сжали мягкие холмы ее грудей, и Николь чуть не застонала от желания и нетерпения. Мужчина мягко толкнул ее, опрокидывая на диван, и принялся лихорадочно расстегивать платье. Он так торопился, что две пуговицы с легким сухим щелчком отлетели куда-то в сторону, зато Джулиан мог теперь беспрепятственно просунуть свою ладонь под легкую ткань бюстгальтера и нащупать упругие точки сосков Николь.

– О, Боже, я хочу тебя, хочу тебя! – застонал он. – Я хочу увидеть тебя обнаженной.

Николь оттолкнула его и стремительно вскочила. Ее глаза лихорадочно, с вызовом, загорелись. Она молча посмотрела на Джулиана, а затем медленно сбросила платье, которое с легким шуршанием упало на пол, и осталась в своем легком белье.

Джулиан вожделенно и восхищенно смотрел на прекрасную женскую фигуру.

А Николь, соблазнительно улыбаясь, повернулась к нему спиной, давая возможность насладиться видом своих крутых ягодиц, и стала расстегивать пояс. После этого она медленно сняла один чулок, затем другой и повернулась к виконту лицом.

– Еще? – тихо спросила она.

– Да, – хриплым шепотом ответил Джулиан.

Николь потянулась руками себе за спину и расстегнула бюстгальтер. Легкая ткань упала на пол, открывая маленькие прекрасной формы груди. Джулиан в нетерпении бросился, чтобы прикоснуться к ним, но Николь снова оттолкнула его.

– Ты же сказал, что хочешь увидеть меня обнаженной!

– Да! О, да!

И тогда она медленно засунула большие пальцы под резинку крохотного шелкового треугольника, прикрывавшего холмик внизу ее живота, и стала сдвигать ткань дюйм за дюймом вниз. Наконец невесомая завеса упала к ее ступням, она переступила через них и выпрямилась.