Забвение роз
Шрифт:
– Мэтр Шардаш!
– снова сипло пискнула Инесса и в отчаянье запустила в медведя освещавшим дорогу шаром. Как выяснилось, сделала только хуже. Зверь заревел и поднялся на задние лапы.
Мериам и Алисия одновременно метнули заклинания боли и кратковременной слепоты - самые сильные из тех, которые знали. Сил сотворить новые не было: руки тряслись, мысли путались от нараставшего жара.
Голубая вспышка прорезала тьму, и медведь замертво рухнул чуть ли не на адепток. Его морда плюхнулась на подол Инессы, заставив девушек взвизгнуть и закрыть глаза. Когда они их открыли, увидели Шардаша. Профессор молчал, но по выражению его
Шардаш стоял напротив девушек, поглаживая кольцо с розами и буравя адепток взглядом. Те терпеливо ждали решения собственной участи.
– Преисподняя, - наконец рявкнул профессор, - я же обещал вас отпустить! Чтоб вас Крегс отчислил, безголовые курицы!
У Мериам отлегло от сердца: если ругается, обзывает, то не убьёт. Опять же противооборотное зелье при ней выпил, не перекинется. Правда, оставалась другая опасность - проклятие. Шардаш по-прежнему теребил перстень, а это дурной знак. С третьей стороны, они нужны профессору живыми как гарантия безопасности.
– Вы нас не убьёте, потому что иначе Белая страже не позволит вам уйти, - осмелившись глянуть Шардашу в глаза, заявила Мериам.
– Хоть до одной дошло! Предупреждаю: следующий побег обернётся переломанными ногами. Кости срастутся, зато вы под присмотром.
Рыкнув, Шардаш с шумом выдохнул и склонился над адептками. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить состояние их здоровья.
– Ты, - палец Шардаша уткнулся в Инессу, - тащишь на себе блондинистую подругу. Воспаление лёгких она практически хлопотала, но хоть ногами передвигает. А это чудо, которому я велел лежать, - палец переместился на Мериам, - придётся опять нести мне. Вас я тоже поздравляю, Ики, те же симптомы. В следующий раз хватайте не одеяла, а тёплую одежду. Опять в какой-то дряни вымазались... Завтра разберёмся.
Алисия со стоном опустилась на лавку и прикрыла глаза. Мериам всё ещё висела на плече у Шардаша, который деловито копался в кладовой, принюхиваясь к травам. Найдя то, что искал, он сгрузил адептку на стол: второй лавки на кухне не было, и прикрикнул на возившуюся с очагом Инессу:
– Что огнивом, что магией - толку нет! Вместо того, чтобы выспаться, вожусь с тремя дурами... Держите травы, варить, процеживать, пить, будете сами. Мыться придётся на улице, так что после сразу в дом. Хотя, нет, двух болезных вымою сам.
– Ну, - Шардаш перевёл взгляд с Мериам на Алисию, - кто смелый? Приз - компресс на лоб.
Обе адептки промолчали, и профессор выбрал сам. Мериам почему-то не удивилась, что её. Плеснув в ведро горячей воды, Шардаш разбавил её холодной из колодца, засучил рукава и велел адептке снять платье. В ответ та язвительно поинтересовалась, может, сразу и сорочку?
– Для адептов поберегите, - огрызнулся Шардаш.
– Считаю до трёх!
Чихнув, Мериам потянулась к крючкам и кое-как стянула платье. Оно тут же полетело в руки Инессы со словами: 'Выстирать!'. Шардаш, поджав губы, осмотрел дрожащую адептку и потянулся за полотенцем. Мало считаясь с возражениями Мериам, профессор привёл в порядок её руки, ноги, плечи, лицо и волосы - то, что пострадало от общения с негостеприимным лесом,
Оглядев мокрых адепток, Шардаш сыпанул в котелок травы, помешивая, поварил минуты три и плеснул в кружки:
– Выпить и спать. Обе ночуете в спальне. Обещанный компресс, Ики, вы получите.
Мериам буркнула, что обойдётся без него, попыталась встать, но тут же поняла, что не только компресс, но и рука Шардаша лишней не будет. Алисию, конечно, окатили водой, но она до этого не продрогла так, как Мериам. Профессор без лишних слов уложил адептку в постель, обернул одеялом и положил на лоб что-то тёплое, приятное. Затем вернулся за Алисией. Та воспротивилась, заявив, что хочет ночевать с Инессой.
– Хорошо, - пожал плечами Шардаш, - Ики теплее будет. Хотел уступить вам комнату, но раз такой норов... Там лежанка за дымоходом. Спокойной ночи!
И захлопнул дверь в спальню.
Инесса с облегчением перевела дух и проскользнула в сени с ведром воды и подсушенным полотенцем - мыться. Вернувшись, поставила томиться травяной настой, устроилась сушить волосы и, наклонившись, шепнула задремавшей Алисии:
– Как думаешь, он просто так с Мериам глаз не спускает?
Проснувшись, Алисия заморгала и попросила подругу повторить вопрос. После, немного подумав, ответила:
– Ну, она же всю эту кашу заварила, у него на неё зуб. Плюс Мериам на четверть оборотница, а мы люди. Главное, чтобы не покалечил. Ничего, продержимся пару деньков, и кошмар закончится.
Мериам недовольно забурчала, когда кто-то попытался вытащить из-под неё одеяло. Или оно ей не полагалось? Открыла глаза и снова закрыла, незаметно согнув руку в локте, чтобы было сподручнее бить.
– Ики, ваше изнасилование в программу дня не входит, - устало протянул Шардаш.
– Я всего лишь заберу одеяло и заверну вас в плащ. Он тёплый, длинный и не способствует бурным любовным играм: запутаетесь.
Прислушавшись, профессор в полусогнутом положении замер над адепткой, вздохнул и вернулся к прерванному занятию: вытащил одеяло и заменил его плащом.
В спальне было темно, снова открывшая глаза Мериам видела лишь силуэт Шардаша. Кажется, он разувался.
– Можно задать вопрос?
Шардаш что-то помычал в ответ и завалился возле Мериам, накрыв обоих одеялом. Адептка отодвинулась к самому краю кровати, профессор не возражал. Лязгнув зубами как зверь, он пробормотал:
– Завтра все вопросы, Ики, всё равно вам ещё лежать и лежать. И поговорить явно придётся, хотя надежда встретить разум в вашей голове невелика.
Через пару минут Мериам услышала ровное сопение и успокоилась. Шардаш действительно не планировал воспользоваться положением и вёл себя поразительно мирно. То ли притворялся, набивая себе цену перед правосудием, то ли действительно был неопасен для окружающих. Преподавал же он в школе, никого не трогал...
Усталость и жар сделали своё дело: Мериам тоже заснула. И не просто заснула, а умудрилась к утру привалиться к боку Шардаша, о чём с ужасом узнала, пробудившись от радостного возгласа Инессы. Проснулся и Шардаш, рывком поднялся с постели и метнулся к окну.