Забавы ради

Середа Настя

Поднимаясь по лестнице на последний - пятый этаж дома на Пятницкой, Шатаев в последний раз перебрал все версии - молниеносно, будто калейдоскоп. Он даже в кои-то веки вспомнил, что такое головокружение, а ведь оно ему было почти незнакомо. Так, решётка на месте, но это ни о чём не говорит. Сломать её незаметно практически невозможно. Чужой человек, решивший оказаться по ту сторону её, вынужден был бы звонить в двери и обязательно столкнулся бы с недовольной физиономией кого-нибудь из жильцов и изъезженным вопросом "вы к кому?" Совсем по-другому дела обстоят, если сей непрошенный гость одет в форму и имеет полицейское удостоверение. А не исключено, что еще и ордер на взлом и обыск квартиры. Шатаев вставил ключ в дверь квартиры и без труда открыл её - значит, замок не пытались ломать или открывать не совсем подходящим ключом. Балкон цел и невредим, остальные два окна - тоже. Но, чёрт возьми, здесь побывали! Такого беспорядка в квартире не было с тех пор, как Шатаев стал здесь хозяином. Как материалы текущих дел, так и архив лежали в понятном ему порядке, рассортированные по рубрикам, сроку давности, полу и возрасту клиентов, и уж точно никогда не валялись на полу, будто после урагана

с землетрясением. Кто здесь что делал? И, главное, как сюда попал? Ключей от квартиры и от решетки, отделяющей этаж, было всего два комплекта: одни Шатаев отдал старшему сыну Диме, вторые не снимая носил на шее и точно помнит, что не терял и не оставлял без присмотра. Что до Димы - тот и вовсе неспособен что-либо потерять или проворонить, а также неспособен купиться на какой-нибудь обман и в результате сего дать кому попало свои ключи. Но факт есть факт - здесь побывали. И проникли сюда открыв дверь ключом. Если бы открывали отмычкой, то дверь сейчас стояла бы нараспашку. Но ее открыли и заперли за собой, уходя. А это можно сделать только ключом. Другого способа попасть в данную квартиру, не оставив соответствующих следов, просто не существует. Значит, для проникновения в квартиру были использованы Димины ключи. Или дубликат, сделанный с них, но для этого их сначала как-то заполучили. А это может означать всё, что угодно, вплоть до самого худшего.

Чтобы отвлечься от наводящих ужас догадок, Шатаев занялся уборкой. В какой-то момент он даже почти успокоился. Тогда и подумал, что если бы каждый желающий привести мысли в порядок, вместо битья посуды и распития спиртного занимался уборкой, то всё вокруг сверкало бы, как негранёный алмаз. Но вот уборка подошла к концу, а пропаж не обнаружено. Что здесь искали? Что? Материалы с сеансов? Возможно, это и интересная информация, некоторые из записей могли бы оказаться кое-каким компроматом на клиентов, пусть и слабоватым. Но ради этих самых материалов городить такой огород? Раздобыть труднодоступный ключ, организовать слежку за жилой квартирой, проникнуть туда под видом оперативников, а то и вовсе нанять для этого дела подлинных... Неправдоподобно. Нет, ищут явно что-то посерьёзнее, чем архив. В самом деле, здесь не картотека сыскного агентства, чтоб с таким интересом рыться в этой макулатуре. Или это продолжение запугивания? Но какой смысл, если на сегодняшний день всем известно, что "у Шатаева паранойя, и он лечится". Какой смысл запугивать параноика? Надежда, что визит на пятницкую разом ответит на все вопросы, не оправдалась. Вопросов только прибавилось, и хоть бы один ответ, хотя бы одна логичная версия

Версия, правда, была, но Шатаев еще не поймал себя на том, что упорно гонит ее прочь.

Глава 3

Он взял со стола очередную горсть орехов, заново раскачал гамак и продолжал думать. Куда ни глянь - сплошная головоломка. Шатаев слёг с паранойей - об этом сообщается во всех известных средствах массовой информации, в этом убедился и сам, благо видел Шатаева собственными глазами. Но врачи хором говорят, что у него не паранойя, а шизофрения. Последний словно с луны свалился: ничего не знает и не помнит, даже разговаривать и понимать человеческую речь некоторое время не мог. Что бы это могло значить? Неточность в СМИ? Уж слишком странная неточность.

И что за дикая история с двумя одинаковыми желтыми "Жигулями" с номером м426ао, почти одновременно вывезшими за город одних и тех же цыган в разных направлениях? Историю эту он подслушал в контексте разговора о Шатаевых, и, как любой случайно попавший в уши диалог, расслышал не целиком. Но из того, что удалось уловить, картина вырисовывалась следующая: две одинаковых машины с одинаковыми номерами в одно и то же время в разных направлениях вывезли из города один и тот же экипаж. Экипажем была замаскированная под цыган семья свихнувшегося Шатаева, и произошло всё перед носом у самого Матвиенко. Отсюда прямиком следует, что организатор побега прекрасно знал, кто такой Матвиенко. Фокус с одинаковыми номерами был спланирован с учётом принадлежности последнего к дорожной и дорожно-патрульной мафии. А это весьма любопытно, и без единой версии, кто бы это мог быть.

Зато у самого все идет по плану. Их уже девятнадцать, а скорым временем будет достаточное количество, и можно будет приступить к осуществлению основной идеи.

***

К тому моменту я уже стал понимать почти все слова, которые произносили окружающие меня люди, и даже понемногу научился читать. Правда, к концу страницы забывал, о чём шла речь в начале, но это не стало для меня поводом бросить чтение. Заняться всё равно было нечем, и в промежутках между сном, приёмом пищи и дневной прогулкой оставалось только читать. А когда уставали глаза, я закрывал книгу, переворачивался на другой бок и думал. О разном. О том, что первое приходило на ум. Например, почему дневная прогулка не длится круглые сутки. Это же самые приятные моменты из всего, что я помню, из всего, что вообще бывает в течение суток. Впрочем, спать - тоже неземное удовольствие по сравнению с тем, что происходит днём. А вот то, что называется "процедурами", - лучше бы вовсе не было. Да и приём пищи - не ахти какое райское мероприятие, куда милее странные вкусы и запахи, которые берутся неизвестно откуда. Например, те, которые были на днях, когда я впервые задумался о том, кто я такой. Те самые горячий горький вкус и холодный сладкий. Теперь я откуда-то знаю, что это кофе и пирожные. А тогда не знал. Только происхождение этих вкусов и ароматов - до сих пор загадка. Может быть, пусть загадкой и будет? Иначе, если они исчезнут, останется только запах хлорки, который стоит здесь круглые сутки. И звуки, тоже неясно откуда берущиеся, пускай остаются. То музыка, то разговоры, то уличный шум - всё это намного красивее звучит, чем бесконечные насмешки двоих соседей и истошный вопль третьего о том, когда же за ним наконец приедут. А о том,

кто я такой, я устал думать. Но если я постепенно сам собой всё начинаю узнавать, если знания и умения откуда-то берутся сами, то, может, и этот вопрос рано или поздно сам разрешится? Я ведь не учился понимать слова, но откуда-то знаю теперь, какой предмет как называется. Не учился читать, но читаю. А значит, рано или поздно узнаю всё, что сейчас пока является загадкой.

***

Молодой наружник по прозвищу Мелкий наконец решился вылезти из кладовки. Конечности затекли, да и вообще, не сидеть же тут целую вечность. Несколько часов назад он в паре с Матвиенко следил за квартирой Шатаевых, пока опытный напарник не обнаружил, что объекты слежки сбежали. Исчезли они ранним вечером, а обнаружен тот факт был утром. Вахта Матвиенко пришлась на ночь, и только утром, когда её снова принял Мелкий, обнаружился его вчерашний ляп. Мелкий попытался встать, но затекшие ноги решили отомстить ему за то, что он так долго держал их в неудобном положении. Сидя на полу, он оглянулся вокруг. Хозяин квартиры, судя по всему, спит, спят и двое гостей, и можно надеяться, что по пробуждении они ничего не вспомнят. Гости вообще не в курсе, что он здесь находится, а хозяину желательно бы забыть. Несколько часов назад Мелкий по приказу Матвиенко поднялся на седьмой этаж, чтобы проверить, верны ли догадки о побеге Шатаевых. Тогда он смирился со всем - и с тем, что потерял работу, и с тем, что из соучастников переходит в свидетели, что в большинстве случаев означает билет на тот свет. Но вот на лестничной площадке появился этот алкоголик, и Мелкий вдруг сообразил, что это его последний хрупкий шанс.

– Слушай, мужик, денег хочешь?
– спешно подбежав к пьянице, произнес тогда он.

Тот посмотрел на Мелкого, как кошка на хозяйку, открывающую холодильник.

– На, и спрячь меня как можно быстрее!
– Мелкий протянул сущие копейки по меркам наружника, но алкаш польстился - это же ещё неделя безмятежного существования.

Обрадовавшись неожиданному везению, Мелкий вынул аккумулятор из мобильного телефона, сломал сим-карту и отправил всё в мусоропровод. Через несколько секунд он уже сидел в кладовке. Сколько просидел - это сейчас предстоит выяснить. Умудрился даже поспать.

Однако, надо срочно исчезнуть в неизвестном направлении. То, что Мелкого не нашли здесь - великая удача. Если бы захотели, нашли бы. Матвиенко не вчера родился, он прекрасно знает, кто меньше всех боится пускать чужих людей домой. Алкоголики. Кого проще всего соблазнить карманной мелочью - тоже алкоголиков. Раз Мелкого до сих пор не нашли, значит, не искали. Но куда теперь податься? Можно просто уехать в другой город, снять комнату в общежитии, устроиться на нормальную, легальную работу и... получать копейки, которых будет хватать только на оплату комнаты, дешёвую еду, которая ни черта не дешёвая, и на выпивку. Нет, увольте пинком под зад, так Мелкий уже жил, как раз до того как связался с криминалом. И это будет в лучшем случае, а в худшем его может сцапать банда, на которую он только что работал. Поэтому на самом деле вариант, куда направиться, всего один. Только там его никто никогда не найдёт, потому что даже не подумают искать. В прошлый раз, когда приятель говорил об этом, Мелкий отнёсся с насмешкой и брезгливостью. Но теперь нет выбора.

***

Как ни старался, Шатаев не изобрёл способа определить, пропало ли что-нибудь из архива. Ещё бы - объём бумаг занимал почти два шкафа для белья, один из которых загораживал целую стену. Конечно, архив есть и в электронном виде, но не сверять же бумажный с электронным. Мероприятие затянется до того, что продолжать его будут внуки, и не свои, а младшего сына. Остаётся только рассуждать логически: кому детали сеансов могли понадобиться до такой степени, чтоб ради них затевать такую долгую и дорогостоящую кампанию? Вряд ли кому. Это раз. А два - все материалы зашифрованы. Ещё в начале карьеры Шатаев сообразил, что записи с сеансов могут стать компроматом на его клиентов. А потому давным давно придумал шифр, который с тех пор известен ему одному. Все материалы переводились сначала на армянский язык, затем с помощью специальной компьютерной программы каждая армянская буква заменялась греческой или латинской, но не соответствующей по звучанию, и последним штрихом Шатаев вручную добавлял лишние символы, в порядке, понятном только ему одному. Полученная галиматья из латинских и греческих букв казалась абсолютно нечитаемой для тех, кто не знал шифр. То бишь для всех, кроме Шатаева. Даже для него она была нечитаемой, если под рукой не было той программы. И пароль от компьютера есть только у него. Да, семье он привык доверять как самому себе, но бизнес есть бизнес, и если уж соблюдается конфиденциальность, то по всем правилам, поэтому пароль от компьютера неизвестен даже жене и старшему сыну. Значит, если искали материалы, то ушли не солоно хлебавши. А если не их, то что тогда? И почему такой бардак в шкафу? Визит в рабочую квартиру не только не ответил на имеющиеся вопросы, но и породил множество новых. Окончательно запутавшись в версиях, Шатаев решил оставить этот тупик в покое и заняться диссертацией. Да, защита её может провалиться, но материал-то останется. А он - главное. Залегши безвылазно на дно, Шатаев посвятил всего себя просмотру и анализу документальных фильмов, изучению прочих вспомогательных материалов, и его научная работа, страница за страницей, продвигалась вперёд. Пока хозяйка "дна" в один прекрасный момент не сказала ему:

– Сдаётся мне, соседка следит за нами.

***

Регина Аркадьевна вернулась наконец в реальность, и помог ей в этом старый чайник, стоявший на плите и издававший отвратительный запах. Вода из него давно выкипела, но с огня его так и не сняли, и вот облетающая со дна эмаль наконец смогла разбудить хозяйку.

– - Надо было распасться вместе с СССР, -- пробормотала она, шагая к плите.
– - За что мне всё это?
– - она схватила чайник, но обожглась и бросила его на пол. Чайник подпортил линолеум, завоняло ещё хуже.