За тебя, Родина!
Шрифт:
Вот же зараза! А ещё друг называется! Но отрываться от Лауры ради того чтобы задать Паулю трёпку не было никакого желания поэтому он оставил эти слова без последствий. Во всяком случае, пока..
– Ты будь осторожна, любимая! Ешь и пей только свежие продукты, хорошо?
– попросил он, с нежностью гладя её по волосам.
– Мало ли, кто-нибудь из голландцев может подкинуть яд чтобы отравить нас. Мы же не в Германии..
– А вот тут вы ошибаетесь, господин оберштурмфюрер!
– улыбнулась ему подруга Лауры.
– Теперь Голландия тоже часть Рейха, значит, это наша территория, верно,
– спросила она, поцеловав довольного друга в щёку.
Тот кивнул, пытаясь улучить момент чтобы завладеть губами Марты. Но та, смеясь, искусно уворачивалась, подставляя то щёчки то носик.
Гюнтер хотел спросить и сказать Лауре о многом, но по улице прогремел громкий голос с командирскими интонациями:
– Лейбштандарт!!! Для прохождения парадным строем - становись!!!
Вокруг тут же поднялась суета. Солдаты и офицеры спешно строились в колонны, поправляя шлемы и фуражки, застёгивая воротники кителей и курток. Зарычали моторы броневиков Гюнтера, выбросив в воздух серый дым от выхлопов.
– Любимая, давай после парада поговорим! Вы где стоять будете?
– торопливо спросил он, надевая свой блестящий шлем и целуя её сладкие губы со вкусом какой-то фруктовой помады.
– Там, возле обочины..
– девушка махнула рукой куда-то вперёд.
Она неохотно разжала свои объятия и, сопровождаемая Мартой, медленно направилась в сторону, то и дело оглядываясь на него с улыбкой. Её подруга, стрельнув в Гюнтера взглядом, что-то сказала ей и тут же со смехом увернулась потому что вспыхнувшая Лаура попыталась накинуться на неё. Впрочем, опомнившись, она показала той язык и схватив за руку, быстро нырнула в толпу.
Покачав головой и усмехнувшись Гюнтер снова залез на "Здоровяка" а затем в последний раз провёл радиоперекличку, проверяя всё ли в порядке. Не дай Бог какой-нибудь броневик или бронетранспортёр заглохнет посреди улицы! Это будет позор для него! Что ж, осталось только довериться водителям и надеяться на того чьё имя у каждого на пряжках ремней.
Оркестр смолк и на небольшую деревянную трибуну, установленную неподалёку, поднялся Дитрих. Как и в Нойенкирхене, командир полка не отличался красноречием и всё его словоблудие продолжалось чуть более пяти минут. В общих чертах Папаша поздравил жителей голландской столицы с тем что они влились в арийскую семью под руководством Гитлера и пообещал что все кто кто будут помогать немцам получат достойную награду. Что же произойдёт с теми кто будет делать прямо противоположное, не уточнялось но подразумевалось. Особенно если посмотреть на новоиспечённую власть Гааги, в лице немецкого военного коменданта города, главы местного отделения гестапо и их голландского протеже. Лица этих людей светились довольством и предвкушением.
Неожиданно Гюнтера охватило отвращение. Они, солдаты СС, захватывают для Германии новое жизненное пространство а потом за ними приходят всякие лощёные тыловые чинуши и всё испоганивают! Начинаются всякие мутные схемы, грабёж, изнасилования и другие преступления рождённые безнаказанностью тех кто ближе чем на десять километров к фронту не подъезжает. А потом, из-за этих кретинов-тыловиков, озабоченных только удовлетворением своих желаний, начинаются восстания.. Глубоко вздохнув, Шольке постарался
Наконец, Папаша посчитал что сказал всё что требовалось и дал сигнал начать парад.
Оркестр снова грянул очередной марш и вперёд вышли трое почётных знаменосцев. Один нёс знамя "Лейбштандарта", другой свастику, третий стяг СС. Их сопровождали двое офицеров с обнажёнными клинками. Под музыку, чеканя шаг и высоко поднимая ноги, они торжественно прошли по улице, сопровождаемые жидкими аплодисментами местных нацистов при гробовом молчании остальной публики. Теперь, перед пехотными колоннами, настала очередь разведчиков.
Гюнтер подал команду и сверкающий чистотой "Здоровяк", зарычав, тронулся с места на небольшой скорости. Музыканты тут же перешли на другую мелодию, более подходящую, по их мнению, для прохода техники. Что-то напоминает "Wenn die Soldaten.." Неужели она?
Музыка невольно захватила его и настроение быстро поднялось вверх, несмотря на скорбные лица столичных голландцев. Что ж, если они оказались настолько слабы что не смогли сами себя защитить то кого тут винить? Только себя. Vae victis!
Он разглядывал обочины, пытаясь увидеть в толпе свою Лауру вместе с подругой, но пока они ему не попадались. Видимо, стоят чуть дальше.
Внезапно, на дорогу, пригнувшись и проскользнув под рукой зазевавшегося солдата в оцеплении, выскочила улыбающаяся маленькая девочка лет восьми, в коротком платьице и с пышным бантом на голове. Отчаянно размахивая руками, в которых были зажаты цветы и флажок со свастикой, она бесстрашно кинулась прямо к "Здоровяку".
Похолодев от того что малышка может попасть под колёса Гюнтер заорал не своим голосом:
– Стоп!!!
Броневик резко остановился, скрипнув тормозами так что Шольке больно ударился грудью о край люка. Снизу, из нутра машины, на него ошарашенно глянул водитель, Курт Хассе, который ничего не заметил и был явно удивлён его криком.
– Что случилось, оберштурмфюрер?
Тем временем, девочка, не осознавая какой опасности только что избежала, остановилась прямо у колеса, протянула вверх ручку с цветами и что-то говорила, сверкая глазами. Но работающий двигатель заглушал её голос и Гюнтер ничего не слышал.
Следующие за ним броневики поневоле тоже остановились, их командиры, торчащие в люках, уставились на ребёнка. Некоторые улыбались. Солдат, пропустивший девочку, побежал к ней, бросив свой пост, за ним тут же устремилась женщина, видимо, мать малышки. Она подхватила дочку, крепко обняла и быстрым шагом, сопровождаемая солдатом, пошла обратно, что-то сердито выговаривая ей. Но это оказался ещё не конец истории..
Воспользовавшись тем что в оцеплении возникла дыра, в неё прорвался новый персонаж. Это оказалась красивая стройная девушка с густыми распущенными волосами, настоящая блондинка, с красным обручем для волос на голове. Национальное голландское платье с пышной, полосатой юбкой и разукрашенном узорами. Свой чепчик она бросила подруге, стоявшей рядом, подхватила длинный подол и тут же оказалась вплотную к машине.