За тебя, Родина!
Шрифт:
– Какая красивая у вас машина, Мария!
– воскликнула она, с искренним восхищением осматривая салон.
– Как она называется?
Баронесса вежливо и, как заподозрила женщина, чуть снисходительно улыбнулась:
– Это Мерседес-Бенц 770, Аннелиза, очень редкая машина в рейхе.. Их сделали не слишком много. Многие наши высшие руководители, например Геринг и Гиммлер, приобрели себе по экземпляру. Даже фюреру понравилось и он тоже не отказался купить эту модель. То же самое сделал и японский император Хирохито. Этот автомобиль создан для тех кто находится на самом верху и имеет большую власть, моя дорогая..
–
– А моя подруга, как и положено благодарной женщине, не забыла подвиг Гюнтера Шольке и смогла достойно отблагодарить его за наше и ваше спасение!
– внезапно вмешалась в разговор графиня с чрезвычайно довольным видом. И прежде чем встрепенувшаяся баронесса успела остановить её, Ребекка гордо сказала, глядя прямо в глаза Аннелизе:
– Надеюсь, вы видели машину Гюнтера? Она и есть подарок Марии! Конечно, это очень мало по сравнению с ценой жизни моей подруги и её дочерей но он отлично знает что она всегда будет ему благодарна и никогда не забудет его храбрость! Пусть и звучит слегка напыщенно, зато это чистая правда!
– Вот как..
– только и смогла ответить ошеломлённая женщина, ощущая себя довольно скверно.
Похоже, эти две аристократки тоже имеют на него виды. Иначе трудно объяснить не только такой дорогой подарок парню но и едва скрываемые недоброжелательные взгляды которые она буквально чувствовала на себе. Получается, эти дамочки тоже привязались к Гюнтеру? В это трудно было поверить но её женская интуиция кричала именно об этом.
– А вы, графиня? Вас он тоже спас от смерти? Не помню чтобы Гюнтер рассказывал мне о таком случае.
– О, как вы наверняка знаете, он очень скромен..
– победно улыбнулась Ребекка.
– Но вы в чём-то правы, дорогая! Гюнтер действительно меня спас, причём не от смерти а от гораздо худшего! Впрочем..
– поймала она выразительный взгляд баронессы.
– Это не имеет отношения к вам и поэтому не буду раскрывать подробности. Просто знайте что наш Гюнтер сделал много добра нам обеим и будьте уверены, такого мы с Марией никогда не забудем!
После этих слов Аннелиза подумала что всё же совершила ошибку пригласив аристократок к себе. Мысль сгладить конфликт, похоже, оказалась трудно осуществимой. Но отступать было уже поздно. К тому же у неё был козырь, который она надеялась использовать чтобы осадить аристократок. Интересно, что они скажут когда Роланд при них назовёт Гюнтера папой? Это явно умерит их притязания на него. Ничего, сейчас они приедут домой и Аннелиза постарается всё организовать.. Конечно, гостьи богаче и влиятельнее чем она с Катариной вместе взятые но это не значит что следует опускать руки! Женщина, наконец-то, нашла свою любовь и женское счастье и не собиралась отдавать его в чужие, загребущие лапы! Она ещё поборется!
"Мерседес" подъехал к их особняку и четыре женщины вышли из него на тротуар. Аннелиза подхватила Катарину под руку и приглашающе поманила за собой аристократок.
– Вот в этом домике мы сейчас и живём, дамы! Проходите за нами, пожалуйста!
– сказала она, игнорируя вопрошающий взгляд подруги. Похоже, та не могла понять что женщина задумала и терялась в догадках. Ничего, скоро Катарина всё поймёт.
Позвонив
Роза была благовоспитанной и доброй женщиной служившей у них кухаркой и, одновременно, сидела с сыном когда они обе уходили по делам или на прогулку. Она очень любила возиться с Роландом, видимо, компенсируя свой материнский инстинкт так как сама не могла иметь детей.
Войдя в холл Аннелиза внезапно почувствовала что у неё пробежали мурашки от плохого предчувствия. Что-то случилось.. Что-то плохое.
Ковёр в холле был смят, стул в углу лежал на боку. А в отдалении, в стороне спальни, слышался какой-то частый стук и приглушенные крики. Охваченная предчувствием беды женщина забыла про всё и быстро направилась в ту сторону, не обратив внимания на насмешливый возглас графини:
– У вас что, всегда такой беспорядок в доме, Аннелиза?
– Ребекка, замолчи, пожалуйста!
– резко сказала баронесса.
Катарина осталась сзади, растерянно спросив:
– А где же Роланд? Он всегда нас встречал..
Вот и дверь спальни!.. Новым признаком неприятностей была пустая шкатулка лежащая прямо в коридоре, та самая в которой женщина хранила свои драгоценности. Неужели грабители?!.. А где же Роза и Роланд?
Дверь спальни снова задрожала, изнутри послышались рыдания и истеричный, приглушенный крик той самой Розы которую она искала:
– Помогите!! Кто-нибудь, откройте!! На помощь!!
Аннелиза дёрнула дверь но та была закрыта на замок и ключа поблизости не наблюдалось. Тем временем подошла Катарина и обе аристократки.
– Что случилось, Аннелиза?
– спросила баронесса без всяких признаков насмешки.
– Что тут за крики?
– Это Роза, наша служанка..
– растерянно ответила Аннелиза, глядя на них.
– Но почему она заперта в моей спальне? Не понимаю..
– Позвольте, дорогая!
– решительно сказала Мария и попыталась толкнуть дверь сначала руками а потом ударить каблуком. Но её сил, естественно, не хватило. Да и элегантная обувь аристократки явно не годилась для выбивания двери.
– Роза, что вы там делаете?! Что случилось?!
– закричала Аннелиза вне себя от тревоги и заколотила своим кулачком по двери.
– Кто там?! Это вы, фрау Хаммерштайн?! О, Боже!!
– и из спальни снова послышались рыдания.
– Так.. Одни мы тут ничего не сделаем!
– признала очевидное баронесса и обернулась к своей подруге.
– Ребекка, сейчас же беги за нашим шофёром! Пусть Михаэль возьмёт инструменты и поможет нам открыть эту дверь!
– Хорошо!
– кивнула та и тут же кинулась к выходу.
Не прошло и пары минут как на пороге снова послышался торопливый перестук её каблучков а также тяжёлый топот мужской обуви. Аннелиза, как не старалась, так и не смогла добиться от Розы внятного объяснения что именно случилось во время их отсутствия. Кухарка только рыдала за дверью и повторяла "О, Боже!!"
Опередив графиню шофёр, бухая сапогами, подбежал к ним, держа в руке небольшой ломик.
– Ваша милость, какую дверь надо открыть?
– спросил он, тяжело дыша. Ему было уже около сорока но фигура у него была крепкая.
– Эту?