За тебя, Родина!
Шрифт:
Антуан задумчиво погладил рукой подбородок. Неужели в Вадленкуре появились эсэсовцы? Интересно.. Но не слишком важно, пехота всё равно пехота, пусть даже это элитные отряды охраны самого Гитлера. Пулям плевать в кого они попадут. Куда важнее другое..
– Скажите, вы не заметили в вашем городке танков или орудий?
– спросил он, пытливо глядя на фермера. Не то чтобы Гишар не верил пилоту-разведчику но если есть возможность проверить его информацию то нужно это сделать.
– Чего нет того нет!
– уверенно покачал головой крестьянин.
– Только несколько колёсных броневиков, на которых приехали те, с молниями. Уж поверьте, если бы они были то я знал. У нас Вадленкур небольшой
– Очень хорошо! Но вернуться до нашего наступления вы уже не успеете, мсье Леру, так что лучше подождите здесь..
– улыбнулся Антуан, настроение которого ещё больше повысилось.
– А мины? Возможно, немецкие сапёры минируют подступы к вашему городку?
– Мин тоже у них нет!
– с такой же уверенностью ответил фермер.
– Я бы заметил если они там копались за городом, у меня же дом на окраине. Да, вот ещё что..
– спохватился он.
– Кажется, их главный, у которого какое-то дурацкое звание.. оберштрфуф.. нет, оберштурм.. в общем, примерно так оно звучит.. их командир с самого утра куда-то уехал, оставив за себя заместителя. Тот и ходит, важный такой, командует знай себе.
– Ну что ж, я вам очень благодарен, мсье Леру!
– Гишар с чувством пожал руку старому солдату и даже положил ему ладонь на плечо.
– Ваши сведения о немцах очень пригодятся нам чтобы отбить Вадленкур и начать освобождение французской земли! А теперь..
– и снова он был перебит самым бесцеремонным образом.
– Вот же чертовщина! Я же вам самого главного не сказал!
– неожиданно рассмеялся мужчина. Видно было что ему очень весело вспоминать что-то.
– Дело в том что перед тем как уехать из дома я провёл небольшую, так сказать, диверсию..
– он усмехнулся, пытаясь сдержаться от смеха.
– Хотите знать какую?
Заинтригованный Антуан, несмотря на то что уже пора было готовиться подавать сигнал к выступлению, кивнул.
– Мне показалось неправильным уходить просто так, ничем не досадив немцам..
– произнёс фермер, кусая губы от веселья.
– И я решил кое-что сделать чтобы ненавистным германцам было несладко в ближайшее время. У меня в доме завалялось некоторое количество одного.. хм, порошка. И вот перед самым отъездом я улучил момент, пробрался к немецкой кухне и ссыпал почти весь порошок в мешок с мукой, когда повар отошёл в туалет. А тот перед этим, сам слышал, получил приказ от этого заместителя приготовить на ужин свежий белый хлеб. Так что, можете быть уверены, прошедшую ночь и добрую половину этого дня всем кто съел такой хлеб будет явно не до войны!
– не выдержав, снова расхохотался крестьянин.
– Что вы имеете в виду?
– всё-таки не вполне понял Гишар замысла мсье Леру.
– Какое отношение имеет хлеб к временной потере противником боеспособности?
– Эх, господин генерал, видимо, у вас было скучное детство!
– смеялся фермер, и пояснил: - Порошок-то был сильным слабительным, понимаете? Начал действовать ночью, а скорее, под утро, и до вечера вряд ли они отойдут от туалетов! Как представлю этих важных паразитов с обосранными штанами.. Ха-ха-ха-ха!..
– он опять до слёз расхохотался, тщетно пытаясь успокоиться.
Осознав "диверсию" фермера Гишар, как не пытался себя сдержать, так и не смог. Сначала фыркнул, мысленно представив ситуацию, но потом, благодаря развитому воображению, смех победил сдержанность и пару минут из палатки доносился громкий хохот двух здоровых мужчин.
– Вы страшный человек, мсье Леру..
– с трудом проговорил
– Не хотел бы я иметь вас своим врагом! Но откуда вы нашли этот порошок?
– А вот это пусть останется тайной, господин генерал!
– фермер весело покачал головой.
– Там тёмная и не слишком законная история связанная с одним аптекарем, поэтому я лучше не буду углубляться в такие подробности. Главное, что пригодилось по назначению, верно?
– Так вы знаете немецкий?
– спросил Антуан.
– Раз смогли понять про их командира?
– Конечно!
– утвердительно ответил тот.
– На той войне мы с ними иногда разговаривали, да и разговорник нам выдавали, а у меня память на язык хорошая оказалась. Знаете, господин генерал, а я же думал о том чтобы не слабительное подсыпать к ним в муку а кое-что другое..
– вдруг признался он, и на его лице снова появилась улыбка, только уже скорее жестокая.
На этот раз Гишар сразу догадался о чём говорит мужчина.
– У вас есть отрава?!
– поразился он, мысленно скривившись.
Всё-таки такой способ уничтожения врагов претил ему. Одно дело битва а тут.. Словом, должны же быть хоть какие-то правила и границы, даже на войне!
– У меня много что есть, господин генерал..
– тихо произнёс фермер, уже без всяких следов радости на лице.
– Мало ли что может пригодиться? Вот только я сразу понял что те кто выживут могут отыграться на нас, жителях. А я ведь почти всех в Вадленкуре знаю, люди хорошие. Не хочу чтобы из-за меня они страдали. Поэтому и решил не травить Гансов как крыс..
– Думаю, этого не понадобится, мсье Леру!
– твёрдо заключил Антуан, надевая на себя шлем.
– Сегодня утром Бог покажет на чьей он стороне! Пойдёмте, я прикажу выделить вам место где вы сможете подождать окончания сражения и потом уже вернуться в свой городок. Надеюсь, что ваш дом тоже останется целым..
И они вместе вышли из палатки.
Через полчаса в большом лесу, в трёх лье южнее Вадленкура, загрохотали моторы больше сотни танков, окутав его вонючим дымом выхлопов. Первыми из него резво выехали шустрые броневики "Panhard-178" и быстро унеслись на север, разведывая дорогу. После них потянулись на дорогу колонны французских танков множества разных видов и моделей. Юнцер не поскупился, отдав ему всё что было, и теперь танковая дивизия Гишара напоминала сборную солянку или некий полигон для всей бронетехники выпущенной французскими заводами начиная с конца 20-х годов. Просто кошмар для ремонтников и снабженцев но Антуан решил что голова об этом у него будет болеть потом. Сначала нужно освободить Вадленкур и Седан, соединиться с де Голлем, а там видно будет. Плохо то что ночью прошёл дождь, пусть и не сильный, придётся наступать по дорогам, иначе на сырой земле многие танки, с их узкими гусеницами, просто встанут..
Солнце поднималось всё выше освещая, как искренне надеялся дивизионный генерал Гишар, день его будущей победы.
Вадленкур, Франция.
17 мая 1940 года. Утро.
Гюнтер Шольке.
– Ну и кто мне скажет как такое могло случиться?
– хмуро спросил он, с трудом сдерживаясь от ругани.
Импровизированное совещание, в силу некоторых непреодолимых обстоятельств, пришлось проводить невдалеке от наспех оборудованного туалета, дабы его участники успели добежать до него. Здесь собрались все кто отвечал за оборону городка но по виду людей было видно что сейчас их больше волнуют не французы, которые вот-вот могут атаковать, а нужды гораздо естественные для организма. Некоторые то и дело болезненно морщились и поглядывали в сторону ватерклозета. И смех и грех, как говорится..