За стенами Атерраса
Шрифт:
Вопреки опасениям, ворота отворились, впуская вернувшегося тюремщика. На этот раз за ними не было «полосы препятствий» — никто не испытывал мои силы. Мы медленно шли к массивной входной двери. Стоило Арману притронуться к ней, как лязгнули замки. Он на миг коснулся виска — видимо, маска вернула забытые ощущения. Я сжала его руку.
— Все хорошо, Рози, — сказал Арман и первым вошел в Атеррас.
Внутри по-прежнему царил полумрак. Кажется, заросли и те окошки, что были. На нулевом уровне царила тишина. Даже
— Господин Ферри! Розалин! — обрадовано воскликнул гном, ударяя себя по бокам. — Наконец-то!
— Как вы тут? — спросил Арман, проходя по коридору. Я же следовала за ним.
— Живы, — отмахнулся Фитц. — Только с Марком худо, вовсе рассудком тронулся. Мы заперли его на первом нижнем, не заключенный все же, но, думаю, ему уже никто не поможет. Остальные здоровы. Кое-как управляемся. Вот только вода закончится со дня на день. А в город мы не ходоки.
— О воде я позабочусь, — пообещал Арман. — Думаю, несколько часов у нас есть.
— До чего? — уставился на него Фитц.
— До визита советника Люциана, — усмехнулся тюремщик. — Он скоро будет в гости. Хочет взглянуть, как мы тут живем. А заодно приобщиться к темной магии источника.
— Ох, ты ж… — пробормотал гном. — Звучит не очень, а, господин Ферри? Драка будет, или как?
— Возможно, и драка, — ответил тюремщик.
— Господин Ферри!
А вот Тайнеке и Лиси. Но еще раньше, чем до нас добрались добрые кухарки, откуда-то из коридора вылетел Брист. Он подскочил к Арману, прыгая, как щенок, и пытался лизнуть его руку.
— Здравствуй, малыш. — Арман потрепал пса по голове. — Я тоже соскучился.
— Он так страдал, бедняга, — подбежала за Бристом Тайнеке. — Почти ничего не ел, выл постоянно. Какое счастье, что вы вернулись!
— В тюрьме без вас совсем тоскливо, — приговаривала Лиси.
Странно… Где-то в глубине души я была рада снова видеть Атеррас. Может, потому, что здесь родилась моя любовь? Как бы там ни было, но в этот раз нас предстояло принять бой. Поможет нам тюрьма или погубит? Вот бы узнать.
ГЛАВА 27
Иден
Мы выехали из столицы поздно ночью. Люциан перестраховался — связал меня и наложил на веревки такую бездну заклинаний, что от них чесалась кожа. Меня запихнули в экипаж и гнали так, что бедная колымага тряслась, будто вот-вот развалится. Я мысленно делал ставки, когда отскочит колесо или падет лошадь, но пока что все держалось. А Люциан сидел напротив и лично следил, чтобы ценный пленник в моем лице никуда не пропал. Хотя, невелика ценность. Заклинание-то он получил.
Послушался ли меня Арман? Опережает ли он нас? Откроет ли для Люциана двери Атерраса? Сейчас слишком многое зависело от Армана. А он упрямый и может все сделать по-своему.
— О чем вы думаете
Похоже, Люциану надоело молчать.
— О превратностях судьбы, — ответил я. — Стоило ли сбегать из Атерраса, чтобы разгадать для вас заклинание и вернуться обратно?
— Стоило. — Смех Люциана напоминал карканье ворона. — Если вы будете полезны, господин Лейтон, я не оставлю вас в Атеррасе. Короне нужны талантливые маги.
— А десять лет назад были не нужны.
— Не стоит обижаться. — Первый советник откинулся на спинку сидения. — Вы были слишком молоды и неуправляемы. А теперь, я думаю, ума поприбавилось. И вы понимаете, что такие исследования, как ваше, должны быть направлены исключительно на благополучие королевства.
— Наверное, вы говорите себе то же самое, когда вспоминаете о погибшей жене и брошенных детях, — усмехнулся я.
Веревки не дали уклониться от удара — прозвенела пощечина.
— Не заговаривайся, мальчишка, — процедил Люциан. — Ты мне больше не нужен, заклинание в моих руках. Хочешь издохнуть на пути к Атеррасу? Право твое, я устрою.
— А как же сладкие обещания? — Можно подумать, меня пугала смерть. — Вы же только что сами рассказывали о государственном благе и о том, как я могу послужить отчизне. Врите убедительнее, господин Люциан. Или лучше господин Делкотт?
— Он мертв. — Глаза мага сверкнули опасным блеском.
— Повторяйте себе это почаще. А знаете, хорошо, что ваши дети на вас не похожи. Ни Розалин, ни Джесси. Отличные люди. Так что им пошел во благо ваш уход из семьи. Правда, лучше бы вы не возвращались.
— Чего ты добиваешься? — спросил Люциан.
— Может, правды? Чем вас так привязал Дэвлет? У него что-то было на вас? А может, тоже угрожал Атеррасом? Вы тогда, наверное, были младше, чем я сейчас, или того же возраста. А?
— Я сам выбрал служение короне, — ответил советник.
— Короне или королю? Это ведь разные вещи.
— Для меня они неразделимы.
— Магическая клятва? — продолжал я. — Угрозы? Демонические узы?
Люциан закусил губу. Едва заметно, но я уловил.
— Значит, договор с демоном, — хмыкнул довольно. — Вы хотели быть сильным магом и сменили цвет магии с серой, которая способна разве что защитить и взаимодействовать с духами, на черную. Тут-то и пришел демон. Он у вас с королем один на двоих?
— Похоже, вас проще убить, господин Лейтон. — Советник быстро взял себя в руки.
— Заклинание досталось от демона? Почему оно записано на картине?
— Ничего больше не было под рукой, — ответил маг.
— И вы решили написать поверх вашего с женой портрета. Забавно… В итоге этим вы перечеркнули свою жизнь. Хотя, не совсем так. Жизнь вашей супруги, скромной вышивальщицы, которой не было дела до амбиций мужа.