За пределом
Шрифт:
А Сирень…
Я на мгновение даже потерял дар речи, как и забыл, где, собственно, нахожусь.
Говорят, что есть вещи, которые никогда лучше не видеть. А если тебе не повезёт взглянуть на них, увидеть хоть разочек, и ты больше никогда не сможешь их развидеть. Стоит увидеть другой мир, и ты его будешь видеть везде.
Так было с криминалом — я начал подмечать то, на что раньше не обращал внимания: на людей, на машины, понимать, где точка клана, а где просто магазин, что это за люди стоят у угла и что там роются в багажнике парни. Я стал видеть то, чего раньше
И теперь я видел совершенно иное, в другой реальности, на другом уровне моего понимания.
Сирень скользнула быстрым движением к мужичку и одним ударом своей лапы буквально вскрыла ему горло. Ударил фонтан крови, словно из брандспойта, заливая пол и смешиваясь с лужей рвоты. Её когти… это было что-то с чем-то… огромные, словно звериные, выросшие на пару секунд. Пока наркоман-библиотекарь не успел упасть, она вытащила из-за его спины пистолет и метнулась к первому мужику.
Приложила пистолет к виску, выстрел. С обратной стороны вылетели густые красно-серые брызги с беленькими кусочками.
Едва я успел опомниться, как она уже бросилась ко мне, а Малу, отпустив труп к двери, стал закрывать её на засов. Всё, несколько секунд, и выстрел уже прогремел прямо подо мной, тело мужика медленно сползало по стене, а Малу крикнул:
— Запер! Всё, быстро! У нас семь минут в запасе, чтоб успеть свалить!
А я стоял и тупо смотрел то на Сирень, приоткрыв от шока рот, то на труп с маленькой дырочкой в одном виске и огромным в другой.
Она была другой.
Правильнее сказать, она не была даже человеком, скорее помесью человека и животного.
Её зрачок был словно у кошки, длинный, просто линия от одного края радужки до другого. Под волосами виднелись приподнятые уши. Скорее всего всё время они там и прячутся.
Если подумать… я никогда не видел на ней причёски, которые бы открывали то место, где растут уши у людей. И её лицо, оно действительно выглядит очень хищным, другим, отличающимся от человеческого.
Я бы так стоял и смотрел на неё, если бы не Малу, который подскочил, развернул к себе и отвесил такую оплеуху, что разбил мне губу. Боль прострелила весь мозг, мгновенно вернув меня в реальность. Вернув способность осознавать окружение, я чувствовал привкус крови и рвоту во рту, а в воздухе витал запах сигарет.
— Потом её рассмотришь, жирный! — рявкнул он и бросился к столу. — Помоги мне стволы выгрузить, пока есть время! Сирень, на тебе сейф!
— Да! — она проворно вытряхнула подделки из сумки и принялась туда выгребать целые белые блоки кокаина, какие-то банки, мешки, деньги и прочую ерунду.
Сам же Малу полез в ящики. Раскрыл один, раскрыл другой, третий…
В дверь начали торабаниться.
— Мужики, что у вас там происходит?! Мужики?!
Он не обращал внимания, а очень скоро и я уже не слышал, что они там орут, окончательно выйдя из транса. Мы вытаскивали стволы и запихивали самые дорогие в сумки, которые мы спрятали в ту, где были фальшивые деньги. Остальные клали на стол.
— Ох, взрывчатка! Охренеть! — он вытащил блок, похожий на пластид, и подкинул в руке. — Это прикарманим.
Я
— Сирень?! — повысил голос Малу, запихивая рельсотрон в сумку.
— Почти всё! — крикнула она, сгребая содержимое сейфа уже просто вниз.
— Я тоже почти… — подал было я голос, но в мгновение проглотил остаток слов.
В этот самый момент стена со стороны двери содрогнулась. Я резко обернулся на треск кирпича, успев увидеть, как отваливается штукатурка, падая вниз и разбиваясь о пол. Завибрировал даже сам пол, на котором мы стояли. Но основной звук шёл от двери, которая буквально содрогнулась и загудела.
Мы невольно замерли и покосились на неё. Облачка пыли поднимались от стены, словно испарения. И вслед за этим последовал ещё один удар, от чего стена довольно заметно вздрогнула. А потом ещё раз, и ещё, словно её ломали с той стороны.
Нет, даже не ломали, а таранили.
Я невольно покосился на Малу.
— Слушай, а здесь есть бойцы с импульсом?
— Хули меня спрашиваешь? Их спроси! — кивнул он на дверь, которая во внеочередной раз вздрогнула. И как мне показалось, немного сдвинулась в нашу сторону. Но сама она не согнулась и никак не искривилась. Создавалось ощущение, что её просто выбивают из косяка, чтоб не рушить стену.
Ещё один удар. А потом ещё раз, стена каждый раз жалобно вздрагивала, осыпая со стены штукатурку и пыль. Косяк вокруг двери жалобно трещал. Как мне казалось, ещё немного, и дверь просто вышибут. Если ничего не предпринять.
А что можно предпринять, когда есть только маленькое окошко, а у тебя на руках целый ящик гранат?
— Собирайте всё быстрее, — сказал я, вытаскивая две обычных и светошумовую гранаты из ящика.
— Эй, ты чо удумал?! Тара, блять, не смей!
— А предлагаешь ждать, пока они пробьются сюда? — осведомился я.
Было странное чувство. С одной стороны, сердце билось внутри меня, как бешеное, в висках стучало, а руки слегка дрожали от прилива адреналина. Я испытывал такой страх, что живот завязывало в узел, и мне казалось, что вот-вот, ещё немного, и я потеряю сознание.
Но с другой стороны, в голове было удивительно ясно. Как на экзамене, когда ты точно знаешь, что делать, или хотя бы имеешь представление. Есть только ты и проблема, которую надо решить. И как бы ты ни волновался, эта мысль остаётся ясной при любых обстоятельствах.
— Ёбаный в рот, Тара, опусти эти сраные гранаты!
— И что тогда делать нам? Они вышибут дверь, и нам просто негде спрятаться, — развёл я руки в стороны. — Что делать?
Он смотрел на меня ровно до того момента, как в дверь ещё раз врезались. Уже полетели кусочки кирпича вместе с штукатуркой, а железный косяк поддался, выйдя немного из стены.