За любовь
Шрифт:
Это было очень обидно, она ни в кого не играла, она просто хотела быть рядом с бабушкой самой ухаживать за ней и помогать ей восстанавливаться. Что он за человек такой, неужели не понимает, зачем надо было так грубо, конечно, учеба — это очень важный в ее жизни аспект и все же бабушка важнее! Она отвернулась, боясь заплакать, но не удержалась, когда почувствовала его руку на своей.
— Эни, прости малыш, я наверно, только и делаю, что прошу у тебя прощения! — невесело усмехнулся он. — Но ты же знаешь, что мы правы?! Я все понимаю и очень хорошо! Не волнуйся, мы наймем хорошую сиделку и личную медсестру. А пока
Она ничего не ответила, лишь кивнула. И все же ей было тяжело на сердце. Ужасно не хотелось оставлять бабушку на попечение чужого человека, даже квалифицированного, но деваться некуда, ей действительно нужно учиться- последний год все- таки, а академический брать не хотелось. Всю оставшуюся дорогу до дома они молчали, каждый был погружен в свои мысли.
Дома она занялась билетами, поиском сиделки и сбором вещей, Маркус же с кем-то разговаривал по телефону, решая какие — то вопросы. Аня пока была занята не слушала его разговор, но закончив, нехотя вслушалась от нечего делать. И застыла в дверях.
— Да и еще в Москве купи квартиру на имя Анны Гончаровой, все данные я скину позже. Да и в центре, ну естественно! Думаю, четырех будет достаточно. И найми паренька у Билла, пусть сразу же вылетает, присмотрит пока за ней, не хочу, чтоб журналисты к ней совались! С его проблемами сам утряси. И еще машину на ее имя тоже! Подойдет Лексус джи икс! Да! До завтра!
Аня была в гневе, она не хотела ругаться или выяснять отношения, понимая, что все уже решили за нее, но и сделать вид, что все хорошо тоже не получалась. Какого черта, он вмешивается в ее жизнь, разве она о чем то его просила?! Хлопнув дверью, она влетела в свою комнату, руки так и чесались разнести ее к чертям, но она пыталась успокоится, заламывая кисти рук. Так она бегала взад вперед, пока не заметила его, прислонившегося к двери и сложившего руки на груди, с любопытством наблюдающим за ней.
— Ты чем то недовольна? — отлепился он от двери и прошел в комнату.
— Да, черт возьми недовольна! — метнула она него яростный взгляд, но он по-прежнему взирал на нее как на душевнобольную. — Знаешь мне не очень нравится, точнее мне совсем не нравится, когда лезут в мою жизнь и тем более когда что- то в ней решают, даже не спросив моего мнения!
— Значит, тебе придется привыкнуть! — невозмутимо ответил он, чем взбесил ее еще больше.
— Я не собираюсь к этому привыкать, я на это не подписывалась! Я не собираюсь никуда переезжать, не собираюсь терпеть рядом с собой какого- то охранника! Мне это все не нужно, мне вообще ничего от тебя не нужно! Содержи своих шлюх, раз у вас так принято, а я не буду содержанкой! — кричала она, продолжая бегать по комнате.
— Да что ты! Ты уже, мать твою, моя содержанка, так что поздно бить тревогу дорогуша! И хватит нести эту херню! Еще бы ты жила в общежитие! Ты вообще как это себе представляешь?! И еще! Если ты еще хоть раз мне соврешь, то тебе будет очень плохо девочка моя!
Аня непонимающе взглянула на него. Он же помахал перед ней ее телефоном.
— Ты что рылся в моем телефоне? — возмущенно воскликнула она. — С какой стати?
— С такой Эни! Просто запомни, никогда не ври
Она тоже не хотела, но злость не отпускала и она сказала.
— Оставь меня!
Маркус ничего не сказал, а просто подхватил ее на руки и бросил на кровать, наваливаясь сверху, подавляя своей тяжестью ее сопротивление.
— Завязывай! Не пройдет и пяти минут будешь умолять! — прошептал он.
Все было как он и сказал — она забыла о своей злости, возбуждение было таким сильным, заставляя их лихорадочно цепляться друг за друга, движения были порывистыми, ласки граничили с грубостью, он просто задрал ее платье, отодвинул трусики, а сам быстро стянул джинсы и резко вошел в нее. В этом не было не романтики, ни любви, ни нежности, которых ждешь от мужчины, но ей было плевать, ей просто хотелось чувствовать его, хотелось быть с ним одним целым.
— Я же сказал! — довольно усмехнулся он, двигаясь позади нее. Ане было все равно, что он пытался ее задеть этим, у нее голова кружилась, ей было слишком хорошо. У них ведь действительно последний вечер, когда они увидятся еще и увидятся ли еще, страх сковал сердце. Она начала двигаться навстречу, с силой поддаваясь назад, отдавая себе, раскрываясь ему и взмывая в небо от наслаждения, чувствуя, как он дрожит изливаясь в нее. И почему — то только сейчас в ее возбужденном сознание блеснула мысль о ребенке, но тут же погасла, ибо ощущения были просто феерические, чтобы думать о чем то еще.
Вокруг шумела музыка, неоновые огни рябили в глазах, горячие мужские руки скользили по ее обнаженному телу. Но она ничего не чувствовала, опрокинув в себя еще один бокал виски, она с отвращением поморщилась и оттолкнув от себя мужчину, быстрым шагом пошла в туалет, где лихорадочно высыпала заветный порошок, образовав две аккуратные дорожки. По очереди втянула их в себя, затем втерев остаток в десны, довольно вздохнула, приводя себя в порядок. Из зеркала на нее по- прежнему смотрела красивая, сексуальная женщина, глаза которой превратись в стекло. В последнее время они были такими постоянно.
Чертов ублюдок, это все ты!
Было больно безумно, каждый день начинался с этой боли и ярости на него, на себя, как она могла так сглупить, теперь она понимала, что все делала не так! Он ведь прежде всего мужчина, он охотник! Ему нужно было сопротивляться, нужно было играть, нужно было дразнить, а она… Идиотка! Ну ничего, она еще возьмет реванш! Теперь то все будет серьезно! Она с удовольствием улыбнулась, растягивая красные губы и обнажая белые зубы. Пора напомнить кое- кому о давнем долге. О, да! Отлично, теперь то он от нее никуда не денется.
— Ты будешь у меня в руках Маркус, я узнаю твои слабые места, будь уверен! — прошептала девушка зеркалу и направилась на выход, довольно тряхнув платиновыми локонами. Настроение ее поднялось, и она с довольным видом упала на колени своему кавалеру, страстно целуя его, только перед глазами стоял другой мужчина, другие губы, другие руки, но воображение и кокаин работали на нее и уже через минуту ей казалось, что это он сейчас с ней. Она забывалась в своей чувственной мечте, она была счастлива.