За красоту убивают
Шрифт:
Мы покинули «Факторию» меньше чем через полчаса. Он кивком попрощался с барменом, и мы молча пошли к автостоянке. На улице царила непроглядная темень, только мириады звезд мерцали в небе и поблескивал в вышине Млечный Путь. Бек подошел к машине со стороны пассажирского сиденья, отпер дверцу и остановился.
— Послушайте, мне очень жаль, что все так вышло, — произнес он. — Может, когда дело закончится, наши пути опять пересекутся.
Я удивленно на него посмотрела.
— Если вы разыграете свои карты правильно, я снова возьму вас
— С удовольствием, — ответила я.
— Да? — спросил он.
Даже в темноте я увидела загадочное выражение его глаз.
— Конечно, — отозвалась я, не зная, что еще сказать. — И знаете, не сожалейте о том, что между нами было. Это всего лишь поцелуй. Я никому не скажу, если вы тоже не скажете.
Совершенно неожиданно он поцеловал меня очень крепко. Прижался ко мне, и я ощутила его нарастающую эрекцию. Я позволила своему языку забраться к нему в рот, и в ответ правая рука Бека забралась под мою расстегнутую джинсовую куртку и больно стиснула грудь. Бек тут же отпустил меня и отодвинулся.
— Договорились, — кивнул он.
Мы ехали молча, Бек лишь отпустил замечание в адрес массачусетских водителей, а когда мы остановились у гостиницы, пожелал мне спокойной ночи и открыл для меня дверцу. На этот раз поцелуя не последовало. Но, как и накануне, он подождал, пока я войду в гостиницу, и только тогда уехал.
Я побежала в свой номер, держа ключ в руке. На этой неделе гостиница, похоже, заполнилась лишь наполовину, и, насколько мне было известно, в моем коридоре я жила одна. Когда я дошла до двери, раздался громкий треск. Я метнула взгляд вправо, в направлении задней лестницы, которая вела в спа. Но там никого не было.
Оказавшись в номере, я проделала ставший привычным ритуал: задвинула щеколду, навесила цепочку, подтащила к двери столик, поискала в номере признаки пребывания непрошеных гостей. С прошлой пятницы я так не нервничала. Сегодняшнее происшествие в спа показало, что я потревожила чье-то осиное гнездо. Кто угодно из целого списка подозреваемых мог проникнуть в процедурную комнату после ухода Корделии. Однако у меня не было ни малейшей догадки, кто же этот злоумышленник.
Лежа в постели и прислушиваясь ко всем посторонним звукам, я начала размышлять о Беке… и Джеке. Сегодня Бек повел себя со мной странно, двойственно, предположив, что мы можем сойтись в будущем, и еще раз меня поцеловал. Мне не хотелось, чтобы этот поцелуй кончался, и я была не прочь зайти и дальше. Но не знала, хочу ли я от Бека чего-то большего. Джек мне очень нравится — когда я на него не злюсь.
В пятницу я проснулась в семь тридцать настолько не выспавшейся, что меня ни за что не допустили бы к управлению тяжелой техникой. С помощью маленькой кофеварки, установленной в ванной комнате, я приготовила и выпила кофе, а потом натянула черные брюки и черную водолазку. Когда я спустилась вниз, за стойкой никого не было, хотя со стороны кабинета Дэнни доносилась музыка. Я прошла по знакомому коридорчику.
— Господи, ну и напугали же вы меня! — едва дыша, произнесла она.
— Извините. Я услышала музыку и решила посмотреть, кто это так рано встал.
— Мне нужно было разложить папки, поэтому я включила музыку. Одной тут очень страшно.
— Мне казалось, что обычно вы приходите позже. А где утренний дежурный?
— У него перерыв. Я пришла доделать запущенную работу, а потом я приду уже в свою смену.
— Вам, наверное, трудно… справляться со всем, что здесь происходит?
— Мои родители хотят, чтобы я уволилась, — озабоченно проговорила она. — Они каждый день со страхом провожают меня на работу. Согласились, чтобы я осталась при условии, что моя смена будет заканчиваться раньше. Дэнни перестроила график, и теперь я работаю до восьми вечера, а не до полуночи.
— Уверена, когда полиция поймает убийцу, вы снова почувствуете себя в безопасности.
— Наверное. Я хочу сказать, что всего два месяца назад была такая же ситуация. Когда умер тот мужчина. С тех пор здесь создалась ненормальная атмосфера.
— Вы думаете, что два этих события между собой связаны?
— Я этого не говорила. Просто все было так ужасно, когда он умер. Полиция торчала здесь несколько недель, задавала вопросы, а потом — журналисты, семья этого человека… Дэнни боялась, что у нас будут неприятности. И едва мы это пережили, как убили Анну, а это уж несравнимо хуже.
— Вы знали Анну?
— Нет. Зрительно — да, но мы не общались. За все время своей работы она мне и двух слов не сказала.
— Вы, случайно, не знаете, в последнее время она ни с кем не встречалась? Я хочу сказать, вы когда-нибудь видели ее с мужчиной?
Натали опустила глаза, словно ей было неловко обсуждать Анну.
— Я знаю, что одно время она встречалась с Эриком… но это было довольно давно. С тех пор я всегда видела ее одну. Она не была похожа на женщину, стремящуюся обзавестись семьей.
Перед уходом я попросила карту Новой Англии. У Натали был только офисный экземпляр, и она предложила мне взять его на время.
Мне было о чем подумать в то утро, но указатели на Уоллингфорд были довольно путаными, а движение весьма оживленным, так что я вынуждена была сосредоточиться на дороге. Я поехала по Массачусетскому шоссе, на этот раз на восток, и ехала так около тридцати миль, потом свернула на шоссе 1-91, проехала место, называвшееся Уилбур-Кросс-Парквей, и наконец выехала на дорогу US-5. Когда, по моим расчетам, до Уоллингфорда оставалось минут двадцать езды, я остановилась на площадке для отдыха, достала записи, сделанные мною во время звонка в школу, и снова набрала знакомый номер. Мне опять ответила та же бойкая дамочка, с которой я разговаривала накануне.