За гранью игры
Шрифт:
– Надо уходить. – Аллана, похоже, не желала вдаваться в подробности, и это мне совершенно не нравилось: не люблю тайн между шефом и телохранителем!
– Давно пора, – буркнул я.
– А вот и наши друзья! – сказала Аллана, указывая на двух милых таких птичек – вылитых драконов, будто только что сорвавшихся прямо с полотен Borisa Valledjo.
Лучше бы это были страшные Чужие!
Драконы заметили нас, обрадовались и пошли на посадку. Мне хорошо были видны эти противные морды. Глаза кровавые, клыки полуметровые, язык длинный, раздвоенный, как у змеи. Уши похожи на крылья летучих мышей, четыре лапы,
Один из драконов завис в воздухе над нами, второй вцепился когтями в камни так, что прямо перед нами показалась шея чудовища.
– Ну, телохранитель, чего ждем? – Аллана усмехнулась и закрыла свой ноутбук.
– Это чего же? На них мы и полетим в светлое будущее? А вызвать воздушное такси нельзя?
– На заброшенные рудники? – Аллана вопросительно приподняла бровь.
– Ну да, – сказал я и мужественно шагнул на спину дракона.
Ох! Ну и скользкий же этот тип! Я тут же растянулся и соскользнул вниз.
Дракон, видимо, и в самом деле был не дурак: взмах крыла – и меня зашвырнуло на спину. Я схватился за драконьи уши и нервно хихикнул.
Аллана же прошла по спине зверя, точно это была липовая аллея. Я оглянулся и понял, что надо мной просто издеваются. Или проверяют: не шпион ли я этих, как их, Ыллыга... тьфу, олигархов местных. Видимо, не сильно я походил на супермена.
Аллана села, скрестила ноги и раскрыла свой портфельчик. Нет, это уже болезнь какая-то! Интересно, а как инопланетяне занимаются любовью? Тоже по клавишам долбят? А потом из монитора – хлоп, младенец пятилетний выползает и говорит:
– Ну чо, мать, тащи жвачку и сникерс!
Хотя, какой может быть в Империи сникерс? Жрут всякую дрянь из тюбиков «Здоровье» и рады.
Я чувствовал, что долго так не продержусь. Уши дракона тоже были скользкими, они так и норовили выскользнуть из моих пальцев. Давно я не испытывал подобного дискомфорта. А под нами проплывали милые такие ущелья. Кровавые, пирамидальные. Наверное, гробницы всех святых и дураков, вроде меня.
Аллана снова сосредоточенно долбила по клавишам, точно от этого зависела ее жизнь. Нет чтобы подойти к человеку, здоровьем поинтересоваться, поддержать его морально... Так нет же, вместо этого инопланетяне предпочитают пялиться в плоский жидкокристаллический экран и рассчитывать скорость полета человеческого тела, водруженного на дракона, сквозь это самое чертово ущелье. Кто они после этого? Явно не гуманисты.
Пальцы мои вспотели и заскользили, проклятые уши оказались вовсе не такими надежными, и я сорвался вниз. Нет, видеть собственную смерть – это садомазохизм какой-то. Я закрыл глаза и оптимистично сказал сам себе:
– Ну, Иван, Соколовым ты был, в полете и помер...
А потом волна первобытного страха окатила меня с головой: это ведь смерть! Настоящая, не компьютерная!
– Господи, защити! – закричал
И сознание меня покинуло.
Папка «Personal»
Первое, что я увидел, было лицо Алланы. Девушка склонилась надо мной и тревожно смотрела, точно пыталась загипнотизировать. Ореол волос, подсвеченный солнцем, показался мне сияющим нимбом.
Краем глаза я заметил движение, а спиной почувствовал, как перекатываются подо мной мускулы рептилии. Значит, мы все-таки летели дальше.
Вспомнился почему-то Вадим, толкинист. Дитя малое, бородатое. Тридцать лет стукнуло, а ума почему-то не прибавилось. В общем, болтун этот, Вадим, утверждал, что на драконах классно летать, с ветерком. Особливо, говорил Вадим, это дело уважали всяческие ведьмы всех рангов и мастей. Вернусь, решил я, обязательно морду этому уроду начищу, чтоб не трепался! Впрочем, если разобраться, Аллана и есть самая настоящая ведьма: эмансипированная, высоко интеллектуальная, по спинам этих зверюг гуляет как по собственной квартире. Чем все это объяснить? Ясное дело: без нечистого тут не обошлось!
– Живой? – это Аллана поинтересовалась.
– Да чего мне будет? Я – десантник, – сказал я, едва ворочая языком, сам не веря своим словам.
– А, ну да. – Моя журналисточка заметно повеселела. – Ты же телохранитель. Ну как, сберег тело-то?
– Слышь, Аллана... Ты это. Ты как не падаешь? Скользко ведь.
– Точно! – И инопланетянка стукнула себя по коленям. – Ты же человек! Твои эмоции искажают статичную реальность даже здесь, в Империи! Да ты просто не бойся. Это гхыры, наши друзья по разуму.
– Гхыры? – переспросил я и приподнялся на локте. – Не Г-хмыри, нет?
Аллана, конечно, не поняла моей злости.
– Ну да, гхыры. Что тебя удивляет? Одна из Первых Рас. Очень добрые существа. Пьют свет звезд и летают в космосе без кораблей.
Этого еще не хватало! Уж не собралась ли Аллана в дальний полет на этих гхырах? В космосе, говорят, воздуха нет.
– Да ты встань. – До чего же милые создания эти инопланетные журналистки!
Меня покорежило страшно. Но ведь женщина смотрит! И я поднялся.
– Все нормально, – сказала Алана, поднимаясь с колен. – Видишь: я не боюсь, потому что знаю угол наклона, степень шероховатости кожи гхыра, параболу полета.
Эти инопланетянки просто невыносимы! Синие чулки какие-то! Я отвернулся.
– Не злись. – Рука Алланы коснулась моего плеча. – Мы просто разные – вот и все.
И тут я услышал голос в мозгу, зычный, с бархатистыми переливами:
– Приветствую тебя, мой юный друг. Я – Брыл, а мой брат – Ёрх. Мы пришли на ваш зов, потому что хорошо знаем Аллану.
Ну да, Аллана же у нас звезда экрана, тьфу ты, кабельного монитора, электронных газет или какие у них тут средства информации... А я вот – неуч, люмпен обыкновенный. Обидно как-то.
– И я тебя приветствую, Брыл, – мысленно ответил я, понимая, что общаюсь с гхыром, на котором мы летели.
– Ваши враги уже близко.
Этого еще не хватало!
– Минуту назад они спустились на плато Расплаты. – Брыл был вежлив, точно китайский старик. – Оглянись и ты увидишь зарево пожара.
Ага! Легко сказать: обернись, не бойся, попрыгай, мяч погоняй.