За гранью игры
Шрифт:
Я сжал кулаки.
Аллана молчала.
– Госпожа Лиррил, вы обвиняете вашего мужа Шеллеша в совершении заговора против короны Империи. Что вами движет: личная неприязнь, желание мести или стремление к миру и гармонии во вселенной?
– Я сама выросла в Империи. Да, меня всегда ужасали экологические преступления наших чиновников, сброс отходов в реки и озера. Правительство оставляло зараженными радиоактивным облучением целые планеты, делая их закрытыми для туристов и граждан, но зараза распространяется уже и через вакуум. Господин Аррах знает, что мысль способна сформировать кислотно-щелочную среду за сотни парсеков от места радиационного
«Красиво говорит, как по бумажке! – зло подумал я, разглядывая лицо баронессы, взятое крупным планом. – Что-то больно она красива для таких обвинений. Уж не подтасовка ли фактов, как в нашем с Алланой случае?
– Замечательно! – воскликнул ведущий. – Ведь это же здорово, что граждане Империи совсем не такие, какими их выставляют нам официальные службы занятости и эмиграции. Вот перед нами тонко чувствующая особа, готовая ради всеобщего блага рассказать миру правду о собственном муже. Это высший духовный подвиг: несмотря ни на что пожертвовать семьей ради истины, ради спасения вселенной. Это так трогательно! Так романтично!
«Ага, – подумал я, – какая прелесть! Внучка Павлика Морозова подросла. Ну ничего, бесы, ничего. При таком раскладе скоро из Империи и потомки Ивана Сусанина пожалуют. И стеньки разины не задержатся, и гришки распутины. Вот тогда и посмотрим, как вы запоете!»
Демонесса, до сих пор молча сидевшая в кресле, пошевелилась. Короткая юбочка поползла вверх, приоткрывая взорам зрителей соблазнительную картину. Оператор в студии немедленно направил камеру на эту диву. М-да, как-то все очень запущенно у Чужих с пониманием прекрасного. Хотя чего я брюзжу: ноги не кривые, не волосатые, не в татуировках. У нас самих на Земле что, разве лучше поставлен шоу-бизнес? Вот в Империи – там, да, – возможно, просто никто ничего и не заметил бы. Подумаешь, юбка слегка задралась? По меркам современной земной моды юбка изначально должна быть на ладонь выше от колена. Так что нормы этики и морали не нарушены. Впрочем, это как повернуть. Вот гражданки, те вообще из штанов не вылезают. Ну как же, удобство превыше всего! Даже не знаю, что лучше: кокетство на грани флирта или снобизм синечулочников...
И чего это меня на морализаторство потянуло, причем не в самый подходящий момент?
– Господин Аррах, каким образом заставил вас работать на себя мистер Шеллеш? Грозился ли он понизить уровень вашего интеллекта, сделать вам операцию по изъятию гипофиза или каких-то важных для вас чипов из головного мозга?
– Барон Шеллеш имеет другие способы убеждения, более весомые и действенные.
– Вы хотите сказать, что на вас было оказано неэтичное давление?
Аррах усмехнулся. Это была ухмылка демона. Так мне на мгновение показалось.
Стоп! Это Чужие – бесы, а Аррах, он из Империи. Не стыковались что-то мои ощущения с тем, что я видел. Никак! Добро и зло... Если их на самом деле не существует, то стоило их выдумать, чтобы две тысячи лет парить всем мозги! Аррах работает на ангелов, но люди для него как лягушки: режь,
– Расскажите, господин Аррах, в Империи и в самом деле ведутся противозаконные исследования, практикуются опыты, ведущие к ущемлению прав граждан, роботов, клонов и полукровок?
– А разве вы, господа, не ущемили моих прав? – Аррах зловеще улыбнулся в камеру.
Ведущий вдруг покрылся капельками пота. Бедняжка, как он, наверное, перепугался.
– Наше Королевство – оплот демократии. Нас всегда будут помнить по трем вещам: по Конституции, по лучшему во вселенной голографическому пятимерному телевидению с эффектом присутствия внутри реальности фильма и по гоночной команде «Чеккечские Красные Буйволы!» – Бес явно нервничал.
Демонесса тоже перестала томно выгибаться в кресле. Взгляд ее стал жестким, как удар хлыста.
Что-то в программе пошло наперекосяк.
– А разве я могу свободно в любое время покинуть пределы Королевства, не будучи при этом атакован патрульными и таможенными службами? – Аррах был невозмутим.
Так, это что-то новенькое. Неужели всякий, пересекший границу этого вселенского ада, остается здесь навсегда? Ой-ей-ей! Мне это уже не нравится...
– Вы в любое время можете отправиться в любую точку вселенной.
Телекамера скользнула по залу. Боги, какие напряженные и сосредоточенные бесовские морды! Похоже, здесь на слова типа «демократия» и «права кого бы то ни было», бросаются как разъяренные быки на красную тряпку. Что ж, запомним.
– Значит, я так же свободен и в праве принятия внутрь любых напитков? – Какое-то ехидство блеснуло в темных глазах ученого.
Что он задумал? Вон уже даже Лиррил нервно кусает губы.
– Чашку аркафе в студию! – крикнул Аррах.
Мне это почему-то сразу напомнило «Поле Чудес» в Стране Дура... то бишь, я хотел сказать в нашей стране, в России. Ну, телепередача такая есть.
Зал дружно охнул.
Ведущий бес стал бледным, как полотно.
– Заметьте, – Аррах задумчиво накручивал на палец прядь своих черных волос, – я не прошу принести чесночной выжимки с гумрой, осиного экстракта или просто ладана.
– Но... Но аркафе – тоже наркотическое вещество, – пролепетал ведущий, как-то весь съежившийся и побледневший.
А ученый вдруг хлопнул себя по коленке и рассмеялся в мертвой тишине:
– Вот видите, каждого можно чем-то напугать. И для этого вовсе не обязательно прибегать к прямым угрозам.
Секундная пауза. Видимо, черный юмор до бесов доходил медленно. А потом зал буквально взорвался аплодисментами и воплями восторга, типа: «Аррах – гений!» и «Да здравствует Аррах!»
Я, честно говоря, толком ничего не понял. Только почувствовал, уловил по резкой смене настроений, что Аррах тонкий психолог бесовской души, что буквально секунду назад он заставил сотни Чужих испытать прилив страха за то, что их демократия не всемогущая. Ученый двумя-тремя фразами разогнал по венам рогатых и сытых балбесов адреналин. Конечно, я не понимал всех тонкостей этого дурацкого диалога, но эффект разорвавшейся бомбы был очевиден.