За горсть монет
Шрифт:
*****
Скеитриру же поутру пришлось вкарабкиваться из болота. Он не только не заметил нашествие дождя, так еще и намокшая одежда со временем опустила его на землю. Хотя, распылив и воссоздав одеяния, Скит почти полностью высушил и очистил их.
Создание одежды давалось ему с трудом, потому она сохраняла часть свойств, приобретенных до исчезновения. Однако благодаря руководству Гэбриэла он смог извлечь выгоду и из этого, нашивая на ткань пластины из кдаллира — металла не подверженного магическим метаморфозам и появляющемуся в первоначальном виде по необходимости.
Поев
Соблазн убить вепря сразу приходилось подавлять. Еще будучи новичком Скит настрадался от ошибок, совершенных в спешке. Холодный расчет — лучший друг авантюриста. К примеру, глупый новичок при всем своем желании не сможет доставить тушу животного в Гизехайм и получить деньги от некого предпринимателя, ведь он спешит обирать трупы храбро павших в бою за задницы своих феодалов солдат.
Глава 4. Величайший маг, без таланта к магии
«Вы ведь шутите, да?» Все произошло, как и предполагал Гэбриэл: пустая дорога, небольшой караван, до смерти напуганные, или до смерти израненные купцы и банда каких-то головорезов, вылезших из своей неумелой засады.
Натянув капюшон и маску, он активировал механизм под одеждой, что позволил ему слиться с окружением. В пылу сражения никто из этих дилетантов не заметил, как какая-то тень подкралась к вылезшему на повозку, на всеобщее обозрение, громиле, по видимому выполнявшему роль предводителя, и отделила его тупую башку от тела. Кровь, брызнувшая на близстоящих подчиненных, привлекла их внимание, а колоссальная грозовая туча, исходящая прямо из тела неизвестного, заставила ужаснуться и отступить. Гонимые выжившими охранниками каравана и громогласным голосом «колдуна», налетчики скрылись в степях.
Будет неприятно, когда они поймут, что гроза была всего лишь иллюзией, а голос попросту усилен маркой. Но сейчас авантюриста больше заботил увесистый кошель, что он выручил у торговцев, как только те оклемались.
Сейчас они двигались как раз по направлению к Роуку. Лошадь Гэба плелась, запряженная в повозку вместо одной из убитых. Сам же он лежал внутри на крупном мешке с хмелем и продумывал дальнейшие события. После налета выжило пятеро авантюристов, доселе охранявших караван, и каждый из них был на взводе, потому нападение средь бела дня было маловероятно даже со стороны тех уникумов.
А нападут они гарантировано. Как ни как Гэбриэл убил их лидера или, как минимум, его заместителя, причем столь постыдным образом обернув остальных в бегство. Чем дольше времени они будут точить клыки, тем более спланированным станет набег и изощрённой месть. Так что в планах наемника было дать им подобную возможность как можно раньше.
Именно потому сейчас реализовывалась самая сложная часть плана — Гэб, не покладая рук, бездействовал в ожидании вечера. Даже залечить раненных за символическую плату шанса не выпало, ибо караванный врач был весьма виртуозен. Хотя все же помощь авантюриста
— Гэбриэл, не могли бы вы подсобить мне с одним делом? — выглянув из повозки наемник увидел среднего роста седоватого мужчину, что шел рядом.
— Осерт, так? — Гэб слез с насиженного места и поравнялся с доктором.
— Осберт — наш кучер, я Годфрид. Но к делу: видите ли… К счастью я смог исцелить почти всех раненных при набеге, но вот один ваш напарник…
— Согильдиец. Тот что с темным взрывом?
— Да, бедняга, пораженный столь гадкой магией… я боюсь у меня не хватит духу…
— Сделаем, но не за спасибо.
— Да как вы можете просить деньги за такое!..
Запрыгнув в крытую телегу Гэб увидел виновника обеспокоенности лекаря — авантюриста, из чего живота торчало обрубленное древко копья, а внутри была каша из словно сплавившихся с металлом внутренностей. Несколько стальных шипов с вкраплениями плоти торчали наружу.
Объединение ингинца и фестро дает столь необычайный эффект, что считается аморальным среди большинства людей. Гэбриэл был рад что не относится к таким. «Как же забавно что дюймовый камушек способен вот так рвать пространство».
— Док, такая у нас работа. Мы не мараем клинок по чем зря, — видимо, не желая устраивать дебаты на глазах у умирающего, Годфрид бросил пару врис в руку наемника. Авантюрист, еще был в полусознании и потянулся к Гэбриэлу. Тот опустил руку лежащего своей. Быстрый взмах клинка, скривившееся лицо мученика наконец успокоилось.
— Боги…
Наемник не отреагировал на сострадания врача, взял тело и пошел в сторону от повозок. Отдалившись, он сбросил труп, постоял еще с минуту делая вид, что роет могилу и двинулся обратно. По пути пошарив по карманам, Гэб обнаружил там несколько новых монет и марок — опять он обобрал тело сам того не заметив.
К вечеру все попутчики авантюриста начали терять силы, а потому вскоре поддались на его просьбы о привале. По его же совету став полукругом, наемники выставили дозор, а Гэбриэл занялся приготовлениями к грядущей ночи. К данному моменту торговцы окончательно оклемались от шока и наконец поняли, что на эмоциях сами заплатили наемнику втридорога, так что заполучить необходимые ему руды Гэбу удалось только за соответствующую цену.
Окольцевав лагерь двумя кругами из лангона и масла и оставив перемычку напротив повозок, он набросал в нее металлические осколки и небольшой куб в центр. Напоследок описав остальным авантюристам сколь незавидная участь их ждет при несоблюдении установленных им правил безопасности, он безмятежно завалился на мешок хмеля.
*****
Полночь. Луны скрыты облаками. «Отлично. Эти идиоты считают, что пара повозок не уступает надежной стене и потому совсем не следят за тылом. Что ж, земля им пухом, это будет прекрасная, легкая атака со спины и быстрая победа.»
Подобные мысли легко читались на лицах налетчиков, созерцаемых Гэбриэлом, безмятежно лежащим на повозке, слившись с мешками. Идеально скоординировав свои действия и надвигаясь единым фронтом, бандиты только делали авантюристу одолжение. Вот им осталось двенадцать шагов. Ухмылки расползлись по лицам. Семь. Пять. Три.