За горизонт

Димитрюк Д А

Днище и борта багги — дюралевый кузов. Причем, на мой взгляд, кузов герметичный. Идея явно заимствована у немецкого Швимвагена.

— Плавает?

— Если честно, то нет.

Всё равно — сильно.

Продолжаем осмотр. Опускающееся ветровое стекло из прозрачного пластика. Два просторных пассажирских места, разделённые тоннелем карданного вала.

За высокой спинкой сидений спрятан плоский бензобак.

Над бензобаком примятый рулон брезентового тента — место еще для двух пассажиров или дополнительного груза. В сезон дождей натягивается на

трубы каркаса и неплохо защищает от дождя и брызг.

За бензобаком двухлитровая бензиновая четверка японского происхождения. Точнее не скажу, ибо с японскими легковушками дел не имел.

Аккумулятор и генератор закреплены очень высоко. Небольшой минус устойчивости, зато огромный плюс при преодолении брода. Семьдесят сантиметров брода для этого багги помехой не будут.

Что еще? Две сетки–багажника, есть у меня подозрение, что в прошлом это были тележки в супермаркете. Две дополнительные канистры под бензин. Шесть мощных фар — четыре вперед, две назад. Небольшая электрическая лебедка на переднем силовом бампере. Радиостанция с двухметровой удочкой антенны.

— Нравится? — Грета почесывает раздувшееся брюшко налопавшегося вкусняшек Ошо. Зверек млеет от счастья и смешно дрыгает лапами.

Нравится ли мне это агрессивно–брутальное и в тоже время сугубо функциональное чудо местного автопрома?

— Не то слово, имею слабость к красивым инженерным решениям. Н–да, давайте уже выгружать снаряжение и думать, как будем груз поднимать.

План Вольфа прост до примитивности.

Я, любимый, ныряю к затопленной машине, и в непроглядной озерной пучине, отмахиваясь от местных мегалодонов и ихтиозавров, пытаюсь закрепить груз к спущенной с поверхности веревке. Из лодки немец за другой конец веревки вытаскивает груз на поверхность, и по мере накопления отвозит на берег.

Не наш это метод, решительно не наш.

Вооружившись бензопилой, за час заваливаю в воду десятка два деревьев растущих у кромки воды.

Деревья вокруг озера растут как на заказ. Прямые стволы толщиной сантиметров пятнадцать, нижняя часть стволов начисто лишена сучьев, в верхней части кисточка веток, покрытых зеленовато–голубыми, мягкими иглами. Этакая помесь молоденькой корабельной сосны и кипариса.

Теперь спилить верхушки деревьев чуть ниже сучьев, спихнуть стволы в озеро. И пусть Дензел и Грета сплавляют по мелководью получившиеся бревна и решившего освоить азы серфинга на бревне Ошо.

Крохотная, буквально на пару метров вдающаяся в берег, мелководная бухточка назначается верфью. В ней будем строить флагмана нашего спасательного флота.

— Отсель грозить мы будем шведу?

— Шведу?

— И шведу, и фину, и прочим чухонцам. В кузове «Татры» топор, кувалда и ящик со скобами. Волоки это все сюда. Да, и там где–то кусок цепи и блок были, их тоже прихвати.

Парень ловко вскочил в кузов грузовика и загремел железом.

Глядя на мои первые, неловкие попытки колоть дрова, мой дед любил повторять, — Любой русский мужик должен уметь пользоваться топором не хуже плотника, а ты внучек пока даже на

дровосека не тянешь.

Фронтовику–саперу, прошедшему от Москвы до Вены, а потом обеспечивавшему уникальный рывок советских бронетанковых частей через Хинган, было что рассказать и чему научить потомков.

Сказать, что из внука вышло отличное от дровосека, сильно покривить против истины. Но на «срубить плот» моей рукастости хватит с избытком.

Первым делом изготавливаю поперечные, назовем их так, балки. Отбираю самые толстые бревна, укорачиваю до четырёх метров и попарно скрепляю скобами.

— Ха–ак! Н–на! — из–под кувалды летят искры, сталь скобы с пяти ударов плотно входит в смолистую древесину.

— Ха–ха! Н–на! Й–оо! — кувалда выскальзывает из пальцев и улетает в воду. Хорошо хоть не далеко.

— Рыбу глушишь? Оригинальный способ, — Вольф наконец–то спустился к озеру.

— Что так долго?

— Охрана орденская позиции выбирала. Основательных профи из себя корчат.

— Профи, — Грета по–пацански сплевывает через зубы. — В долине кроме нас никого нет. И вообще никого нет поблизости.

— Гарантируешь?

— Ошо, гарантирует.

О как, оказывается животина не прихоть от скуки, а эффективная сторожевая система.

Я в этом вопросе сделал ставку на собаку. Но полудикий, местный зверек минимум на порядок эффективнее избалованной городской собаки.

А еще я заметил лукавую ухмылку, промелькнувшую на лице ее брата. Или мне показалось?

Вольф сходу оценил мой замысел с плотом. Без лишних слов скинул куртку, закатал штанины и включился в работу.

С появлением взрослого мужика работа пошла значительно веселее. Дензел — смышленый пацанчик, но практического опыта у него нет, а инженерное мышление находится в зачаточном состоянии. Пацан старается, впитывает знания как губка, но толку от него подай–принеси–подержи. Хотя и это немало.

К полученным поперечинам крепим оставшиеся бревнышки, сгоняя бревна от краев к центру. Получается два помоста длиной метров шесть, примерно метровой ширины, разделенных метром пустого пространства.

— Дензел, не торопись. Сначала нужно подпилить вот здесь и здесь. Теперь вот так скалываешь подпил. Теперь в получившиеся пазы вставляем укосину. Не встаёт? Подпили немного. Встала? Гут неси скобу, крепить будем. Вторую стойку сам делать будешь, — парень сама готовность — ему интересно.

Над получившимся безобразием возводим П–образную конструкцию, напоминающую виселицу для гномов, ну или там хоббитов. Я толерантен — мне без разницы кого вешать.

Финальным аккордом пропускаю ржавую, толстую цепь через крепежную серьгу блока. Обматываю цепь вокруг поперечной перекладины «виселицы» и, пропустив через два звена цепи, вколачиваю в перекладину последнюю из оставшихся скоб.

— Надо бы флагману нашего флота имя дать.

— Не нужно.

— Хм? Вольф, обоснуй.

— Мы дадим ему имя, как найденному котенку, а потом уйдем отсюда, бросив его здесь. Считай меня суеверным, но не надо так с кораблями.