За горизонт
Шрифт:
После недолгих, буквально на пару фраз, переговоров часовой поднял шлагбаум и жестами указал на широкую площадку позади блокгауза.
С обратной стороны фортификация выглядит точно так же. Отличие лишь в сложенном в том же архитектурном стиле капонире, с торчащими над ним дугами безопасности джипа, и закрепленном на этих дугах ручном пулемете.
— Вольф, это кто такие?
— Гуркхи, очень годные вояки. Орден удачно завербовал почти две сотни для поддержания порядка в Азиатских анклавах.
— И как справляются?
— Двумя сотнями, без тяжелого
— Хм, гуркхи работают на Орден?
— Нет, после перехода Орден обеспечил их оружием и снаряжением на много лет вперед. А вот кормят их местные общины. Тут ведь как, — немец глотнул из фляги. — В долине реки кого только нет: тайцы, лаосцы, малайцы, кхмеры, филиппинцы, корейцы, индийцы и, естественно, китайцы. Причем я сильно укрупняю. Те же индийцы делятся на тучу народностей, племен, кланов, каст. Да и китайцы отнюдь не единый монолит. И все это адское варево бурлит в долине Реки. Так вот, гуркхи подчиняются исключительно письменным приказам местного «парламента» или, скорее, совета племенных старейшин, разбавленного интернационалом полевых командиров. И ни в какие межплеменные разборки не лезут. По большому счету такая ситуация всех устраивает. Главным образом тем, что предотвращает крупные конфликты между племенами. Серьезные дядьки решают проблемы на сходке, а выскочек заземляют гуркхи.
— Успешно заземляют?
— По–разному. Ты в курсе кто такие красные кхмеры?
Что я знаю про кхмеров? Народность в Индокитае, живущая преимущественно в Кампучии (употребляемое в СССР название Камбоджи), и понемногу во Вьетнаме, Таиланде и Лаосе.
Под «мудрым» руководством товарища Пол Пота, проникшаяся идеями маоизма, часть кхмеров в кровавом угаре под корень отгеноцидила инакомыслящих соплеменников. Заодно вбив и без того не сильно развитую Кампучию в каменный век. Когда инакомыслящие закончились, Пол Пот решил порезвиться на территории соседних государств.
Чем руководствовался мудрый кормчий, лично мне неизвестно, возможно, рассчитывал на помощь китайских товарищей. Но выбор пал на Вьетнам — страну, где еще дымились подбитые танки и вертолеты армии США. Между прочим, США до этого момента не знали поражения в войнах.
Офигевшие от подобного неуважения, вьетнамцы бросили к Пномпеню танковые клинья, быстро переведя красных кхмеров на нелегальное положение. Не помогли даже вписавшиеся за Пол Пота китайцы, попавшие под раздачу вьетнамской армии ничуть ни хуже кхмеров.
Хотя красные кхмеры оказались упертыми ребятами, и партизанская война в Кампучии не утихает по сей день (речь о 1996–97 годах).
Кратко делюсь с Вольфом своими куцыми знаниями о данной проблеме.
— В целом все именно так. А как мыслишь, за счет чего финансируются ушедшие в партизаны?
— Если речь идет о «золотом треугольнике», то думаю — опиум.
— Не совсем так. Наркотики тоже имеют место быть, но основной доход партизаны получали с добычи изумрудов на подконтрольных территориях. Видимо, на родине им стало совсем кисло, и группе
— Хм, я так понимаю, с созидательным трудом у подобного контингента чуть хуже, чем никак. И по приезду они сразу принялись за наведение революционного порядка исключительно в свою пользу.
— Правильно понимаешь. Постреляли маленько, пограбили, потопили десяток джонок, сожгли две деревеньки и пол–Шанхая. Теперь в горах засели и гадят оттуда понемногу. Вот с ними у гуркхов основные проблемы. Индивидуально кхмеры скверно подготовлены, но их намного больше, у них единоначалие и очень сурово с дисциплиной.
— Весело тут.
— Азиаты, что с них взять.
— Что–то долго наша охрана с гуркхами договаривается.
— Разведданными обмениваются. Тихий и его тройка им мало интересны, а вот Дензел и Грета могут немало интересного рассказать.
— Вольф, а чего боец у шлагбаума твой броневик так глазами ест. Ты гуркхам «Ящерку» продаешь? Если, конечно, это не коммерческая тайна.
— Им. Последнее время их патрули несут большие потери. Джип слабая защита против автоматчика в кустах.
Мое любопытство обламывает сухонький мужичонка неопределенного возраста с красным крестом на рукаве и груди.
— Вольф, это кто?
— Врач санитарной службы. Осматривать нас будет, чтобы заразу в анклав не занесли.
Хм, серьезный подход. Пограничная служба, санитарная служба — все признаки государственности налицо.
С немцем санитарный врач лишь поздоровался и справился о самочувствии. Здоров, как рогач, вот и чудно. Тогда займёмся вами, молодой человек.
На немецком врач говорил с очень смешным акцентом, явно подбирая слова и про себя выстраивая фразы.
Осмотр занял минуты три, не больше.
— Откройте рота, позалуйста. Закатайте рукав, шалобы есть? — санврач проверил цвет глазного яблока. Посветил фонариком мне в пасть. Пощупал пульс.
— Жалоб нет.
— Нагнитеся, позалуйста. Ниже, позалуйста.
— Может еще и ягодицы раздвинуть?
— Зачема ягодитса? Ягодитса не надо, — врач что–то поискал в моей причёске.
— Вдруг у меня там геморрой или с геморроем можно?
Шутки доктор не понял, — О, геморрой! Будите в Бейджан, посетите аптеку госпози Лю–Юу. У нее есть отличный смазка… эээ, мазь от геморрой.
— Обязательно зайду. С моим здоровьем все?
— Да, все хоросо, — вынес диагноз доктор и бодро засеменил к присевшему в тени бронемашины пулемётчику.
— Хм, Вольф, и как санитарные кордоны помогают?
— Не знаю, помогают кордоны или не очень. Но эпидемий у китайцев пока не было.
Наш разговор прерывает гуркх–офицер, в самый неподходящий момент решивший побеседовать с Вольфом. О чем был тет–а–тет, для меня осталось загадкой. Но под конец разговора немец начал задумчиво потирать подбородок. Насколько я его изучил, немец прикидывает, стоят ли риски предложенной выгоды.