За двумя кладами погонишься...

Дихнова Татьяна

Заслонившись рукой от быстро спавшего жара, я пересекла площадку и залезла на камень.

— Что именно вы желаете узнать? — немного воинственно начала я. — Какую именно я сотворила глупость и как чуть было не отправилась к праотцам?

— Нет, — покачал головой дракон. — Как раз это меня совершенно не интересует, главное, что ты жива осталась.

Это признание удивило меня настолько, что я слезла с валуна, подошла к не ожидающему ничего плохого дракону и поцеловала его в чешуйчатую морду.

— Спасибо, — заговорила я, вернувшись

на место. — Я боялась, что вы будете ругаться или, того хуже, смеяться.

— А толку? — взмахнул собеседник хвостом. — Подозреваю, что все ошибки ты и сама уже поняла, а иного смысла устраивать разборки нет совершенно. Скажи лучше, была ли хоть какая-то польза в столь дурацкой выходке.

Я медленно кивнула, выдерживая театральную паузу.

— В общем-то, да. Небольшая такая польза. Я теперь точно знаю, где находится Розовое Солнце. Вы были совершенно правы — похититель жемчужины действительно погиб по нелепой случайности, а драгоценность забрал себе главарь одной из банд, мсье Марто, он же Марев Одноглазый.

Естественно, дракону тут же понадобились все подробности, и мне не осталось ничего, кроме как удовлетворить любопытство скучающего на скале в одиночестве ящера. Выслушав полный отчет о моем пребывании в гостях у Марева Одноглазого и о расследовании, убедившем меня в невиновности Антея, Зенедин никак не откомментировал полученную информацию, а просто спросил:

— Как твоя работа в роли охранника? Надеюсь, объект жив?

Я подскочила на камне.

— Ужас! Я забыла про Акси. Мне же надо бежать к ней.

— Тише, тише, — успокаивающе поднял лапу собеседник. — Угомонись. Если мадемуазель Фау осталась жива за те почти двое суток, что ты провела в плену, то еще несколько дневных часов ей ничего не угрожает. Но, судя по твоему виду, пока ты жила в доме, там произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Все-то вы знаете, все-то вы видите, — вздохнула я. — И, как всегда, правы. Слушайте про наш ночной переполох.

Когда я закончила, дракон немедленно уточнил:

— Предыдущим днем или вечером ничего особенного не произошло? Что могло бы подтолкнуть преступника на очередное покушение.

Я только руками развела.

— Произошло. Во-первых, за ужином семья поругалась... не без моего участия. А во-вторых, пришло письмо от адвоката, и Акси твердо заявила, что намерена продать мне дом.

Хвост дракона, как и следовало ожидать, поднялся вертикально вверх.

— А кто слышал это ее обещание?

— Все. Мы в тот момент ужинали.

— Совсем все? — переспросил оборотень. — Насколько я помню, в доме кроме членов семьи есть и другие обитатели.

— Что, вы и их подозреваете? — совершенно искренне изумилась я. — Очень сомневаюсь в обоснованности таких мыслей.

— Но это же не помешает тебе ответить на мой вопрос?

— Вы спрашиваете или утверждаете? Кроме членов семьи разговор слышала экономка и, с некоторой вероятностью, домовой, он в этот момент

возился на кухне, но вполне мог вернуться. Призрака мсье Генри в доме не было.

— Дай мне подумать, — попросил собеседник и, как обычно в таких ситуациях, свернулся клубком.

Я же воспользовалась минуткой покоя и просто дышала свежим воздухом. Ярко светившее солнце пока пряталось за деревьями, с трех сторон окружавшими пещеру дракона, лишь кое-где его лучи проникали сквозь густую листву, создавая на камнях причудливую игру пятен. Куст смородины рядом с моим валуном уже отцвел, и на месте белых лепестков образовались небольшие ягодки. Надо будет наведаться сюда ближе к осени, когда смородина созреет.

— Как тебе кажется, — подал голос Зенедин, — кто именно виноват в смерти мсье Энниля и покушении на его дочь?

— Кстати, — вспомнила я. — Я же говорила с привидением, и мсье Генри определенно заявил, что его потомок не сам свалился с лестницы, ему помогли. Правда, после покушения на Акси это уже и так совершенно очевидно.

— Вот именно, — подтвердил собеседник. — Итак, кто?

Чуть помявшись, я созналась:

— Кроме Антея, некому. Но его виновность у меня в голове совсем не укладывается. Он не такой.

— Да-да, именно это твердят обескураженные матери и жены преступников. Мой мальчик не мог, он не такой... Ладно, — прервал сам себя дракон. — Это все лирика. Скажи мне, чего ты на данный момент хочешь? Кроме как остаться в живых?

— Да ничего, в сущности, не изменилось. Я хочу дом и жемчужину, точнее, вознаграждение за нее. Хотя... — Я задумалась. — Нет, я не права, кое-что все же изменилось. Я хочу отомстить Мареву, никто не может безнаказанно попытаться меня убить. Пусть обсудят это с мсье Голльери.

— Мы, оказывается, умеем показывать зубки, — усмехнулся дракон. — Отлично. Тогда лучшее, что ты можешь сделать, — это забрать мадемуазель Энниль и на некоторое время уехать из города. Попробуй угадать куда.

— Даже пытаться не буду, — насупилась я. — Не в том я состоянии.

— Временно соглашусь, — легкомысленно махнул оборотень кончиком хвоста. — Стресса за последнее время у тебя в самом деле было многовато, вот и слетай в Кохинор, отдохни, развейся, поговори с семейством бывшего городского главы, узнай, сколько они готовы выложить за жемчужину. Все понятно?

— А было что не понять? — ехидно уточнила я.

— Ты же не в том состоянии, — съязвил дракон и добавил: — Иди уже. И очень тебя прошу, постарайся улететь из города как можно быстрее.

— Неужели вы будете обо мне беспокоиться? — поразилась я.

— Да, — недовольно подтвердил дракон, — как ни странно, но действительно буду. Есть в тебе что-то привлекательное, мсье Эндрю это тоже почувствовал, раз ринулся тебя спасать, не побоявшись конфликта с мсье Марте.

— Положим, он не сам ринулся, а своих людей послал, — резонно возразила я. — Но, по существу, вы правы.