За чертой

Царевская Виктория

Он привык к страху, уважению, ненависти, даже поклонению, но чтобы радость? Ее протянутые руки просто вводили в ступор. И это: «Махни хвостом». Она, что же, думала, что он, выпустив Зверя, потерял возможность слышать и понимать речь? Одичал и отупел. «Кис-кис?» Это вообще серьезно было сказано?

Чувствуя, что Зверь спокоен и даже не претендует на главную роль, Сверр рискнул подпустить его к ней. Да и покрасневшие уши ему категорически не нравились. Дуреха, совсем про капюшон забыла, пораженная его величием и звериной харизмой. Главное, чтобы

девчонке в голову не взбрело что-нибудь эдакое. Но к счастью, ее эмоции были относительно спокойны.

Зверь не был против того, что бы его погладили, и даже не воспротивился лечь для того, что бы девушка смогла дотянуться до его головы. Нежные руки, перебирающие шерсть, приносили просто колоссальное удовольствие. Как бы он не старался, не смог сдержать глупое урчание. Он жалел, что нельзя лежать так вечно, купаясь в ее душевном тепле и искренней радости.

Время поджимало. Они и так не успевали к началу Совета. Хотя, ему, как нашедшему предателя, там нужно быть в первую очередь.

Картина, рыщущей по саду девушки, заставила улыбнуться. Она была словно ребенок, потерявший любимую игрушку. Но, стоило Нади обернуться, как все, что сделало его на секунду по-настоящему счастливым, рухнуло в один миг.

Опять этот колючий взгляд, раздражение, презрение. Аж самому от себя противно.

Всю дорогу он чувствовал ее смятение. Шуточный тон и попытка ее растормошить возымели противоположный эффект. Списав все это на волнение и то, что она «маленькая», но все-таки женщина, (а те, как известно, постоянно не знают, чего хотят), он решил оставить ее наедине с собой. Когда же девушка дала понять, что хочет остановиться и поговорить, Сверр решил развеять все ее глупые страхи и сомнения на корню, без этого бабского языкочесательства, которое он просто терпеть не мог. К сожалению, все оказалось сложнее.

Она просила поддержки, которую, в сложившейся ситуации, он дать не мог. Более того, он был тем, кому предоставлялась честь казнить предателя. Такая удача! Избавиться от приспешника этого магического засранца своими руками. Однако сейчас кочевник бы многое отдал, чтобы не марать руки об эту поганую кровь. Чтобы не видеть ее слез.

А вот то, что она в очередной раз дала понять, что вынуждена, просто таки через силу, терпеть положение его женщины, взбесило. Да еще эти, шейдан их дери, штаны. Казалась, на других они сидели не так вызывающе, как на ней.

Лаская ее, он хотел дойти до конца, чтобы она стонала в его руках, достигая пика наслаждения. Но, эта упрямица, в очередной раз, лишила себя запланированной им кульминации.

Сейчас в голове друг за другом пробегали мысли, из-за которых неделю назад он бы покрутил себе у виска. Мужчина знал, что эта бунтарка просто так не сдастся. Да еще и под чутким руководством этой вредной задиры Хлои. Та, еще какой мастер махинаций! Представление сегодня точно состоится, и его основная задача — сделать так, что бы эти две актрисы не навредили себе.

Сверр спрыгнул с коня. Помогая Нади спешится,

он задержал руки на ее тали. Опуская их, будто невзначай прошелся по округлостям бедер. Девушка не обратила на этот жест никакого внимания. Может от того, что была погружена в свои тяжелые мысли, а может просто его стратегия, касаться ее как можно чаще, приносила свои плоды. По крайней мере, она от него перестала шарахаться.

Глава 19

— Ну, наконец-то! Где тебя шейдан только носил? Старики там тебе уже все кости промыли.

Голос принадлежал его лучшему другу. Они с самого детства были неразлучны. Каждый день пропадали в лесах, ища приключения на свои задницы. И, если Керс был тем, кто всегда их находил, Сверру же доставалась роль того, кто их постоянно из этих приключений вытаскивал.

Оставив девушку возле лошадей, пошел навстречу приближающемуся мужчине. Он был ниже на пол головы, но коренастое телосложение и выносливость делали Керса серьезным противником в бою. Пару раз, проверив на себе, Сверр надеялся больше никогда этого не повторять. Хоть все разы он и выходил победителем, но от схватки оправлялся долго. Из-за чего дрались, уже и не вспомнишь, а вот как болезненно срасталась челюсть — это да.

— Были кое-какие дела.

— Знаю я твои дела.

Мужчина плотоядно улыбнулся и посмотрел в сторону миниатюрной фигурки.

— А это что за краля такая? Нигде ее не видел. Не из наших. Скажешь, когда она тебе надоест. Кому-то же надо будет утешить бедняжку.

Удар пришелся точно под дых. Не ожидая атаки, Керс согнулся, шумно выдыхая.

— Какого шейдана, Сверр?! Не верю, что девчонка настолько хороша в постели, что ты за нее готов на друга руку поднять.

— В ее сторону чтобы никаких поползновений, уяснил? Дважды повторять не буду.

Чувство собственничества и ревность разгорались внутри отравляющим пламенем.

— Да ладно тебе. Баб что ли в округе мало. Не сильно- то и хотелось. Особенно, когда такой красавчик, как я, просто нарасхват. Не то, что некоторые.

Мужчина выпрямился и провел пятерней по коротким волосам цвета горького шоколада.

— Кто такая-то хоть, скажешь?

Он бросил мимолетный взгляд на постоянно оглядывающуюся по сторонам девушку.

— А ты присмотрись получше.

Керс промычал что-то неразборчивое и, спустя полминуты, наконец-то вынес свой вердикт.

— Неужто дочь того графа? — В голосе промелькнуло неверие. — Она сильно изменилась с того раза, как я ее видел. Похорошела. Неужели она тоже во всем этом замешена? — Мужчина кивнул в сторону шатра, где должен был состояться Совет. — Наказать бы ее как следует, да?

Игра густыми бровями, привела к очередному удару.

— Да что с тобой! — Отошел на пару шагов. — Уже и пошутить нельзя.

— Любые поползновения, Керс.

— Да понял, я понял. Может, пойдем уже. Твой отец с меня шкуру спустит, если ты не явишься через минуту.