Z.O.N.A. АТРИум

Матяш Дмитрий

Выбравшись из леса, Егор с напарником оказались под лучами прожекторов. При этом у Кэмела, хоть и проходившего эту процедуру довольно часто, нервно заходили желваки, а Егор так и вовсе встал, раскрыв во всю ширь глаза, будто из-под земли на него вылезло громадное чудовище.

Облизнув губы, Кэмел помахал рукой, и со стороны дота к ним двинулись три фигуры.

– Кто это? – сглотнув слюну, спросил Егор.

– Вэвэшники, «вованы» наши. Дальневосточный округ – видишь, «волчье солнышко» на левом плече и белая тигриная морда на правом?

Троица приблизилась к ним вплотную, впереди шел коротко стриженный крепыш с капитанскими погонами на плечах, автомат

был миролюбиво закинут за спину, но двое его подчиненных, следовавших за ним, оружие держали перед собой.

– Лаваш! Здорово, братан!

– Здорово, Кэмел! – Приятели принялись обниматься и похлопывать друг друга по спине. – А где Бегемот? – спросил Лаваш, внимательно изучая взглядом Егора.

– Бегемот завязал. Это новый напарник – Егор.

– Погремуха есть? – спросил Лаваш, протягивая Звягинцеву руку.

– А-а-а… Кудесник, – ответил Егор первое, что пришло в голову, и пожал поданную руку.

Кэмел с иронией глянул на новоиспеченного бродягу, но вслух ничего не сказал.

– Слушай, Лаваш, мне парня надо одеть, сделаешь ему «куклу» и берцы?

– Не вопрос. Ребята потом принесут, размер только пускай скажет. Да чего мы тут стоим, пошли что ли? Мне Арсен в прошлую вахту такой коньяк привез…

Впрочем, Егора с собой старые друзья не пригласили, вежливо намекнув, что тот может пока поизучать стенды в коридоре и ознакомиться с общими понятиями мира Атри. Обижаться ему было не положено, а потому какое-то время он действительно уделил некачественным фотографиям и занудным описаниям тех или иных, все еще кажущихся нереальными, существ.

Внутри дота относительная тишина и безлюдье с регулярной частотой сменялись суетливыми, поспешными передвижениями в обе стороны взводов бойцов, они то выбегали наружу, матерясь, то забегали обратно, причем все время новые. Будто пересменка у них была каждые пятнадцать минут.

– Ну что? – Сзади скрипнула дверь, и из кабинета командира дота вышел Кэмел, дожевывая остатки закуски. – Ты готов? Пошли, у нас мало времени.

Те же двое бойцов, что охраняли подход к доту, провели их к подвальному, слабо освещенному помещению, открыли большую металлическую дверь с табличкой «Продсклад» и молча ретировались. Кэмел включил свет, прошел между рядами ящиков с провизией, приблизился к большому, недовольно урчащему холодильнику в конце комнаты. Присел возле габаритного цельного ящика с надписью «Иваси в масле», провел пальцами по щели между крышкой и остальной частью тары, довольно усмехнулся.

– Только мне разрешено тут прятать свои вещички, – похвастался он и открыл болтающийся на ящике замок. – Остальные либо зарывают, либо по кустам прячут. Тут, конечно, тоже подворовывают, но так, по мелочи, патроны, например, могут забрать. А там – весь тайник унесут. Ты, кстати, служил? – спросил Кэмел, предоставив удивленным глазам Егора целый арсенал оружия, начиная от старого «макарова» и заканчивая разобранным ручным пулеметом Калашникова.

– Да, ВДВ… А откуда?..

– Голубой берет, значит? – усмехнулся Кэмел, проигнорировав вопрос. – Тогда держи, думаю, разберешься, он почти такой же, как АКС-74. – Брякая металлом, он вытянул из ящика обернутый в целлофан АК-103. Вслед за автоматом в его руке появился ПП-93. – Это так, на всякий случай, серьезную тварь с него не замочишь, но если говнюка какого надо продырявить, сойдет. Вот тебе еще штык-нож и аптечка. Смотри сюда. – Он раскрыл темную сумочку с красным крестом в белом круге. – Это антибиотики широкого спектра, обезболивающее; это стероид дексаметазон – противогистаминное. Эти ампулы остались

от Бегемота, в них инсулин, вот таблетки амфетамина, принимай, только если очень припрет. Понял? – Кудесник кивнул, хоть мало что понимал в медикаментах. – Ну все тогда, чисти оружие и на боковую. Встаем рано, пройти надо километров сорок, так что день завтра выдастся насыщенный.

Кэмел разбудил Егора в четыре. Свежеиспеченный бродяга облачился в пришедшийся точно впору новенький камуфляж, почему-то именуемый во внутренних войсках «куклой», и удобные мягкие берцы, бодро поскрипывавшие блестящей, девственно гладкой кожей. Через час, рассовав запасные обоймы по разгрузочным жилетам, а продукты и необходимое снаряжение тщательно упаковав в объемистые рюкзаки, они выступили в дорогу.

– Хм, тайга как тайга, – разочарованно проговорил Егор, когда они отошли от КПП-3 километров, по меньшей мере, на шесть-семь. – Что ж тут аномального-то?

– Скоро поймешь, Кудесник, скоро ты все поймешь! – невесело усмехнувшись, ответил напарник.

* * *

Егор, как и полагается вольным бродягам, никогда не хвастался своей «защиткой». Не выставлял, как это делали «чистильщики» и «азаматовцы», напоказ все свои «бляшанки» – бронепластины, защиту от радиации или ожогов, не хвастался кройкой и дороговизной материала. То, что остальные бойцы выставляли наружу, у него было спрятано под обычным армейским камуфлированным бушлатом, туго стянутым поясом со звездой на бляхе. Он по старинке считал, что в тайге маскировочная одежда все же более практична, чем пилотские комбинезоны, черные СИК-340 или даже эскады, пускай те были изготовлены из более прочных материалов и согласно последнему писку здешней моды. Не раз одежда Кудесника наводила некоторых личностей на ложную мысль, будто он ничем не защищен.

Попалась на эту уловку и девушка.

Стрела, конечно же, не могла пробить нагрудные металлические пластины, а потому, ударившись в грудь, отскочила и упала на землю. Лучница какое-то время удивленно таращилась на бродягу, ожидая, что вокруг дырки в бушлате появится темно-бурое пятно. А когда поняла, что тут дело нечисто, выхватила из висевшего за спиной колчана еще одну стрелу. Эту она решила отправить бродяге в шею – тогда уж точно не выкрутится. Но Егор не стал ждать, когда для него пробьет смертный час.

Можно было спустить курок, заодно и проверил бы, работает ли автомат, но играть сейчас в рулетку казалось глупостью. А вдруг не повезет и автомат окажется дохлым, что тогда? А потому он рванул вперед, навстречу направленной в него второй стреле, пригнулся как раз в тот момент, когда тетива со свистом отправила оперенное древко в тайгу, и сбил девушку с ног. Она закричала, стала отбиваться, но, как только он оказался на ней сверху, сев ей на живот и прижав руками ее руки к земле, сразу же прекратила сопротивление.

Совсем еще молодая, она выглядела так, будто и не росла в здешних местах, будто случайно прибилась к лагерю вахтовиков, и произошло это не далее как месяц назад. Кожа совсем еще нежная, не огрубевшая, черные, стянутые сзади кожаным ремешком волосы не обесцветились и не поредели, как и не покрылись коричнево-желтым налетом зубы, и не потрескались сочные, чувственные губы. Кудесник смотрел на ее искаженное злобной гримасой лицо и почему-то подумал, что ей совсем не место в Атри. Живи она где-нибудь на Большой земле, ей бы никогда не пришлось держать в руках лук и убивать человека, повинного в смерти ее отца. Она могла бы быть отменной тусовщицей, а парни изощрялись бы перед ней в комплиментах.