Юность Элси
Шрифт:
— Я думаю, папа всегда прав.
— Да? А я боялся, что ты считаешь, что он был не прав по отношению к этому... парню, которого ты встретила в Лэндсдэйле. Я хотел увидеться с тобой и рассказать все, что я знаю о порочности Тома Джексона. Я могу доказать, что он и Бромли Эджертон — это одно и то же лицо.
— Я знаю. Теперь я верю, Уолтер, и... Но давай не будем больше говорить об этом, — запнулась она, мертвенно побледнев и почти задыхаясь.
— Не буду. Я не знал, что это так взволнует тебя. Извини, я очень сожалею, — сказал он, запинаясь.
— Ничего страшного. Я скоро перестану переживать об этом. Расскажи мне об Артуре. Собирается ли он закончить учебу?
— Нет, папа говорит, что его терпение лопнуло, и его кошелек больше не выдержит тех дыр, которые в нем уже два или три раза проделывал Артур. Поэтому Артур должен оставить колледж и вернуться домой, как только Хорас уладит его дела.
— А ты?
— Я надеюсь продолжить учебу и закончить колледж в следующем году.
— О, Уол, я так рада за тебя! Как хорошо, что ты не последовал по стопам несчастного Артура.
— Если говорить правду, то именно Артур меня от этого и удержал, Элси. Я знаю, что мне не хватает уверенности в себе и твердости. Если бы Арт захотел научить меня дурному, то, боюсь, он достиг бы успеха. Но он говорит, бедняга, что семье достаточно одного позора. Он постарался оградить меня от всех искушений. И ты не представляешь, как сильно помогла мне удержаться на правильном пути переписка с тобой. Твои письма всегда поддерживали меня.
— Спасибо, что сказал об этом! — воскликнула Элси. В глазах ее сверкнули слезы радости.
— Это я должен тебя благодарить, — сказал он, задумчиво глядя на ковер и крутя между указательным и большим пальцем заводной ключ от часов. — Бедный Арт! Это был бы последний его год в колледже. Без сомнения, он завершил бы учебу, если бы держался подальше от той плохой компании.
— Ах, Уол, надеюсь, ты никогда не забудешь, что «худые сообщества развращают добрые нравы»*.
— Надеюсь, не забуду, Элси. Мне бы так хотелось, чтобы ты осталась и побывала на церемонии вручения дипломов выпускному курсу этого года. Что скажешь? Ты сможешь? Это будет примерно через две недели.
— Нет, Уол. Я хочу уехать, и папа сказал, что мы отплываем ближайшим рейсом. Но, может быть, мы успеем вовремя вернуться, чтобы посмотреть, как вручают диплом тебе.
— Почему вы так спешите покинуть Америку? Боюсь, это не патриотично, — сказал он шутливым тоном.
— Мне не терпится уехать, и нехватка любви к родине тут ни при чем, — печально ответила Элси.
— И вас действительно не будет целый год?
— Папа так решил. Но, конечно, все в этом мире может измениться.
— Буду с нетерпением ждать писем из Европы. Думаю, они будут очень интересными.
— Я постараюсь писать, Уол, — сказала она вяло, — но, по крайней мере сейчас, я не смогу написать ничего достойного прочтения.
— Я еще никогда не видел тебя такой грустной, — оживленно произнес Уолтер. — Давай я расскажу тебе о том, как мы с ребятами шутим. И ты тут же пожалеешь, что ты не из нашей компании.
В конце концов ему удалось вернуть лицу Элси немного былой радости. Поднимаясь по лестнице после возвращения с прогулки, мистер и миссис Динсмор обменялись удивленными взглядами: до них донесся звонкий смех дочери, которого они не слышали уже много дней.
Они оба сердечно поприветствовали Уолтера. Его визит хотя и был коротким, очень помог Элси отвлечься от своих проблем и печалей. Так началось ее выздоровление. Время и смена обстановки окончательно вымыли печаль и разочарование из ее сердца. Элси теперь полнилась лишь приятными впечатлениями.
Глава 23
То дерево, что ветры сотрясают,
имеет крепче корни.
Так и любовь крепчает
от штормов сомнений.
Прошло два года с тех пор как Оакс временно лишился хозяина и хозяйки. Они еще и не вернулись. Семья Динсморов задержалась за океаном. Миссис Муррей, которую оставили присматривать за домом, тщетно ожидала известий об их возвращении.
Время от времени она получала короткие деловые письма от мистера Динсмора или письменные указания от Розы. Изредка приходили более длинные письма от Элси или от ее мамы с описанием самых интересных моментов путешествия. Переодически из Розлэнда приезжала Аделаида. Она радовала старую экономку, читая ей вслух полученные от Розы или Элси послания, насыщенные красочными описаниями событий.
И Аделаида, и миссис Муррей были просто очарованы письмами и читали их с огромным интересом. Самый большой интерес вызывали рассказы Розы о том, как их представляли при дворе в Лондоне, Париже, Вене или Санкт-Петербурге. Каждый раз она подробно описывала, как выглядела Элси, во что она была одета. С материнской гордостью и радостью она упоминала о том, какое восхищение вызывали повсюду красота и очарование милой американской наследницы.
Аделаида испытывала гордость за свою племянницу, узнав, что к ногам Элси склонилась не одна корона. Печалило же ее то, что все претенденты получили отказ. Элси умела отказывать мягко, но уверенно.
— Чего еще нужно ей или ее отцу? Неужели он хочет, чтобы милая девочка осталась одна на всю жизнь, мисс Динсмор? — спросила миссис Муррей, когда Аделаида рассказала ей об этом.
— Нет, — ответила Аделаида с улыбкой. — Конечно, он не хочет ее отпускать, но в данном случае решение будет за Элси. Она говорит, что человек, ради которого она согласится покинуть родной дом, должен быть очень дорог ей. Она ни за что не отдаст руку, не отдав вместе с ней и сердца. Но ее сердце пока принадлежит отцу.