Юнга

Перунов Антон

Рассказ Марта не занял много времени. Утрата памяти, нападение бандитов, недостойное поведение директора приюта и путешествие в Чемульпо, а также последовавшее за ним нападение на ломбард и перестрелка заняли несколько коротких предложений. Иногда в разговор, чтобы уточнить ту или иную подробность, вмешивался Витька, но затем, как будто опомнившись, замолкал и старательно молчал до следующего раза.

Все это время устроившийся рядом на лавке Зимин слушал их не перебивая, пока краткое, но от этого не менее драматическое повествование

не закончилось.

– Главное, что ты жив, Тима, – похлопал он подростка по плечу, когда его рассказ закончился. – А дальше будет видно. Документы, по крайней мере те, что мне удалось отыскать или восстановить, я сохранил. Они лежат дома, в сейфе. Так что имя и состояние мы тебе вернем.

– Состояние? – удивился Март.

– Кое-что есть, – туманно отозвался Зимин, после чего продолжил: – В любом случае ты теперь не один. Жить будешь у меня. В конце концов, мы с твоим отцом были близкими друзьями и сослуживцами, так что в опеке до твоего совершеннолетия мне не откажут. Заодно будем развивать твой дар. Он у тебя не меньше, чем у обоих родителей, но, уж прости, больше всего напоминает необработанный алмаз.

– Скорее адамант.

– Что? Ах да, пожалуй, что так. Но это лирика. Скажи, чем ты хотел бы заняться. Или, прости за пафос, посвятить свою жизнь?

– Летать, – одним словом выразил Март свои самые сокровенные чаяния в обеих жизнях.

– Достойный выбор! – одобрил его Зимин. – Тогда для начала пойдешь на «Буран» юнгой. А как выучишься в летной школе – станешь пилотом-стажером. Устраивает тебя такой вариант?

– Более чем, – ощутив тычок в бок от Кима, Март спросил: – А как же мой друг Витька?

– А вот судьбу твоего товарища я хотел бы обсудить отдельно.

– Что-то не так? – напрягся Ким.

– Можно и так сказать. Насколько я понимаю, вы, молодой человек, имеете склонность к технике?

– Да. Особенно к оружию.

– И в последнее время делаете большие успехи на этом поприще, не так ли?

– Ага, – немного подумав, согласился Виктор. – Бывает, посмотрю разок на механизм, а вроде уже знаю, в чем неисправность.

– Но ты еще не понял, почему у тебя это получается?

– Нет. А что?

– А ты, Тима?

– Нет.

– Посмотри на своего друга внимательнее. Да-да, через «сферу».

– Не может быть, – округлил глаза подросток.

– Говоря по совести, я тоже удивлен. Хотя подобные случаи описаны.

– Что это значит? – растерянно воскликнул Ким. – О чем вы говорите?

– Скажи, ты ему давал свой энколпион? – продолжил расспрос Зимин, не обращая внимания на непонятливого Витьку.

– Только раз.

– И он никогда не пытался им завладеть?

– О чем вы говорите?! – подскочил возмущенный сын корейского и русского народов. – Мы с Мариком – лучшие друзья!

– Ты одаренный, – серьезно, глядя ему в глаза, сказал Март.

– Что?!

– Это правда, – подтвердил Зимин. – Впрочем, способности твои очень не велики, да и аура очень слабая.

Только поэтому ее до сих пор никто не замечал.

– Но как это возможно?!

– Все просто. У тебя очень хороший друг. Он всегда заботился о тебе, а через него воздействовал адамант.

– И я тоже смогу стать пилотом?

– А вот это вряд ли. То есть пилотом сможешь, но вот таким, как мы с Тимом, – нет. Для этого нужна тяга к небу и аура голубого цвета. А твоя – золотистокоричневая.

– И что это значит?

– Ты сможешь добиться успехов на других поприщах. Стать выдающимся конструктором или инженером. Заняться искусством. Все в твоих руках.

– И что же мне делать?

– Ну, для начала ты отправишься с нами. Дом у меня большой, места всем хватит. Вы же, я так понимаю, друзья не разлей вода?

– Ага, – в один голос подтвердили подростки, заулыбавшись.

– Вот и славно. Только прежде нам надо вернуть корабль. Мы обязательно это сделаем. И очень скоро. – Зимин поднялся. – Никуда не уходите, будьте рядом. Распоряжения я отдам, вас с этой минуты зачисляю в экипаж! Это понятно?

Ребятам оставалось только подняться на ноги и дружно ответить:

– Так точно, ваше высокоблагородие!

– Обращаться ко мне кратко – командир.

– Есть, командир!

– Так-то лучше. А пока отдыхайте, вот, поешьте шоколада, – и перед тем как уйти, он вложил в руки ребятам две завернутые в золотистую фольгу ароматные плитки.

– Вот тебе повезло, Марик, какой у тебя дядька! Настоящий капитан! И крестный у тебя здоровский!

– Это да… а кроме того, еще и брат. Ты ведь мне брат?

– Конечно! – едва не кинулся ему на шею Витька.

Скоро над ними замигала красная лампа, давая понять, что пассажирам, во избежание неприятностей, следовало бы пристегнуться. Защелкнув замки, ребята весело переглянулись и устроились поудобнее. Впереди их ждала новая жизнь, возможно, полная опасностей, но также приключений и возможностей.

Так уж повелось исстари, что во время ведения боевых действий вся власть переходит к военным. А уж здесь, на дальних рубежах огромной империи, где никогда не прекращали греметь выстрелы, она им принадлежала практически постоянно и безраздельно. Военную форму носил наместник, а также судьи, прокуроры, представители местных властей и даже маньчжурский и чосонский монархи числились кадровыми офицерами русской армии.

И поскольку верховная власть замыкалась на них, многие гражданские и имущественные споры решали тоже люди с черными орлами на эполетах. В данном случае это был командующий Третьим воздушным флотом адмирал Вадим Степанович Макаров. Довольно молодой, ему лишь недавно исполнилось пятьдесят, сын прославленного флотоводца, он, будучи одаренным, и сам сделал отличную карьеру в авиации, слывя одним из главных знатоков новейших систем вооружения и активно добиваясь их внедрения на все корабли ВВФ.