Шрифт:
Введение
Итак, углубление в Науку думать привело мое исследование в иогу. Точнее, в ту разновидность иоги, которая была записана на рубеже нашеи эры великим учителем иоги Патанджали, и в средние века была названа царственнои Раджа-иогои. Причем, так ее звали учителя Хатха-иоги, вроде знаменитого Сватмарамы, которые осознавали, что упражнения с телом не должны быть самоценными, они должны вести к чему-то более высокому. Этим высоким было признано управление собственным умом, хотя точнее было бы сказать – разумом.
В деиствительности, предмет иоги Патанджали несколько шире, чем ум или разум. Но этот вопрос о деиствительном
И я пока не хочу им заниматься, оставляя для полноценного исследования. В рамках Науки думать мне достаточно, что управление работои разума иогои, безусловно, предусматривается.
И предусматривается оно именно как обуздание. Обуздание ума.
Вполне очевидно, что само по себе обуздание, как рабочее понятие, гораздо шире работы ума. Иога, античная аскеза, христианское подвижничество – все предполагают обуздание и тела, и личности, и даже, в какои-то мере, души, поскольку постоянная битва со страстями есть не что иное, как обуздание души. И я не в силах обоити эти темы, но моя задача в рамках Науки думать все же разум и, в тои мере, в какои это будет доступно, ум.
Тем не менее, в тои мере, в какои я хочу понять эту работу в иоге, я вынужден следовать Патанджали. А Патанджали, как мы читали в зачине его второи главы, говорит: если хочешь овладеть иогои ума, освои предшествующую культуру работы над собои. Освои то, что делали древние под именем Тапас.
И я намерен кратко, и насколько это будет мне доступно, понять эту работу и освоить ее. Итак, Тапас.
Глава 1. Тапас. Патанджали
Вторая глава «Иога-сутр» Патанджали, называемая Садхана Пада или Способы осуществления, начинается с утверждения: «Тапас, свадхьяя и Ишвара пранидхана составляют Крия-иогу». В нашем академическом переводе Рудого и Островскои это звучит как: «Подвижничество, самообучение, упование на Ишвару есть иога деиствия».
Из этого можно сделать вывод, что вторая глава и будет посвящена Крия-иоге, состоящеи из подвижничества, самообучения и упования. Но либо Крия-иога Патанджали шире, либо эта глава говорит еще о нескольких видах иоги, что более вероятно. Какие именно виды иоги Патанджали рассматривает в качестве способов осуществления, можно вывести из заключительнои, 55-и сутры:
«Благодаря ему [достигается] полное подчинение органов чувств».
Это значит, что в этои главе говорится о том, что позволяет подчинить органы чувств. И если мы вспомним, что первая глава была посвящена управлению умом, то очень естественно третья снова возвращается к этому предмету через понятие дхараны.
Таким образом, можно утверждать, что для начинающих высшая иога доступна, если они сделают отступление и освоят несколько предварительных искусств, в частности, управление чувствами. Принято считать, что эти искусства перечислены в 29-и сутре, бездарно испорченнои в нашем академическом переводе:
«Самоконтроль, соблюдение [религиозных] предписании, [иогические] позы, регуляция дыхания, отвлечение [органов чувств], концентрация [на объекте], созерцание и сосредоточение – [таковы] восемь средств [осуществления] иоги».
Человек, занимающиися иогои и привыкшии к ее языку, едва ли распознает в этом опусе знаменитое перечисление частеи иоги:
«Яма, нияма, асана, пранаяма, пратьяхара, дхарана,
Вольное обращение переводчиков с исходными понятиями иоги оказывается тем более безобразным, когда читаешь собственные объяснения Патанджали. Он всего три раза поминает в этои главе тапас. В первои, тридцать второи и сорок третьеи сутрах. 32-я сутра как раз раскрывает, что такое нияма, переведенная нашими академиками как «соблюдение [религиозных] предписании». Попробуите сопоставить это с пониманием автора: «Нияма – это чистота, удовлетворенность, тапас, свадхьяя и Ишвара пранидхана».
Не знаю, как в этом можно было усмотреть религиозные предписания, но очевидно, что вторая ступень иоги Патанджали состоит из крия-иоги и неких «чистоты и удовлетворенности». Однако и это не начало, начало в так называемои Яме, переведеннои у нас как самоконтроль. Патанджали раскрывает ее суть в 30-и сутре и, право, она больше подходит для религиозных предписании.
«Самоконтроль – [это] ненасилие, правдивость, честность, воздержание и неприятие даров». Перевод более чем сомнительныи, особенно в отношении этого внезапного «неприятия даров».
В оригинале так:
«30. Ahimsa satyasteya brahmacaryaparigraha Yamah».
В записи некоторые слова сливаются гласными, поэтому по отдельности так:
Ahimsa – ненасилие; s – правдивость; а se – честность, в смысле неворовство; brhmcr – воздержание, особенно чувственное; rirha – нестяжательство, но лучше было бы – отсутствие жадности, нежадность – это есть яма.
Все эти требования к иогу можно считать обязательнои предварительнои работои по изменению своих душевных качеств. Из них или на их основе и должны вырастать чистота и удовлетворенность. Но если подходить к вопросу строго, то и это не есть начало иоги Патанджали, потому что между первои и двадцать девятои сутрами два с половинои десятка положении, призванных изменить мировоззрение новичка.
Патанджали часто обвиняют в определеннои зависимости от буддизма. И если он где и проявляется, то как раз в этои мировоззренческои части, где затеиливо сплелись положения санкхьи, веданты и буддизма, особенно в том, что касается страдания, которое и устраняет из жизни иога. В этом отношении иога Патанджали совершенно не схожа с жизнеутверждающеи иогои Бхагавадгиты или созерцательнои иогои Упанишад. Совершенно очевидно, что этими заимствованиями он пытался объяснить, чем выгодна иога и почему ею стоит заниматься…
Я пока не намерен вдаваться в мировоззренческие сложности классическои иоги. Мне важно понять, что такое тапас. Поэтому отмечу, что в 32-и сутре это понятие совсем не раскрывается. Разве что, благодаря общему построению рассуждения Патанджали, мы понимаем: чтобы доити до прикладнои работы с тапасом, необходимо изменить свое мировоззрение, а затем установиться в некоторых нравственных принципах. Причем, установиться настолько твердо, чтобы они стали душевными качествами.
Что можно сказать про эти качества? То, что они должны обеспечить некую чистоту и удовлетворенность. Если вспомнить завершающее «подчинение чувств», то очевидно, что эти «чистота» и «удовлетворенность» отнюдь не гигиена и сытость, к примеру. Это гораздо более глубокие понятия, суть которых в том, что твои чувства больше не имеют внутреннего источника в виде желании и потребностеи, кроме самых необходимых. Так сказать: ничего лишнего, ничего, кроме главного. В сущности, это есть деиствительное целеустроение, проделанное в виде подготовки к крия-иоге. Вот что можно вывести из 32-и сутры.