ЯССТ 7
Шрифт:
Один из напарников ушел. Саня кивнул сухому мужчине, пленившему меня. Тот подошел и расстегнул мне наручники. Правда, только на руках.
— Время надо потянуть, может, придумаем выход. — Глава здешней банды принялся скорым шагом мерить комнату. — Ты сам-то оружие в руках держать умеешь?
— Смотря какое, но в целом, обучен.
Саня иронично хмыкнул.
— Обучен. На абордаж законников придется идти. Сдюжишь? — Спросил он меня серьезно.
— Постараюсь. Мне приходилось состоять в отряде, штурмующем станцию. Там, правда,
— Это хорошо, хотя вид у тебя не сильно боевой. — Он взял со стола предмет и бросил в меня.
До чего же он был наивен. Я поймал его незаметным резким взмахом руки. Саня замер в ступоре. Наверное, он ждал, что брошенный предмет удариться в стену, но он будто растворился в воздухе. Я разжал ладонь и показал его.
— Как это у тебя получилось. — Удивленно спросил он.
— Джанбоб постарался вставить мне самые лучшие силовые модификации. Поэтому он так щедр на премии, я не успел окупиться.
Идея со штурмом показалась мне непродуманной и эмоциональной. Пограничники, это не гражданские. Они вооружены и готовы к сражению. Возможно, им приходилось участвовать в бою, и не в одном. Наверняка они имели техническую возможность определить, что в подлетающем корабле нахожусь не я один, а большое количество людей и сбить корабль на подлете. Тут уже никакие модификации не помогли бы. Я хорошенько подумал и решил, что для совести земляка подобная самоубийственная авантюра могла бы загладить вину. Ну не получилось, враг оказался силен, а мы слишком самонадеянны.
— Ты же не полетишь на штурм? — Спросил я его прямо.
— Я? Как я могу? У меня большое дело, которое без моего управления и завязанных на меня связей, просто развалится. В нашей компании есть специально обученные бойцы, которые помогут тебе. А оружия у нас просто завались, на тысячу абордажей хватит.
— Нас собьют на подлете.
— С чего ты взял?
— Каждое судно имеет функцию обмена параметрами перед стыковкой. А в них четко прописано, сколько людей находится внутри, сколько веса, сверх веса корабля перевозится, сколько неорганического происхождения, химсостав, масса и прочее. Оружие там точно не утаишь. — Поделился я с ним своими знаниями, полученными в дикие времена работы на преступный мир.
— Для коренного землянина ты слишком осведомлен о довольно специфических вещах. — Саня снова сел напротив. — Твои варианты, как мне поступить.
— Потянуть пять дней, чтобы проверить предупреждения леших. Сказать законникам, что я сбежал, но вы приложите все усилия, чтобы меня найти и отдать в руки правосудия. Если туземцы правы, то все корабли с орбиты упадут вниз, а планета начнет извергать воду. — Предложил я.
— Бред. — Фыркнул Саня. — Как они тебя обработали, а?
— Пять дней. Если я окажусь не правым, сдамся сам. И на тебе не будет никакой вины, потому что это мое решение. Но сейчас я не готов сдаться. Слишком рано.
— Они не станут ждать пять
— Чтобы вас не подставлять, я уйду.
— В лес? — Спросил Саня.
— Не знаю. После предательства Шекспира не думаю, что они захотят видеть меня рядом с собой. Уйду в горы. Буду оттуда наблюдать, как рушится мир, подобно Ною во время потопа. — Я не стал ничего говорить про то, что туземцы могут сбежать в лес, если Шекспиру получится их убедить.
— Мне надо подумать. Эй ты, надень наручники. — Приказал он круглолицему подчиненному на космолингве. — Прости, но ты слишком опасен, чтобы пренебрегать осторожностью. — Пояснил он мне на нашем родном языке.
Саня с напарником покинули комнату. Мне застегнули руки за спиной. Я снова остался с двумя мужиками, пленившими меня.
— Давно тут? — Спросил я у них, чтобы скоротать время.
— Тебе какое дело? — Ответил круглолицый без всякой злобы.
— Любопытно. Если бы не законники, может быть и мне нашлась бы тут работенка. Как тут платят? — Я сделал вид, что интересуюсь на самом деле.
— Едой и безопасностью. Деньги тут не нужны. Отсюда уволиться нельзя, а магазинов нет. Иногда привозят в чепок свежие фильмы, музыку, безделушки, но это бесплатно, типа проката. Попользовался, верни.
— Удобно. Погоня за деньгами делает людей нервными и недовольными. Вы такими не выглядите.
— Привыкли. — Кратко ответил сухой. — Не первый год кантуемся.
— А на каком языке вы говорили с шефом? — Спросил сухой.
— Русском, мы с ним с одной планеты. — Ответил я. — Пошел думать, как со мной поступить, чтобы никому не сделать хуже.
— Я не знал, что на других планетах существуют другие языки. — Заметил круглолицый.
— Существуют и не один. — Я не стал посвящать его в количество языком на планете Земля.
— Занятно вы говорили. — Круглолицый убрал винтовку с колен и прислонил ее к стулу, словно дал понять, что не считает меня опасным. — А что думать насчет тебя? Уж прости, парень, придется отдать законникам. Шеф не променяет свой завод и свои доходы даже на жизнь земляка. И я его поддерживаю в этом вопросе. Делу хорошо и нам с Мунтаром спокойно. Да, Мунтар?
Это было имя суховатого сгорбленного мужчины.
— Хватит языком молоть. — Ответил он нервно.
— Что не так? — Удивился неожиданной грубости товарищ.
— Голова разболелась, нет сил. В медблок бы скорее, подшаманиться.
— Чего она у тебя болеть взялась каждый день? — Спросил круглолицый.
— Не знаю. Время пришло. Мне уже далеко за сотню. Когда-нибудь я должен состариться.
— Ты говорил, у тебя в башке стоит пластина? Это не от нее болит?
— Я тебе уже объяснял, что это не пластина, а аппарат помогающий вестибулярному. У меня от рождения проблема с ним, не переношу невесомость.
— Так ведь у нас тут нормальная тяжесть. — Заметил товарищ.