Ярость
Шрифт:
Майкл постоял, глядя на дом. В одном из окон дрогнула занавеска.
— Вон ее квартира. Третий этаж.
— Ее мать дома?
— Блин, — сказал Майкл таким тоном, будто удивлялся: неужели можно быть настолько тупым? Он прикоснулся к царапине на щеке и посмотрел на окровавленные пальцы. — Думаю, она зацепила меня ногтем или чем-то там еще. Ужасно выглядит?
— Не очень, — соврал Уилл. Он вынул носовой платок и предложил его Майклу. — Вы хотели забрать ее с собой?
— Что? Нацепить на нее наручники и попасть в вечерние новости
Уилл не придумал ничего лучшего, как присоединиться к нему.
Майкл снова засмеялся.
— Господи, она меня сделала! — Он взглянул на пятна крови на носовом платке. — Нужно было оставить ее вам. Возможно, она лучше отреагировала бы на более мягкое обращение. — Он спохватился, сообразив, что сказал лишнее. — Послушайте, только без обид…
— Насчет этого не переживайте.
— И все-таки, — сказал Майкл, складывая платок вдвое и снова прижимая его к щеке. — Я и не знал, что люди по-прежнему носят с собой такие вещи, — сказал он.
— Старая привычка, — признался Уилл. Мисс Флэннери заставляла всех мальчиков в детском доме носить в карманах носовые платки. Уилл никогда не задавал вопросов по этому поводу — он считал, что это совершенно нормально.
— А вам удалось что-то узнать от ее брата? — спросил Майкл.
— Седрик так и не заговорил.
— Думаете, он знает что-то?
Уилл действительно так считал, но почему-то решил соврать.
— Да нет. Ничего он не знает.
— Вы уверены?
— Определенно, — сказал Уилл. — У него длинный язык. Знал бы что-то — уже бы выболтал.
— Вам повезло, что он не врезал вам по яйцам или еще что-нибудь в том же роде. — Майкл еще раз сложил платок и протянул его Уилл, но потом опомнился. — Извините, — сказал он, отдергивая руку. — Отдам жене, чтобы выстирала.
— Все нормально. — Уилл забрал платок, испытывая неловкость при мысли, что жена Майкла Ормевуда будет стирать его вещи.
— Знаете, — сказал Майкл, поставив локти на колени и положив на них голову, — эта девочка очень напоминает мне Синтию. Такой же огонь в глазах. Понимаете, о чем я?
— Вот как? — переспросил Уилл, подумав, что сейчас Майкл рисует совсем другой образ своей соседки по сравнению с тем, что говорил раньше.
— Синтия была хорошим ребенком, тут я точно не ошибаюсь. Но был в ней какой-то мятежный дух. Ваши родители разведены?
Этот вопрос застал Уилла врасплох. И, похоже, это было заметно по его лицу.
— Не мое дело, хотите сказать? — Майкл потер затылок и снова посмотрел на дом. — Мой отец умер, когда мне было примерно столько же, сколько ей. Может, поэтому я вроде как переживаю за нее.
Уилл не понял, какую из девочек он сейчас имеет в виду.
— Я вот подумал, что во всех подростках в этом возрасте присутствует бунтарский дух. И если в это время родители разводятся,
— Значит, Синтия была более раскованной, чем полагал Фил? — догадался Уилл.
— Может быть, немного более раскованной, чем знал я, — признался Майкл. — Или хотел знать.
— Это звучит как признание ошибки.
Майкл улыбнулся.
— В средней школе я знал одну девочку. Господи, она была потрясающая! Я думал о ней днем и ночью. Мой кузен подцепил ее. Он был обычным дохляком, у него даже волосы не росли нигде, кроме как на голове. — Майкл взглянул на Уилла. — Вы понимаете, о каком типе людей я говорю?
Уилл кивнул, потому что именно это от него и ожидалось.
— Ну полный олух! — продолжал Майкл. — И вот он встречается с этой прекрасной девушкой. Не в том смысле, но она позволила ему прикоснуться к себе, допустила его к себе. — На этот раз смех его звучал уже по-другому. — Но ведь всегда побеждал я, понимаете? Не он. — Он повернулся к Уиллу. — Думаю, мне не нужно было за ней гнаться.
Уилл был сбит с толку.
— За Жасмин?
Майкл снова отвернулся и посмотрел на дом.
— Нужно было просто отпустить ее, но наступило такое мгновение, когда… Знаете, бывает такое, что человек думает сразу о миллионе разных вещей. Я думал о том, как Синтия бежала, как споткнулась об этот забор… Я должен был починить его еще в прошлом году. Я должен был починить это проклятый забор! — Он закрыл лицо руками. — О боже!
Уилл не знал, что делать. Еще час назад он хотел избить этого человека за то, что он спал с Энджи. А теперь ему было его жалко.
Майкл продолжал:
— Вот о чем я думал, когда Жасмин побежала, — о том, как Синтия бежит через двор. И даже не подумав, я схватил ее за ногу, чтобы остановить. Понимаете, чтобы она не ударилась, как это произошло с Синтией! — Он посмотрел на Уилла. — Думаю, стоит взять отгулы, о которых говорил Грир. Это задело меня гораздо сильнее, чем я думал. Вы не возражаете?
Уилл был удивлен этим вопросом, но с готовностью согласился.
— Все в порядке.
— Мне неловко бросать вас одного. Все это очень напоминает женские капризы. Черт, я веду себя именно так! Весь этот безумный разговор… Вы, должно быть, подумали, что я псих или что-то в этом роде. — Он снова покачал головой. — Думаю, мне нужна пара дней. Просто немного времени, чтобы осознать случившееся и смириться с тем, что произошло.
— Хорошо, — сказал Уилл. Он был даже рад, что Майкл пришел к такому решению самостоятельно. Было понятно, что детектив все утро пытался держать себя в руках. — Делайте то, что нужно.