Ярость и страсть
Шрифт:
— Кто тебя просил об этом? Мужик умоляюще взглянул на меня и пробормотал:
— Тебе этого лучше не знать — дольше проживёшь. Тому парню все равно конец, как и его дружкам. Я уже звонил со станции и сказал, что он в этом посёлке и пошёл в эту сторону, они уже едут сюда. Отсюда ему уже не вырваться. Через десять минут тут будет полно людей из службы безопасности…
— Так ты из ФСБ?
— А ты думала, это все шутки? — Он горько усмехнулся. — Оставь меня связанным и убегай, пока не поздно. Не знаю, кто ты такая, но вижу, что ты ещё не в курсе всех дел. Этим ребятам до вечера не протянуть, их обложат здесь и накроют. Ты не знаешь,
— Что они такого сделали?
— Не знаю, но с утра все наши службы на ногах. Нас раскидали по всем вокзалам и аэропортам и приказали высматривать любого человека с фотографии, которую нам приказали запомнить. Я увидел этого парня и поехал за ним, вот и все. И даже не знаю, кто он такой, поверь…
— А что за фотография?
— Групповой снимок какой-то, молодые ребята, похоже, студенты…
— Что здесь происходит? — раздался громкий голос с улицы, и я обернулась.
В начале прохода стоял, судя по одежде, местный житель, похожий на тракториста из одноимённого фильма, и с любопытством смотрел на нас.
— Да вот, мужчина пристал, а потом мазохистом оказался, — пояснила я. — Любит со связанными руками трахаться. А я ему доказываю, что лучше по-простому, правда ведь, дяденька? — и, незаметно для парня, занесла палец над его лодыжкой. Шпик тут же подыграл, виновато подтвердив:
— Да, парень, слушай, такая вот незадача случилась. Люблю я это дело, понимаешь, а она кочевряжится. Ты уж не обессудь, мил человек. Оставь нас…
— Так я не понял, — здоровенный детина подошёл к нам и присел на корточки, с интересом разглядывая связанного дачника, — вы тут трахаться собрались, что ли? Ну и ну, обнаглели совсем заезжие. — Он осуждающе покачал головой. — Средь бела дня, прямо на улице да ещё и под моим забором. Нехорошо…
— Ты уж извини, мы не знали, что это твой забор, — пробормотал мой пленник. — Мы сейчас к другому уйдём, правда, крошка? — Он натужно улыбнулся.
— Это ты так думаешь, — задумчиво проговорил парень. — А я думаю, что сейчас ты пойдёшь со мной и я научу тебя кое-чему, чтобы в другой раз не натягивал глупых девок под чужими заборами.
Ухватив его за локоть своей громадной заскорузлой клешнёй, парень легко вздёрнул дачника в воздух, поставил на ноги и поволок к улице, бросив мне через плечо:
— А ты, девка, сваливай отсюда, чтобы я тебя здесь больше не видел.
Дачник не сопротивлялся. Казалось, он был рад, что избавился от меня, и теперь с готовностью семенил рядом с этим великаном.
Я поверила всему, что он мне наговорил, и больше в нем не нуждалась. Даже и хорошо, что попался этот парень и избавил меня от необходимости решать вопрос его жизни или смерти. Теперь нужно побыстрее предупредить Родиона, чтобы он успел сбежать. Выйдя из подворотни, я прямиком направилась к особняку, стоявшему через пять домов. Дачник с парнем уже исчезли. Подойдя к зеленому забору, я громко постучала в калитку, лихорадочно придумывая, как объяснить боссу моё появление здесь. Впрочем, теперь не это было главным.
Через минуту послышались шаги, звякнула железная щеколда, и я увидела недовольное лицо пожилой женщины необъятных размеров, едва вмещавшейся в проёме калитки.
— Что нужно? — грубо спросила она, сверля меня маленькими глазками-буравчиками.
— Простите, но сюда зашёл один молодой человек в очках, кудрявый такой, — начала я объяснять, пытаясь что-нибудь разглядеть за её спиной. —
— А что за беда?
— Э-э, он, как бы это вам сказать, в общем, украл у меня деньги в электричке, я выследила его и хочу, чтобы он вернул мой кошелёк, — понесла я полную ахинею. — Это были мои последние деньги.
— Вот сволочь какая! — Она упёрла толстые руки в бока. — Он мне сразу не понравился, стервец! То-то я смотрю, вбежал как угорелый и говорит, что за ним банда грабителей гонится, попросил дозволения пройти огородами. Ну, я и помогла, пропустила, пожалела на свою голову. А он, оказывается, сам грабитель! Ну, попадись он мне ещё раз! А ещё в очках называется!..
— Постойте, вы хотите сказать, что он ушёл огородами?! — не веря услышанному, пролепетала я.
— Ну да, сразу, как вбежал, я его и провела. Он в лесок нырнул и был таков. Там уже не поймают, — уверенно произнесла она. — Много стибрил-то?
— Да не так уж, просто последние, — проговорила я сокрушённо. — Извините, тогда я пойду, пожалуй… — Я повернулась, но тут мне пришла в голову неплохая мысль, и я сказала:
— Знаете что, если он сюда ещё заглянет вдруг, вы скажите ему, что друзья Марии ищут его по всему городку, его и всю банду. Если хочет жить, пусть смывается. Видите ли, у меня папа в ФСБ работает, так он всех на ноги поднял и они с минуты на минуту здесь будут. Кстати, что там за этим лесом?
Тётка, у которой от моих слов глаза полезли на лоб, озадаченно пробормотала:
— Знамо что — трасса. Слышь, машины гудят. Так, говоришь, менты сейчас понаедут? Допрашивать начнут меня? Вали-ка ты лучше отсюда, пока ноги целы! — и захлопнула перед моим носом калитку.
Я осталась стоять, потерянная, не зная, что делать дальше. Потом повернулась и медленно поплелась по улице. В моей голове уже сложилась картина происходящего, и все в ней обстояло примерно так: Родион ехал на какое-то тайное собрание, но почувствовал слежку ещё в электричке и начал путать следы. Теперь он уже далеко, и я могла бы успокоиться, если бы не та злосчастная фотография. Наверняка кого-то с неё все-таки выследят, и тот так или иначе приведёт чекистов к Родиону, а значит, мне все равно нужно быть там, где и он, чтобы помочь. Но найти его теперь можно только через одного человека — дачника и то вполне вероятно, что попаду туда уже к шапочному разбору, когда Родиона или схватят, или, не приведи Господи, убьют. Но делать нечего, и я направилась к дому, в который парень заволок «любвеобильного мазохиста», надеясь, что тот его ещё не убил. Это был самый обычный деревенский дом с покосившимся деревянным забором, каких здесь большинство. Постучав в калитку, я сразу услышала, как в ней что-то щёлкнуло, и она приоткрылась. Удивившись, я вошла во двор и остолбенела — под навесом из брезента в углу двора на стуле сидел Родион…
Калитка за моей спиной сразу же захлопнулась. За деревянным столиком, кроме босса, сидело ещё несколько человек примерно его же возраста. Знакомый мне «тракторист» стоял рядом с калиткой. Дачник, все ещё связанный ремнём, сидел ко мне спиной перед ними. Увидев меня, босс не удивился, не начал кричать, а только спросил:
— Что ты там говорила про папу из ФСБ?
— Что? Как? — Я открыла рот и больше ничего не смогла сказать.
— Быстрее говори, времени нет, — резко бросил тракторист, подходя к остальным. — Откуда ты узнала про ФСБ?