Ярлинги поневоле
Шрифт:
Терпеливо поправляющий её Лишек то и дело отрицательно мотал головой и в очередной раз показывал последовательность каких-то плавных изгибов, чередующихся с резкими поворотами, заставляя девушку вновь и вновь повторять движения.
– Что, Данила, не выходит каменный цветок? – буркнул Яромир себе под нос, поражаясь усидчивости сестры, безропотно пытающейся повторить
Сбоку послышались негромкие шаги. Возвращались новые «родственнички» – после ужина, набрав у себя в мешке пригоршню каких-то мелких камушков, дядька Ижек вместе с дядькой Бронеком надумал установить магическую охранную сеть. Мало ли кто забредёт ночью к лагерю. Обойдя окрестности и разместив по всему периметру маячки, сейчас, тихо переговариваясь, «дядюшки» неспешно приближались к костру. Один худой и высокий, другой – ниже на голову, но в полтора раза шире и мощнее.
– Всё готово, – сказал, проходя мимо Ярика, мэтр, – можно укладываться спать.
– Ну это – кому как, – капитан подошёл к своим вещам, распаковал скрученное в рулон плотное шерстяное одеяло и постелил его на землю недалеко от начинающего затухать костерка. – Скажи-ка, молодой Яр, чем должен заниматься воин, после того как, значит, позаботился о своих лошадях и поужинал сам?
– Думаю, – пожал плечами парень, – ответ «спать» тебя, дорогой дядюшка, не устроит?
– Правильно думаешь, – бывший начальник стражи снял с себя ремень с перевязью и уселся на одеяло.
– Тогда, наверное, он должен заниматься оружием?
– Смотри-ка, Ижек, а племянничек-то, оказывается, не дурак, – на секунду обернувшись на кивнувшего ему в ответ мэтра, капитан вновь посмотрел, и причём с явным укором, на Ярика: – Так почему же ты, обормот, сидишь и без толку, значит, задницей траву греешь, в то время как должен делом заниматься? Ты Яр или воздухом подышать вышел?
– Всё понял, дядька Бронек, – подхватился
– Осознал он, – старый воин сердито покачал головой. – Меч-то у тебя почему не под рукой, а всяким хламом завален?
Он извлёк из недр своего мешка точильный брусок, завёрнутый в кусок замши, и кинул едва поймавшему его Ярику.
– Давай, займись правкой да чисткой. Да смотри, чтоб ни пятнышка на клинке, ни, тем паче, зазубринки не было. Оружие – оно заботу любит и взаимностью хозяину отвечает. Не уважишь его, значит, сегодня, так и оно тебя в бою подвести может. Смотри сейчас, что я делать буду, да учись.
С этими словами он достал второй правильный набор и, примостив себе на колени меч, куда более здоровенный, чем у юноши, принялся его начищать. Яромир вынул из новеньких ножен свой клинок и, подглядывая за последовательностью действий капитана, во всём ему подражая, заелозил оселком по лезвию, на его взгляд и так идеально заточенному.
Оружие, побывав в руках местного умельца, претерпело некоторые изменения. Длина и ширина клинка остались прежними. А вот форма слегка изменилась, приобретя изящный изгиб, сделавший бывший меч похожим, скорее, на родную кавалеристскую шашку. Только, в отличие от неё, рукоятка была не прямой, а чуть наклонённой относительно основания клинка вперёд, делая её почти параллельной по-прежнему закруглённому, но только теперь остро заточенному кончику лезвия.
Такая форма оружия, со слов капитана, позволяла горским воякам и колоть, и рубить мечом как в лихой конной атаке, так и при обороне в тесных скалах или башнях укреплений.
Гарда тоже немного изменилась. Передняя её планка теперь чуть загибалась вниз, немного прикрывая пальцы. Задняя же – наоборот, вверх. Искусственный камень никуда не делся. Так и торчал в навершии, переливаясь и играя отблесками костерка в своих полированных гранях. Ещё на первом привале мэтр, по совету капитана, вложил в него заклинание, упрочняющее клинок.
Конец ознакомительного фрагмента.