Ярче звёзд
Шрифт:
Ему, как перспективному агенту, не следовало так импульсивно реагировать на то, что объект с кем-то спит. Но раз за разом Алан, злясь на себя, пытался понять, что его смутило. Грызли его демоны сомнений. Залив алкоголем непрошеную злость, Алан не мог забыть свой промах. Не стоило звонить. Не стоило. Нужно было постараться встретиться с ней наедине, тет-а-тет.
На комме сработал будильник, призывая к действию. Время завтрака, и скоро станет известно, кто полетит на Ваинару. Хотя весь список Алану уже скинули час назад, но как обычно бывает, всё может измениться в любой момент.
Выключив
Тяжёлый взгляд голубых глаз из-под густых бровей встретил своё отражение в зеркале. Бореско понял, что его развели, сыграли с ним злую шутку, чтобы не приближался к Сандерс. Намекнули, кому она принадлежит. Губы Алана растянула однобокая ухмылка. Значит, хочет войны? Боится потерять? Нужно было это проверить, и спасти Марию от падения в пропасть отчуждения. Если она продолжит дружить с манаукцем, то закроет себе все пути по карьерной лестнице. Даже сейчас она ходит по тонкому льду. Этот этап она прошла, так как унжирцы её всеми силами протаскивали. Манаукские эксперты сомневались в ней, нонарцы, у которых царил жесточайший патриархат, вообще категорически против женщин, особенно на главенствующих ролях. Премьер-министр Земной Федерации в этот раз воздержался от принятия какого-либо решения в адрес Сандерс. Но это только пока. Все ждали известий от Бореско. Никто не даст согласия, не поддержит её кандидатуру, если она не принесёт присягу своему правительству.
Алан почистил зубы, планируя свои дальнейшие шаги. Выловить, поговорить и очаровать. Сильные женщины любят слабых — это прописная истина. Им нравится чувствовать свою незаменимость и значимость.
Юноша умел пользоваться женскими слабостями. Всегда находил их, и у Марии обнаружит. Манаукец слишком зарвался, унижая его при всех. Он за это поплатится, потеряет то, что так бережёт.
— Готовься, Мария Сандерс, ты станешь моей, — тихо пообещал он своему отражению, зачёсывая щёткой вьющиеся мокрые волосы назад.
Затем оглядел себя оценивающе и подмигнул. Оставшись довольным увиденным, Алан направился в комнату.
Маруся
Ян странно вздрогнул и болезненно сжал мои пальцы.
— Эй, — тихо шепнула, пытаясь их спасти.
На его лице было такое ожесточённое выражение, что я замерла, не зная, чего ожидать. Огляделась, выискивая, что могло так разозлить Дракона, но никого знакомого мне на горизонте не наблюдалось. А Ян, наконец, понял, что причиняет мне боль. Он улыбнулся, словно извиняясь, и убрал свою руку.
— Что случилось? — тут же всполошилась Лена, нагибаясь ко мне.
— Ничего, — попыталась я не акцентировать внимание на ноющих пальцах. Боль постепенно уходила, только Ян продолжал странно себя вести.
— Лена, я просто кое-что вспомнил. Твой рассказ навеял воспоминание, — стал оправдываться Шалорт, а Лена погладила
— О, не переживай. Да, это неприятно, но и без аппендицита живут. Даже в армии служат.
Ян снял её ладошку со своей груди и положил на подлокотник.
— Я своего пока не лишился, — заверил он рыжую.
Я позавидовала её жеманным повадкам. Настоящая лисица, так и ластится. А этот ей ещё и улыбается. Я вдруг заметила, что с таким же недовольством за Леной наблюдает и Хемер. Наши с ним взгляды встретились, и мы одновременно откинулись на спинки кресел, чтобы скрыть свои мысли. Теперь я знала, кто таинственный друг Яндора и кто та ветреная землянка.
— Ой, — тихо выдохнула, пугаясь, что и Хемер увидел моё недовольство. Что-то я стала вести себя непривычно. Это же Лена, пусть флиртует, с кем хочет. Чем я недовольна? Сама Яндора вижу только другом. Откуда ревность всплыла? Глупости, всё это глупости. Надо смотреть на экран.
В зале усилился гомон, а на сцену поднялись четверо преподавателей, представляющие каждую из рас Союза. Первым взял слово Виктор Пелетти, он поздоровался с нами и попросил не шуметь. Этот старичок у нас вёл вычислительную математику, учил строить координаты и делать расчёты без специальной техники, пользуясь более совершенным инструментом — нашим серым веществом. Я с улыбкой вспоминала его уроки, которые были наполнены наставлениями и житейской мудростью мужчины.
— Как вам известно, по результатам итогового экзамена были выбраны только сто сорок два студента, которые будут представлять нашу академию на Ваинаре.
Я нахмурилась, переглядываясь с Яндором. Так мало? Но ведь экипаж должен состоять из ста пятидесяти человек. Я села ровно, внимательно прислушиваясь к старческому голосу преподавателя.
— Не провалите окончательный тест. Мы надеемся, что достойно обучили вас, и вы не уроните честь нашей академии имени адмирала Шерридана.
Студенты загудели, я тоже склонилась к Шалорту.
— Получается, не только в нашей академии проводится выборка?
— Думаю, да. Глупо полагать, что эта академия единственная, кто участвует в проекте, — ответил Яндор, скупо улыбаясь.
— О нет, — простонала Лена. — Я и тут с трудом училась. Опять соревноваться?
Я покивала головой. Хотя никто не обещал, что пройдут все. Ректор несколько раз подчёркивал это.
Шалорт потрепал мои волосы, а я зашипела, спасая причёску.
— Ян!? — возмущённо выкрикнула и гневно воззрилась на проказливую улыбочку манаукца.
— Прости, забыл, что ты поменяла причёску, — попытался он покаяться, да только столько веселья в его глазах было, что тут ни за что не поверишь в его искренность.
— Итак, результаты выборочного экзамена.
Я резко развернулась и чуть не визгнула от восторга, увидев себя первой в списке. Шалорт шёл вторым, затем унжирец Леали Хиим, Алан Бореско стоял четвёрым, Хемер десятым, а Лена сотой. Я была крайне рада, не увидев фамилий Эммы и Амалии, этих я точно в свой экипаж не взяла бы.