Японский парфюмер
Шрифт:
— Резкость какова, а? — восхищалась Галка. — Смотри, номер как на ладони! Бери карандаш и пиши, диктую! — Она подождала, пока я, порывшись в сумочке, достала ручку. — Записала? Повтори!
Я послушно повторила.
— Считай, убийца у нас в кармане.
— Еще неизвестно. А как мы его найдем?
— Что-нибудь придумаем! У тебя в ГАИ знакомые есть?
— Вообще-то есть, но…
— Что?
— А как я ему объясню, зачем мне это нужно?
— Ну, человека ищешь, мало ли… Стоп, у меня идея! Как это я сразу не подумала!
— Какая
— Пока секрет! Адрес и биографические данные преступника беру на себя.
— Слушай, а если это вовсе не машина?
— Как это — не машина? А что?
— Это может быть что угодно! Любой человек на улице, и, может, даже выглядывающий в окно.
— Ну, вот, всегда ты все испортишь, Катюха! Не надо быть таким пессимистом. Сейчас разберемся. Так, пошли по новой. Смотри. Кто у нас тут есть? Толстяков оставляем на десерт. Голову даю на отсечение, они ни при чем. Нормальные люди. Подозреваемым номер один назначаем автомобиль. Согласна? — Галка раскраснелась, глаза ее горели, ей было очень интересно. — Вполне вероятно, что это тот самый, который сбил Алину.
— Ну… ладно, допустим, — сказала я с сомнением.
— Идем дальше. Я вижу здесь более или менее отчетливо троих — старика в панаме, подростка с собакой, бабушку с детской коляской. Кого выбираем вторым номером?
— Никого.
— Согласна! Вот еще двое, вид сзади. По-моему, бесперспективно. Если это один из них, мы его никогда не найдем. Спина у всех одинаковая. Кто за то, чтоб оставить их в покое и искать дальше? Голосуем!
— Согласна.
— Так, теперь ищем преступное лицо в окне. Тут всего один дом, справа, а слева — парк.
В течение нескольких минут мы, затаив дыхание, не просто рассматривали знакомую картинку, а изучали каждую малейшую деталь.
— Убей, не вижу ничего подозрительного, а ты?
— Я тоже.
— Катюха, поверь моему жизненному опыту, это — иномарка. Я уверена! Ну, почти… Давай начнем действовать, а там посмотрим. Главное — ввязаться.
— А как мы его все-таки вычислим?
— Преступника я беру на себя. Давай еще пивка, а? За успех!
Мы чокнулись и выпили.
— Шикарное пиво! — сказала Галка, утираясь рукой. — Рыбку бери, вот этот кусочек, смотри какой хорошенький!
— А как ты его найдешь? Я не согласна! А вдруг он тебя раньше вычислит? Это же опасно. Если это он, конечно…
— Что я, совсем? — Галка всплеснула руками. — Да я к нему близко не подойду. Ты же меня знаешь!
— Потому и боюсь!
— Не бойся! Брать преступника будем вместе.
Мы взяли еще по кусочку хрустящей рыбы.
— Остыла совсем, надо бы подогреть, — сказала Галка, просто так, ни к кому не обращаясь.
— Так еще лучше, — ответила я.
Она достала из холодильника еще две банки пива, и праздник продолжался. Наконец я взглянула на часы и схватилась за голову:
— Ой, мне нужно бежать!
— К Гавриленке? — спросила Галка, и мы захохотали.
Давно у меня не было так легко на душе.
— Катюх,
— Ага, жду!
Окружающий мир слегка покачивался, многочисленные предметы в Галкиной прихожей уже не казались старым хламом, а выглядели вполне симпатично и таинственно, как на чердаке у доброй волшебницы.
— Галка, ты добрая волшебница!
— Знаю! Только не добрая, а злая. Запросто могу превратить тебя в… мышь.
— Не хочу в мышь! Хочу в принцессу!
Мы расцеловались на прощание. Я направилась к лифту, а Галка, стоя в дверях, в любимой позе — руки в боки, смотрела мне вслед. Золотые турецкие шлепанцы сияли в полумраке коридора…
Галка позвонила в одиннадцать вечера и возбужденно закричала:
— Катюха, это не иномарка!
— Почему?
— Иномарки больше нет! В июле прошлого года она попала в аварию. Разбилась вдребезги. Хозяин, какой-то тип с грузинской фамилией, погиб. Так что, если это он — Елена бы знала. По нашей версии, она была знакома с убийцей. Или подозревала.
— Откуда тебе это известно?
— Это не телефонный разговор, — сказала Галка важно.
— А источник надежный?
— Надежнее не бывает! — Галка, некоторое время боровшаяся с желанием выложить все про надежный источник, наконец решилась: — Преподаватель Павлуши из политеха, Василий Петрович. Гениальный мужик! Единственный в своем роде. Окончил три института, знает десять иностранных языков, был три раза женат — все успел. И пятеро детей. Лучший программист в городе.
— Ну, раз пять, тогда, конечно, — съехидничала я.
— Да, лучший. Всем пишет программы. И прилично за это огребает, между прочим!
— Кому, например?
— ГАИ, например. Напишет программу и отдаст, а оригинал когда уничтожит, а когда и забудет. Это мне Павлуша рассказал.
— И он тебе вот так запросто и выдал программу ГАИ?
— А что? ГАИ — не разведка. Подумаешь, государственная тайна! Зато теперь мы наверняка знаем, что это не иномарка. Так что следующий этап поиска — твоя актриса Диана. Катюш, у него мастерская, не поверишь! Четыре или пять компьютеров, полно книг, компактов, детали всякие. Он сказал, что запросто может меня научить работать на компьютере. Дал две книги для «чайников».
— И ты будешь учиться?
— А что? Я знаешь какая способная. Павлик весь в меня. Только денег на компьютер пока нет. Катюха, у него есть один, голос различает! Представляешь? — Галка никак не могла успокоиться. — И разговаривает! Ты не поверишь!
— Как разговаривает?
— Очень просто. Ты печатаешь на экране, а он читает! Я сначала тоже не поверила, а Василий Петрович говорит, напечатай что-нибудь. Я и напечатала. А компьютер прочитал.
— А что ты напечатала?
— «Привет, Галочка!» и «Веник, пошел на фиг!» — Галка захлебывается от восторга.