Янтарь
Шрифт:
Просканировав дом, второй Бер повернулся к Янтарю- Ты чего тут делаешь?
— СИЖУ! — рыкнул он, очевидно не слишком радуясь тому, что придется объяснять, почему именно он решил заночевать на пороге дома. где кто-то уже был.
Я слишком хорошо знала Беров и было мало вероятным, чтобы этот второй, в одежде, не учуял меня.
— Грибочки жаришь?
— Будешь?
— Я не ем поганки, спасибо. Сам знаешь, диета и все такое…
— У меня еще шишки есть, — миролюбиво проговорил Янтарь, отчего его друг прыснул от смеха:
— Не показывай,
— НЕ ЭТИ! Кедровые мать твою!
— Чищенные?
— Угу.
На какое-то время мужчины затихли. принявшись грызть орешки, оба глядя на огонь, пока первым не заговорил Янтарь, поворачивая голову к своему другу. который, судя по внешности, был не из рода Бурых:
— Ты далеко?
— До дома. — повел своим мощны плечом второй Бер, — Сам знаешь, из-за последних событий пришлось перенести некоторую работу, которую теперь нужно сделать.
Если не выполню подписанные контракты, то платить придется мне…
Янтарь лишь закивал в ответ, словно прекрасно понимал, о чем шла речь:
— И надолго?
— На пару месяцев. Договорились с Севером, что потом будем наводить порядок у нас, Берам надо дать время, чтобы в головах все улеглось. Могу забрать тебя на обратом пути… если захочешь, — судя по тому, что оба Бера повернулись на дом, и оба посмотрели на окно. в котором я прилипла к стеклу, рассматривая их, они поняли все и сразу, одновременно усмехнувшись, когда я поспешно юркнула под подоконник, но все-таки успела заметить, как полыхнули смешливо глаза Янтаря, и слыша его низкий голос:
— Пока не знаю, брат… пока я ничего не знаю.
БЕДА!
Мне хватило и услышанного, чтобы в ту секунду понять очень отчетливо, что никуда Янтарь не собирается уходить в ближайшее время! А ему нужно было уйти уже ОЧЕНЬ СРОЧНО!
Время неумолимо двигалось к рассвету, скоро должна была прийти Тайга за малышом, которую он конечно же почувствует рядом и никакая сила в мире не удержит этого любопытного Бера оттого, чтобы не узреть лично, когда это мы успели спеться за его спиной!
Тяжело опускаясь на кровать, я закрыла глаза, потирая указательными пальцами свои гудящие виски. Мысли совершенно не хотели работать, когда я не могла придумать больше ничего. кроме того, чтобы отправить его за рыбой. Снова. При чем на его резонный вопрос относительно той, что он недавно приволок. у меня был только один ответ — хочу другую! Нет, ну а что еще можно было сказать? Что у меня аллергия на ту, что уже лежала на столе?
— Господииии….что же все так сложно то!
А если попросить его самого отнести Молчуна к остальным детям? И сказать, что я расскажу ему все, когда он вернется…
Дальше развить эту тему у меня не получилось, потому что я поняла, что мое время вышло, ощущая. что Тайга уже где-то близко.
И как бы я не готовилась попрощаться со своим малышом, а сердце сдалось так невыносимо больно, словно его окутали колючей раскаленной проволокой, чьи шипы впивались до самого нутра, отчего колени задрожали, как и нижняя губа, которую
Я уже буду мертва к тому времени, когда за мной придет Палач… мое сердце останется с малышом. потому что ни одна мама по своей воле не отдаст то, ради чего она живет.
Может, так будет лучше и к Палачу выйдет лишь пустая телесная оболочка в раной в груди, где теперь будет пусто.
Я не вздрогнула, когда услышала осторожный шорох за окном, которое выходило на противоположную часть дома от той части, где расположился со своим костром, орешками и грибами Янтарь.
Умно, конечно! Так он не увидит Тайгу сразу, но ведь почувствует!
— Ты рано! — зашипела я на девушку. стоило ей только осторожно влезть в окно, словно это каким-то образом могло спасти наше глубоко конспиративное дело от вездесущего Янтаря и его золотых глазищ! И пары секунд не пройдет, как он по варварски вломиться внутрь, чтобы узреть своими собственными глазами, что его нюх не подводит, даже если мозг явно коротнет при виде нашей рыжеволосой парочки двух гребанных агентов 000, которые были не способны даже просто вынести ребенка из дома без лишних свидетелей!
Ей-богу в моей голове носились шальные мысли о том, хватит ли сил у Тайги, в которой было достаточно медвежьей крови, чтобы шарахнуть сковородкой Янтарю с такой силой, чтобы вырубить его хотя бы ненадолго!
Конечно же, я не хотела, чтобы он пострадал!
Но лучше пусть ходит с шишкой на голове, чем останется без головы совсем!
— Мы же договорились, что ты придешь перед рассветом!
Тайга как обычно была крайней немногословной и до безобразия спокойной, не потрудившись даже просто кивнуть мне, но отправляясь прямиком в спальню, где спал мой кроха.
Я даже руками всплеснула, двигаясь за ней и постоянно пытаясь заглянуть через плечо в ее глаза:
— Что теперь с Янтарем делать будем?! Он же вломиться сюда паровозом с минуты на минуту!..
В моменты, когда ты близок к истерике и лютому рукоприкладству. такая вот невозмутимость, как была у Тайги в эту секунду, выводят из себя лишь еще сильнее! Пока мне казалось, что у меня мозг пойдет трещинами и голова лопнет, выпуская струю пара до самых небес, эта девушка без особой торопливости аккуратно достала из гнезда Молчуна, ловко и явно со знанием дела завернув его в один из приготовленных пледов, оборачиваясь ко мне, чтобы кивнуть на одежду, разбросанную на полу:
— Оденься и выходи.
— И это всё, что ты хочешь мне сказать?!
Ей-богу я была готова перейти на визг, наблюдая, как Тайга просто кивнула в ответ. размеренно двинувшись к тому же окну, через которое вошла, бережно прижимая к себе Молчуна, и оборачиваясь лишь на долю секунды, чтобы прошептать, чуть улыбнувшись:
— И ничего не бойся.
Я была слишком сосредоточена на Тайге и своем бешенстве. И в этом была моя большая проблема!
Потому что тогда бы я почувствовала немного раньше, что теперь проблема не в Янтаре.