Янтарь Хейла
Шрифт:
Вел тоже посмотрела на нее.
— Она могла носить змею, значит, она не была пособницей Хейла. Хейл работал со смертью и с жизнью в смерти, а я чувствую здесь светлую силу жизни. Ты носишь какой-нибудь амулет, девушка?
Усмей разжала руку и показала свой амулет. Вел пристально поглядела на него и удовлетворенно кивнула.
— Давненько этого знака не видели в Кейте. Покровительство Ратоны… Так вот что хотел добавить Хейл к своему могуществу!
Усмей наконец смогла заговорить.
— Но он не отобрал его у меня, хотя
Вел улыбнулась.
— Такие вещи, несущие в себе силу, нельзя отнять, иначе они обернутся против тебя же. Их можно только получить в подарок. Ратона не шутит…
— Я никогда не слышала такого имени. У нас эту вещь зовут амулетом Гунноры.
— Разве дело в имени? — спросила Вел. — Есть вечные силы, и как бы их не называли, они остаются все те же. Я знаю этот символ, как знак власти Ратоны. Когда-то в старину она не захотела помочь нам, хоть и не отказала в покровительстве. И если Хейл надеялся использовать ее силы…
— Ты же знаешь Хейла, — перебил ее Брок. — Он, конечно, знал, какое может быть наказание, но, скорее всего, стал бы думать, нельзя ли и эту угрозу использовать с выгодой для себя. И сейчас он тоже наверняка что-то задумывает. Да, Вел, именно сейчас!
— Звезды завершили свой круг, и змея готова ужалить. Не думаю, чтобы Хейл мог задумывать еще что-то, и даже его котел не поможет ему в эту ночь. Настал час, когда мы должны восстановить естественный ход вещей и положить конец всему этому.
Они стали спускаться по лестнице, и Усмей пошла за ними. Она просто боялась остаться одна в этой страшной комнате. У подножья лестницы послышалось шипение чудища. Оно распласталось на полу под лестницей и уставилось на них налитыми кровью глазами. Брок махнул рукой в воздухе, и тут же в его руке появился меч.
Странный меч, не блестящий, как обычная сталь, а матовый. Его красно-коричневое лезвие не имело острого режущего края и казалось деревянным. Однако чудище, увидев этот меч, попятилось. Оно продолжало шипеть и плеваться, но нападать не решалось. Так они и вошли в мастерскую Хейла, наполненную едким вонючим дымом.
В центре комнаты в каменном очаге горел огонь. Над ним висел громадный котел, и Хейл горстями швырял в него какие-то куски, лежавшие на скамье. Он не обратил никакого внимания на вошедших, закончил свою работу и запел.
— Похоже, он совсем свихнулся, — заметил Брок. — Он же должен понимать, что на сей раз у него ничего не выйдет.
— Да сбудется предназначенное! — воскликнула Вел и протянула руку с браслетом. Желтые глаза змеи вспыхнули, расширились, слились в один сияющий, как солнце, шарик. И тут чудище завизжало и бросилось, но не на троих стоящих на лестнице, а на своего хозяина. Вдруг амулет Гунноры, который Усмей так и держала в руке, вспыхнул зеленым светом, и его лучи озарили горящий очаг. Пламя в очаге тоже позеленело, и языки его стали неподвижны.
Пение Хейла оборвалось диким криком. Чудище схватило его, он, пытаясь отбиться,
Тотчас погасли змеиные глаза, и исчезло зеленое пламя. Жидкость в котле поднялась до самого края, но под ее гладкой поверхностью ничего не было видно.
Разгорелось утро нового дня. Усмей стояла, тяжело привалившись к наружной стене звездной башни. С наслаждением вдыхала она чистый морозный воздух после вонючего дыма мастерской и душной атмосферы Зла там, в башне. Просто чудо, что она умудрилась выжить в такую ночь.
Вел тихонько положила руку ей на плечо, и они втроем пошли через двор к жилым башням.
— Как грустно все здесь изменилось, — вздохнула Вел. — Кейт теперь совсем не тот, что был когда-то.
— И здесь скоро все снова изменится, — быстро ответил Брок. — Кейт был болен, а теперь мы уничтожили эту заразу. И перед нами будущее…
«А что же будет со мной? — подумала Усмей. — Я не могу быть леди Кейта, да никогда и не была ей». Может, ее отправят в Упсдейл? Только кем она теперь туда вернется?
— Я была обвенчана с Хейлом, — тихо сказала Усмей. — Я сама выбрала свою судьбу. Я совсем не знала Хейла и все же согласилась ехать с ним в Кейт.
— Но ты не стала его женой, и это спасло тебя, — прервал ее Брок.
Усмей взглянула в его лицо, показавшееся ей когда-то похожим на Хейла.
Он смотрел сейчас на нее с неожиданной мягкостью, и она подумала, что сходство это просто привиделось глупой девочке. Сейчас у них не было ничего общего.
— Ты смогла не стать ни его женой, ни его пособницей. Зло не коснулось тебя, иначе ты не смогла бы носить змею и стоять рядом с нами этой ночью.
— Не называй себя женой Хейла, — властно произнесла Вел, — лучше зови себя дочерью Ратоны. Странно переплетаются людские судьбы! Мы очень древний народ, наша наука дала нам силы, которые вы сочли бы сверхъестественными. Но мы такие же люди, как и ты, вот почему и среди нас мог родиться такой Хейл. Он нашей крови, но он всегда рвался к власти и пользовался силами темными и опасными.
— Он замахнулся на большее, — вмешался Брок, — он хотел…
— Меня? Может быть, — задумчиво сказала Вел. — Но мне кажется, он больше желал власти, которую мог получить через меня. Мы поздно спохватились, и он оказался уже слишком силен для нас. Правда, мы тоже приняли меры предосторожности.
— Вроде этой спрятанной змеи? — спросила Усмей.
— Да, и это тоже. И долго же нам пришлось ждать, пока пришла ты, дочь Ратоны, и смогла ей воспользоваться. И никогда больше не говори, что ты никто в Кейте, что ты здесь чужая! Через тебя Хейл получил настоящий природный янтарь. Без него нельзя сделать искусственный, обязательно нужно хоть одно живое зернышко. Он и тебя хотел использовать, дочь Ратоны, но, к счастью, ты оказалась сильнее. Радуйся и гордись этим!
— И добро пожаловать в Кейт, — добавил Брок.