Янир
Шрифт:
Эбби медленно отодвинулась от стены. Неужели Янир действительно так думает? Что она так много значит для него? Могла ли она в это поверить?
* * *
— Есть еще кое-что, что ты должен знать, Улл, — проговорил ему Янир, медленно садясь обратно, — в замке остался Брайс Гуттузо, и здесь он останется.
— Что? Что ты имеешь в виду? О чем ты только думаешь, оставляя в своем Доме это отродье Дако?!! Почему ты оставляешь его в живых? — потребовал ответа Улл. — Он негоден и происходит от испорченной родословной! С ней надо покончить!
Янир
— Ты мой кровный брат, Улл, и будущий лорд дома Ригель из Бетельгейзе, но если ты когда-нибудь… когда-нибудь… произнесешь эти слова снова в моем присутствии… я отправлю тебя к Богине! Ты меня понял? — Янир встал и обошел вокруг стола, впервые в жизни бросив вызов своему брату.
— Брат или нет.
— Лорд или нет.
— Это не имеет никакого значения. Именно самцы, которые думают так же, как и ты, которые считают, что они лучше других лишь из-за очередности представления, привели нашу Империю туда, где она находится сегодня! Это то, во что верил Бертос! Это то, во что верила Риса! Так считал Император Берто, когда насиловал своих самок. Именно так считали те, кто помогал ему скрывать эти преступления! С этими самцами надо покончить! А не с невинными трехлетними отпрысками! Тебе придется решить, кто ты.
Улл поймал себя на том, что сделал шаг назад от ярости, которой пылал его брат. Никогда за всю свою жизнь Улл не видел Янира таким. Неужели Янир всегда был исключительным воином? Да. Неужели Янир обучался вместе со специальной гвардией Императора? Да. Но все же Улл всегда одерживал над ним победу. Янир всегда уступал в их схватках. Улл никогда не был свидетелем этой силы, которую сейчас демонстрировал его брат… Он слышал, как другие шептались об этом, но она никогда не была направлена на него. Улл всегда считал, что это потому, что он был лучшим воином. Теперь он понял, что это было потому, что Янир позволял ему побеждать, из уважения к тому, что он был первым отпрыском. Из-за «своей очередности на представление», как назвал это Янир.
Действительно ли он был похож на Бертоса?
Богиня, он молился, чтобы это было не так.
* * *
Брайс посмотрел на Эбби, когда он привел ее в нежилое крыло. Это было одно из его любимых мест, потому что туда никто никогда не ходил. Она молчала с тех пор, как они оставили спорящих мужчин. Казалось, что ее что-то беспокоит. Это был не он. Он привык слышать сердитые голоса, привык слышать крики.
Брайсу нравилась эта «леди», она сказала ему называть ее Эбби. Она была намного добрее, чем та, другая. Они сказали, что это была его мать, но он не знал, что это значит. Эбби смотрела на него, улыбалась и заботилась о нем. Единственный раз, когда та другая женщина дотронулась до него, это когда она обнаружила его в своей комнате, трогающим ее вещи. Ей это не понравилось. Не понравилось, что он обнаружил проход за стеной. Она ударила его, а потом пришел Васаки и забрал его.
«Лорд»… ну, он не знал, что и думать о нем. Он
Пока они не нашли его. Он не должен был брать эту еду. Но он был так голоден. Васаки не было уже несколько дней, и после того, как повар в последний раз поймал его на кухне, Брайс не осмелился туда возвращаться. Теперь Эбби и лорд не смеялись и не улыбались друг другу.
* * *
Эбби не смогла сдержать вздоха, когда Брайс открыл проход и они оказались в нежилом крыле.
— Как же так? Неужели? — Эбби не могла в это поверить. Они были на противоположной стороне замка. Оглядев комнату, она поняла, что они были в комнате в одном из углов, ближайших к входной двери, противоположном углу от того, где Брайс прятался неделю назад. Неудивительно, что он не смог сбежать. Янир стоял между ним и проходом.
— Тебе нравится эта комната, не так ли? — спросила Эбби, глядя на Брайса сверху вниз, и он кивнул. — Как ты думаешь, что бы рассказала эта комната, если бы могла говорить? — спросила она, привыкнув к его молчанию. — Бьюсь об заклад, тут будут отличные истории. Ты так не думаешь? — она прошла дальше в комнату. — Как ты думаешь, какие секреты она хранит? — когда Брайс начал отчаянно дергать ее за руку, она посмотрела на него сверху вниз. — Брайс?
— О, я знаю одну, которую он сохранит.
Эбби резко обернулась, когда темная тень отошла от стены и превратилась в мужчину, которого она узнала.
— О, воин Ошош, — выдохнула она. — Вы меня напугали.
— Неужели? — спросил он с холодной ухмылкой.
Эбби не понравилась эта ухмылка, она пугала ее, но она не собиралась показывать ему это.
— Только на минутку. Вам что-то нужно?
— О да, мне многое нужно, и начну я с тебя.
Когда он сделал шаг вперед, Эбби вильнула в сторону, но тут еще одна тень отделилась от стены, став мужчиной, которого Эбби не знала, преградив ей путь.
— Васаки… — прошептал Брайс.
— Что значит «начнешь с меня»? — спросила она, стараясь, чтобы он не заметил, как она дрожит.
— Ты станешь одним из секретов, которые будет хранить эта комната. Вы ведь говорили о секретах, не так ли?
— Да, — призналась Эбби.
— Может, мне рассказать тебе одну? — спросил Ошош.
— Если хотите…
— Раньше я был частью этого Дома, — практически зашипел Ошош, все еще ухмыляясь ей. — Мой манно служил манно Бертоса, а потом Бертосу, пока не встретил Богиню.
— Вы, должно быть, были очень молоды, — Эбби схватила Брайса за плечо и подтолкнула его за спину, назад к потайному ходу.
— Мне было десять лет, но я уже начал тренироваться, чтобы стать одним из воинов Бертоса. Я смотрел, как тренируется мой манно, наблюдал за стажерами, а потом тренировался сам. Я собирался стать одним из величайших воинов, которых когда-либо видела Империя.
— Вы и есть величайший воин. Вы служите Императору.
— Больше нет, и это из-за тебя! — выплюнул Ошош, прищурившись на нее.