Яма
Шрифт:
И почитай каждый родитель, чуть ли не в обязательном порядке, благодарил кого-то из офицеров, за эти маленькие услуги. И эта их признательность, что бы ни изощряться и не ломать себе голову, чем отблагодарить работника отделения конкретно, как правило, выражалась в спиртном, которое довольно нередко и уничтожалось в конце рабочего дня работниками отделения.
И всегда, после двух, трёх выпитых рюмок, Анатолий Васильевич неизменно, доставал из своего рабочего стола ручной силомер, - атрибут тестирования призывников, и хитро улыбаясь, внимательно осматривал своё небольшое войско. По уже давно заведённому
Почти всегда победителем выходил сам Анатолий Васильевич. Серьёзную конкуренцию ему в этом деле, мог составить только Максим. Остальные, как говорится, были не в счёт. По утрам мало каши ели...!
Кузьмич, после того, как без особого результата заканчивал все попытки подобраться хоть с какой-нибудь стороны к несговорчивому силомеру, что у него на самом деле, частенько не получалось, в конце концов, сокрушенно ронял:- "Наверно сломался гад, или что-то в нём заело. А жаль, я бы...!"
– Это уж точно, заело...
– перебивал Кузьмича Анатолий Васильевич: - "Вот только где, что и как? Или в чём...? Если в голове, то всё тогда понятно с тобой Кузьмич! Вопросов не имеем...!" - Анатолий Васильевич с нескрываемой иронией смотрел на прапорщика. В уголках рта Буранова таилась лёгкая и совсем незлая усмешка. Кузьмич был старше Буранова ровно на десять лет, но на колкости, замечания и как правило, безобидные подковырки своего командира, обижался крайне редко. А если и обижался когда-то, то совсем ненадолго.
Анатолий Васильевич, с загадочным и интригующим выражением на лице, неторопливо, спокойно и с сознанием дела брал в свою ладонь-лопату силомер, который тут же полностью исчезал в ней, как пескарь в пасти кашалота. Затем, с лёгкостью и без видимого напряжения, почти, как прессом, резко сжимал его в своей руке. Стрелка чуть ли не ложилась на ограничитель.
– "Видишь, дорогой ты наш Кузьмич, ничего не заедает...! А ты заело, заело..." - уже примирительно, как победитель, подводил итог Буранов.
И почти всегда, когда Кузьмич, основательно намучившись с силомером, немного сконфуженно говорил - "В нём что-то заело..." - Максим вспоминал одну историю, которая произошла с ним в командировке, когда он ехал в город Волгодонск, для инспектирования одного предприятия, работая ещё в то время, в городе Ростове. И о которой Вы сейчас, в следующей главе и узнаете....
= = =
ГЛАВА - 25.
"МЕТЕОР. ВОДА. НЕВЕРНАЯ жена..., по имени НАДЕЖДА...".
В этот день он встал рано. Или вернее не ложился совсем. Метеор на Волгодонск отходил в шесть часов утра.
Накануне вечером, он, Сергей Воронцов и две симпатичные студентки из института, которых привёл Сергей, очень здорово порезвились у Максима дома. Всю ночь напролёт, поочередно, то выпивали, то занимались с ними любовью, а если уж быть точным в определениях..., то занимались обыкновенным, достаточно
Максим был, что называется в ударе...! (или в угаре..., и что из этого лучше...!?). Он сейчас, как будто бы находился в состоянии неощутимо-неосязаемой им невесомости. Ну, прям таки, как тот космонавт..., который помимо своей воли (а возможно, что как раз и наоборот...- он вполне осознанно сделал свой выбор...) покинул вроде бы такой надёжный и крепкий на первый взгляд, корабль-дом и вышел совершенно один, подышать свежим воздухом, в открытый, и неведомый ему до сих пор, бескрайний и неудержимо зовущий к себе Космос.... Максим почти не ощущал своего физического тела, но зато он сейчас, очень хорошо чувствовал и ощущал в себе, какую-то непонятную для него, толи созидающую, толи разрушающую, но при этом недюжинную, и без малого можно было даже сказать..., просто нечеловеческую силу....
Ему казалось, что он сейчас может буквально Всё.... И эта сила искала выхода..., искала своего практического применения в жизни.
А ведь и свинья, тоже всегда что-то ищет...! Возможно они вдвоём, искали одно и то же! А...?
Уже сидя на скамейке внутри метеора, он не без удовольствия потягивал из бутылки пиво, которое было сейчас для него, очень даже приятно и полезно, и от нечего делать рассматривал сидящих в салоне метеора пассажиров.
Почти что напротив Максима, сидела, очень модно, можно было сказать даже экстравагантно одетая, красивая брюнетка, лет приблизительно двадцати пяти. Максим очень внимательно, и, надо прямо сказать, очень бесцеремонно и даже нагло, но в то же время с полным пониманием того, что он делает, принялся её разглядывать.
Вдруг ему на секунду показалось, что у неё сзади на голове растут рога....
Такие вот прям маленькие, симпатичные рожки. Ему даже захотелось их потрогать.
– "Надо же, у бабы и рога! Обычно всё наоборот...! Ведь это же мужицкие причиндалы...! Наше неотъемлемое, мужское достояние так сказать...! Чудится мне всякая ерунда!
– подумал Максим, и чуть тряхнул головой...
– Наверное, от вчерашней выпивки..."!?
Но он опять, вновь поймал себя на мысли о том, что ему хочется потрогать не только эти рожки, но также очень хочется и погладить лицо этой девушки, дотронуться до неё.
Он уже её хотел...! Причём сильно! Импульсы пошли...!
В животе, в области солнечного сплетения у Максима появилось хорошо знакомое ему ощущение...
– приятный, блудливый холодок, который очень скромно, но и в то же время, уверенно там затаился. Появился "ОН"....
Девушка, в свою очередь, стараясь делать это незаметно, тоже с каким-то непонятным для Максима интересом, разглядывала его. Максим это видел.
И наш разудало-любопытный Максимус, сейчас, уже даже сам понимал, что с ним творится что-то непонятное, необыкновенное и необъяснимое. Он чувствовал, чуть ли не всей своей кожей, что в настоящий момент, от него исходит какая-то притягивающая, завораживающая и покоряющая, но и в тоже время, всё разрушающая на своём пути сила и энергия.