Якутия

Радов Егор Георгиевич

– А кто же завербовал этого последнего агента?!
– послышался голос.

– Предыдущий агент. Я его не знаю. У него была задача найти человека, разбирающегося в радио и живущего у океана. Он нашел, мы передали для него рацию в условленное место (помните, сдавали на нее деньги?), и он ее получил тайно, так и не раскрывшись нам. Еще вопросы?

– Но ведь два члена, которые туда поедут, узнают всех агентов! И доложат нам. Где же будет вся ваша хваленая конспирация?!!
– раздраженно воскликнул Мычаах.

– Ну и что?
– удивился Павел Дробаха.
– Мы сделаем новую цепочку, снова! А эти агенты останутся нашими друзьями, соратниками, приятелями! Главное,

выяснить - кто они, что они. И где последний. Даже я их не знаю. Но и это еще не все. Если два наших человека не найдут главного агента, мы пошлем кого-нибудь нового, я дам ему сведения, и он опять попытается установить эту американо-канадскую связь через океан; ведь там же просто - полюс и все! Нам нельзя терять этого! Надо все-таки попробовать найти агента, или узнать в чем дело. Вдруг остальные лгут, или продались кому-нибудь?!

Мычаах что-то пробурчал про себя и сел.

– Я думаю, надо приступать к голосованию. Я думаю так. У кого-нибудь есть другое мнение?

Зал зашумел.

– Я думаю, большинство со мной согласно. Я так думаю. Голосуем. Кто против того, чтобы послать двух членов? Поднялось несколько рук.

– Явное меньшинство. Явное меньшинство! Предложение принимается. Итак, я зачитываю фамилии тех, кого Высший Орган решил послать на это ответственное и трудное дело. Жукаускас!

– Я!

– Головко!

– Я!

Софрон вскочил, еще ничего не понимая. На другом конце зала встал какой-то огромный мускулистый красивый человек с белыми волосами.

– Вам доверяется благородная и опасная миссия. Вы должны наладить связь, приятели, найти агента! И доложить нам обо всем увиденном. Пройдите в комнатку за трибуной, вы получите имя первого агента, и пароль. Поздравляю!

– Но...
– начал говорить Софрон.

– Это удача, приятель! Пройдите в комнатку. Софрон пошел через ряды стульев, видя вокруг пристальные взоры членов партии. Это было странным ощущением. Дробаха сошел с трибуны и сказал, обращаясь к сидящим членам:

– Сейчас прослушайте разные объявления нашего секретаря, а я пойду заниматься с этими.

И он немедленно вошел в маленькую комнатку. Софрон увидел своего напарника, подходящего к нему; у него было умное лицо и черные глаза. Он остановился, подошел к Софрону, протянул руку, и сказал басом:

– Абрам Головко.

– Софрон Жукаускас, - представился Софрон и пожал руку Головко.

Они вошли в комнатку и закрыли за собой дверь. Дробаха сидел за зеленым столом, на котором стояла лампа.

– Итак, приятели, я вас поздравляю и не буду тратить время ни на что лишнее. Вы отправляетесь завтра утром в девять на грузовом корабле <Пятнадцатый Сибирский> из Жатая. Капитан - наш человек, его зовут Илья. Пароль: <Заелдыз>.

– А что это значит?
– спросил Софрон.

– Это значит пароль, - строго ответил Дробаха, - не перебивайте. Вы поплывете на этом корабле до поселка Кюсюр. Там находится агент, которого я знаю. Вы должны запомнить, как его зовут и найти его. Записывать ничего нельзя. Его зовут: Август. Когда вы его встретите, вы ему тоже скажете: <Заелдыз>. А пароль для следующего агента он вам сообщит.

– Он - якут?
– спросил Софрон.

– Он - агент!
– повысив тон, сказал Дробаха.

– Ну и что мы должны делать?
– спросил Софрон.

– Вы посмотрите на него, запомните все хорошенько, а потом он вам скажет, где найти другого агента и вы поедете туда. И так далее. Потом вы попытаетесь найти последнего, главного, океанского агента. А потом возвращайтесь. Вы должны все выяснить!

– А как нам связаться с вами с случае чего?
– спросил Жукаускас.

–

У вас что, нет моего номера телефона?

– У меня есть, - басом сказал Головко.

– Вот и прекрасно, можете идти и собираться. Завтра в восемь вы получите у меня всякие деньги и наставления. Вы разбираетесь в радио?

– Нет, я - Старший Инструктор.

– А я - биолог, - улыбаясь ответил Головко.

– Вот и чудненько. Я вот вам и расскажу, как в крайнем случае передать мне сигнал по радио, если такая возможность вдруг представится.

– Но постойте!
– воскликнул Софрон.
– Я не могу так просто уехать! Я работаю, мне надо звонить в Намцы...

– Успокойтесь. Все уже улажено. Вам обоим оформлена командировка на любой срок.

– Но как это?
– спросил Софрон.

– Какая разница, - с улыбкой проговорил Дробаха.
– Ну хорошо, в вашем случае, Жукаускас, могу сказать, что золовка Елены Яновны - наш член.

– А, - сказал Софрон.

– Поэтому, до свидания, приятель, желаю вам счастья и удач. Во имя Якутии!

– Ура!
– крикнул Софрон.

И он вышел оттуда, не глядя на Головко, решив, что времени для знакомств и обсуждений предстоит еще достаточно, прошел через зал, где сидели члены ЛДРПЯ, и попал на улицу, на которой рос тальник. Уже наступила ночь, небоскребы зажглись огнями, и скособоченные избы осветились желтыми фонарями. Вечерний Якутск был призрачным и прекрасным, как и полагалось настоящему городу будущего. Якутия существовала вокруг, словно мать, обернувшаяся клубком вокруг своего спящего детеныша. И Софрон, почувствовав вдруг какой-то невыразимый восторг и начало приключений, вдруг взмахнул зачем-то своими руками, словно хотел взлететь ввысь, и гордо пошел вперед, к себе домой, откуда должно было начаться его историческое путешествие, и куда он должен был снова вернуться в ореоле победы и славы.

Жеребец первый

Путь начинается, когда существо, готовое к встрече, делает свое первое деяние и в первый раз вступает в реку, которая есть суть мира и дорога. Прекрасно открытие высшей реки среди обыденности простых каждодневных истин, наполняющих мгновения проживаемых времен. Это есть слава! Это есть величие! Это есть смысл! И он присутствует в реке, он един, он совсем, как чудо, сотворенное духом; и если подлинный дух есть, он есть именно в реке. Горний эфир хранит тайны настоящего корабля, плывущего среди огромной глубокой глади; свет сфер озаряет две белые палубы чудесной баржи, устремленной к началу миров; и если какое-то лицо возникает над лесом, полем, травой и горой, то это, без сомнения, священный лик. Вот так происходит открытие новых стран и открытие новых людей; вот так начинается битва за высшую жизнь и начинается любовь; вот таким образом тот, кто есть тот, произвел то, что есть то; и именно этим способом вода заполняет овраги, русла и большие пространства, образуя реки и моря. Дерево, растущее на берегу, становится межой, разделяющей волшебный мир таинственных вод с волшебным миром таинственных лесов. И тьма есть между ними, и свет есть над ними. История должна начаться, и начало ее исходит из воды; река есть повсюду, и двое плывут по этой реке; и Луна сияет в синем небе, и волны, журча, набегают на берег. Может быть, просто существует Бог, и вся река вместе с кораблем и птицами есть творение Его, или проявление Его, или Он. Может быть, в темной глубине загадочных вод сокрыт прекрасный дух, заключающий в себе целый мир этой великой речной бездны. Может быть, сквозь все это можно видеть Ничто, присутствующее везде, словно ненаходимое основание реальности, которая просто существует. Может быть, река есть Якутия.