Ягодка
Шрифт:
— Мы все проверили. — Девушка лукаво переглянулась с хирургом. — А насчет обморока пусть жених лучше вам сам все расскажет.
Ягодка влетела в палату, горя желанием обеспечить Питеру сотрясение мозга, раз уж он его не получил в драке с Дином.
Питер полулежал на кровати, бледный и присмиревший. На виске красовался свежий шов, скула была залеплена пластырем. Черные глаза, неестественно яркие на белом лице, смотрели кротко и даже испуганно. Запал Ягодки моментально пропал.
— Зачем ты
Питер стиснул ее руку.
— А вдруг бы они тебя сюда не пустили?
— Глупости, — рассмеялась Ягодка. — Тем более что с тобой ничего страшного. Через десять минут можно идти домой. И один бы полежал.
— Еще десять минут? — простонал Питер и попытался встать. — Но я уже сейчас могу идти.
Ягодка мягко и решительно положила руки ему на плечи и прижала его к кровати.
— Давай будем слушать врачей. Я вообще не понимаю, почему тебя так отпускают. После обморока… — тут Питер отвел глаза, — тебя как минимум надо обследовать.
— Они обследовали. — Питер махнул рукой в сторону оборудования в изголовье кровати.
— Ты не хочешь объяснить мне, в чем дело? — спросила Ягодка. — В конце концов, я тебя сюда притащила. Я имею право знать, раз я твоя невеста.
На лице Питера появилось подобие улыбки.
— Я боюсь больниц, — буркнул он себе под нос. — Эти запахи, врачи, аппараты, лекарства… — Его передернуло.
Ягодка смотрела на него во все глаза и старалась не засмеяться. Вот тебе хулиган и задира. Падает в обморок при виде белого халата. Она вспомнила, как подозревала Питера в том, что он нанял Дина и компанию, чтобы поиграть в героя. Если бы у Питера была возможность вернуться в прошлое, он бы скорее заплатил Дину, чтобы тот никогда не приходил в бар. Сейчас Питер меньше всего походил на героя.
Ягодка невольно улыбнулась и тут же пожалела об этом.
— Смейся, смейся! — выпалил Питер и вскочил с кровати. Пошатнулся от резкого усилия и схватил Ягодку за плечо, чтобы не упасть.
— Я не над тобой смеюсь, — сказала она торопливо, — а над собой. Знаешь, я подумала сначала, что ты сам нанял этих идиотов в баре…
Питер вытаращил глаза, а потом громко и от души расхохотался.
— Ты меня совсем болваном считаешь?
— Я уж не знаю, кем тебя считать, — вздохнула она.
Она вдруг осознала, что они с Питером обнимаются — его рука по-прежнему лежит у нее на плечах, а она стоит очень близко от него… Ягодка поспешно отшатнулась.
Питер усмехнулся.
— В любом случае, если бы я нанял кого-нибудь для драки в собственном клубе, согласись, я бы подобрал парнишек в своей весовой категории.
Ягодка прыснула. Раз Питер способен посмеяться над собой, он не совсем потерян.
Только тогда, когда они выходили из больницы, до нее полностью дошел смысл его слов.
— Ты сказал, в твоем собственном клубе?
Питер кивнул. Ягодка встала как вкопанная.
— «Гангстер»
Ягодка начала смеяться.
— Я понятия не имела. Просто поймала у дома такси и попросила довезти до ближайшего приличного клуба.
— И он отвез тебя в «Гангстер»? Я польщен. — Бровь Питера привычно поползла вверх. — Надеюсь, ты не считаешь, что всех таксистов тоже нанял я.
Ягодка замотала головой.
— Вот и хорошо. — Питер огляделся по сторонам. — Вон на том углу… — он кивнул куда-то вперед, — отлично готовят пиццу. Хочешь перекусить?
Ягодка замялась. Конечно, теперь она относится к Питеру немного иначе, чем пару часов назад, но есть с ним пиццу, пожалуй, будет уж слишком.
— Я лучше домой поеду. — Ягодка попыталась превратить все в шутку. — На сегодня приключений с меня хватит.
Но Питер не улыбнулся.
— Ты по-прежнему на меня злишься?
Ягодка покачала головой.
— Нет. Но, думаю, нам с тобой стоит на этом остановиться. Вряд ли из нас получатся хорошие друзья.
— Вообще-то я имел в виду не дружбу. — Питер приобнял Ягодку за талию.
Она недовольно оттолкнула его руки.
— Это исключено.
Лицо Питера потемнело. Ягодке на миг стало страшно. Питер опасен и непредсказуем. Сегодня он спасает тебя от задир, а завтра громит твой ресторан. От такого типа лучше держаться подальше.
— Давай хотя бы тебя провожу, — сказал Питер. — Уже поздно. Мало ли что.
Но Ягодка чувствовала, что она будет в большей безопасности одна, чем с Питером.
— Понимаешь, я встречаюсь кое с кем, — сказала Ягодка. — Мне бы не хотелось, чтобы он… чтобы были проблемы.
Питер засунул руки глубоко в карманы и посмотрел на Ягодку так, как тогда, в ресторане.
— Ты с кем-то встречаешься и таскаешься одна по ночным барам?
От его тона кровь бросилась Ягодке в лицо. Он подозревает ее во лжи?!
— Мой друг очень много работает. Это Спайк Дентон, если ты о нем слышал, — сказала она как можно спокойней. — А мне захотелось прогуляться.
— Так зачем останавливаться? Пусть он работает. Я тебя развлеку. Где хочешь и как хочешь.
Хлоп. Ягодка размахнулась и влепила Питеру пощечину. О том, что это неразумно или недостойно, она не подумала. Питер давным-давно заслужил это, и его геройство в клубе и страдания в больнице ничего не изменили.
На щеке Питера проступил алый след от удара.
— Хорошо, что не по больной, — ровно сказал он.
Он не разозлился, не принялся обвинять ее в неблагодарности. Он не сводил с Ягодки глаз, и в его взгляде читалось холодное насмешливое презрение. Былая неприязнь к Питеру всколыхнулась в ее душе. Как она могла хотя бы секунду переживать за него? Он отвратительный, мерзкий, эгоистичный тип, и то, что он падает в обморок в больницах, не делает его человечнее.