Ягодка
Шрифт:
Все стали расходиться, и Ягодка наконец увидела Питера. Вид у него был плачевный — рубашка разодрана, нос распух и кровоточил, на скуле зрел кровоподтек. Ягодка поймала его взгляд — хмурый, неодобрительный — и смущенно опустила глаза. Такое подстраивать не будешь. Пара красивых приемов, и все бандиты разбросаны по полу — это одно, а сломанный нос — совсем другое. Питер не выглядел победителем, он выглядел жалким, и Ягодке стало стыдно в первую очередь за свои мысли. Похоже, Питер искренне бросился
Во взгляде бармена, который возвратился за стойку, Ягодке тоже почудилось неодобрение. За кого они ее принимают? За вертихвостку, которая нарочно спровоцировала драку?
— Держите. — Бармен поставил перед Ягодкой коктейль. — Нам всем это сейчас не помешает. За счет заведения.
Он подмигнул Ягодке, и она с облегчением поняла, что никто ее не осуждает. А коктейль и вправду оказался кстати.
— Хэнк, у тебя есть лед?
Краем глаза Ягодка увидела, что через два стула от нее садится Питер.
Бармен подошел к нему.
— Тебе к врачу надо, — сказала он вполголоса.
— Отстань. Лед давай.
Бармен достал пакет и принялся пересыпать в него колотый лед из стакана.
Ягодка залпом осушила коктейль, чтобы набраться храбрости. Она должна это сделать. Из элементарной вежливости.
Она поставила пустой стакан на стойку и подошла к Питеру. Он прижимал к скуле пакет со льдом, а на кончике его носа набухла одинокая красная капля.
— У тебя кровь идет, — сказала Ягодка.
Питер небрежно смахнул каплю, и Ягодка заметила, что его руки разбиты и в крови.
— Хэнк, дай мокрое полотенце, — бросил Питер, проследив за ее взглядом.
— Тебе правда надо к врачу, — тихо сказала Ягодка. — Вдруг нос сломан.
Питер усмехнулся и осторожно тронул нос.
— Его я уже ломал. Это не перелом.
Бармен положил перед ним полотенце, и Питер стал оттирать кровь с рук. Ягодка почувствовала раздражение. Что за ребячество? Всем ясно, что после такого надо лечиться не льдом и мокрым полотенцем.
— Хэнк, джина, — скомандовал Питер. — И побольше. Что ж вы, мисс Эпплберри, бродите по барам в одиночку? Так и до беды недалеко.
Ягодка вспыхнула.
— Между прочим, я думала, что это прилич…
Она осеклась, увидев, что Питер смеется.
— Я шучу, — сказал он. — Здесь прилично. Разве что случайно завалятся уроды вроде этих и все испортят. Ты понимаешь…
— Да, — кивнула Ягодка с улыбкой. — Понимаю.
Питер захохотал и тут же сморщился от боли.
— Держи пластырь. — Бармен выложил на стойку пачку белых прямоугольников. — У тебя на виске порез.
Питер смочил край полотенца в джине, протер висок и вскрыл одну упаковку.
— Прилепи…
Но бармен уже отошел к клиенту на другом
— Давай я, — предложила Ягодка.
Питер отдал ей пластырь и повернул голову. У Ягодки перехватило дыхание.
— Ничего себе порез. Тебе швы накладывать нужно.
— Лепи пластырь.
— Не будь идиотом! — сердито воскликнула Ягодка. — Мы едем к врачу немедленно. — Она встала.
— Мы? — Питер поднял бровь и снова скривился. — Черт!
— Вот именно, мы. Один ты, как я понимаю, никуда не поедешь.
Питер отшучивался и отпихивался, но Ягодка чуть ли не силком выволокла его из клуба.
— Нужно такси. — Она оглянулась. — Я оставила машину у дома.
— Зато моя всегда при мне. — Питер вытащил из кармана брелок с ключами.
— А ты не пил? — нахмурилась Ягодка.
— Только висок мазал. — Питер приобнял Ягодку. — Прокатимся с ветерком.
— Отпусти меня! — Ягодка с негодованием вырвалась. — Тебе нельзя за руль! Тебе может стать плохо!
— Мне?! — воскликнул Питер и вдруг прикрыл глаза и пошатнулся.
— Питер! — Ягодка обхватила его за талию и обнаружила, что он обнимает ее в ответ и смеется.
— Так гораздо лучше.
— Дурак! — Ягодка оттолкнула его и вышла на дорогу. — Только время зря теряем.
Она поймала такси и с боем усадила Питера в машину. Через десять минут они уже заходили в приемный покой больницы. Вокруг сидели пациенты, бегали врачи и медсестры. Питер заметно побледнел и, как видела Ягодка, на этот раз не притворялся.
— Вы не могли бы нам помочь? — обратилась Ягодка к девушке в белом халате.
Девушка внимательно посмотрела на Питера и показала на кабинет, из которого как раз выходил пациент.
— Пойдемте, — сказала девушка.
Но Питер внезапно осел, и Ягодка с девушкой едва успели схватить его под руки.
Полчаса Ягодка мерила шагами приемный покой и ругала себя за то, что пошла в клуб, а Питера — за то, что ввязался в драку и отказался ехать к врачу. Досталось и Спайку, который не смог пойти с ней, и бармену, давшему Питеру лед и полотенце вместо того, чтобы тащить его в больницу.
Когда из кабинета вышла девушка и хирург, белобрысый парень с вытянутым как у лошади лицом, Ягодка приготовилась к худшему.
— Что с ним?
Девушка улыбнулась.
— Не волнуйтесь. Нос не сломан. Мы промыли раны и наложили швы.
— А обморок?
Тут улыбнулся хирург.
— Здесь тоже ничего страшного. — Он показал на кабинет. — Посидите с ним. Пусть полежит минут десять, а потом можете уходить.
— Но разве обморок не показатель чего-то серьезного? У него может быть сотрясение.