Яга - не баба

Валентеева Ольга

– Попробуй, только и есть у тебя, что клюв да перья, - ощетинился кот.

– На себя посмотр-ри, чудовище лохматое.

Кот вдруг стал вдвое больше в размерах, зашипел, выпустил когти.

– Не смей! – крикнул я. – Не допущу в избушке драки. А не угомонитесь, оба будете в лесу жить, потому что внутрь вас не пущу.

Вдруг всё вокруг пришло в движение. Избушка пошатнулась, помялась с ноги на ногу, а я едва успел вцепиться в стол прежде, чем тарелки полетели на пол и разбились, а кусочки окорока подхватил ворон и вылетел в распахнувшуюся дверь.

–

Чего это она? – крикнул коту.

– Силу твою чует. Ты нервничаешь, и изба от тебя не отстает. Улавливаешь?

Я-то уловил, вот только как избу остановить? Вдохнул глубже, досчитал до десяти. Пол и потолок выровнялись, посуда перестала летать по дому.

– Ловишь на лету, - мурлыкнул Васька. – Теперь надо тарелочки восстановить, иначе посуды не напасешься.

Он провел над ними хвостом, и черепки соединились в целые тарелки. Ничего себе! Я только присвистнул, а кот, красуясь, прошел мимо и тоже выпрыгнул из избы. Кажется, на сегодня с меня хватит впечатлений. Я забрался на лежанку, взял первую попавшуюся книгу и начал читать. История была дрянная, девчоночья, но зато сразу начал клевать носом и уснул раньше, чем снаружи смерклось.

А проснулся от голосов в соседней комнате. За окном было темным-темно, так, что глаз выколи. В комнате тоже было ни зги не видать, а в кухне разговаривали двое.

– Зря ты так, Русик, - тихо мурлыкал Васька. – Этот мальчик – единственный, кто сможет границу удержать. Ты ведь понимаешь, что будет, если все без внимания оставить? Погибнем!

– Не нр-равится он мне, - упорствовал ворон. – Непр-равильный он какой-то. Где же видано, чтобы Баба Яга мужчиной была?

– Другой все равно нет. Уйдет он, и что тогда?

– Куда он уйдет, Васька? Он даже путь не откр-роет.

– А вдруг откроет? Думай головой, Русик. Думай.

– Я не стану ему помогать.

Вот вредная птица! А ведь я даже пожалел беднягу. Ведь тем еще даром его наградили, а он на меня зуб точит.

– А я стану, - протяжно ответил кот. – Глядишь, дотянем до возвращения Яги.

– Думаешь, жива она? – хмуро спросил Руслав.

– Верю, что да. Иначе здесь бы все давно рассыпалось. А над моими словами ты подумай.

И разговор стих, а я еще долго лежал без сна, таращился в темноту. Похоже, легко не будет. Наконец, удалось уснуть. Снилась репка, которую тащила огромная семья. Вот я и чувствовал себя такой же репкой, которую тащат в разные стороны, а чего на самом деле хотят, неизвестно.

Утром не сразу понял, где нахожусь. Увы, сон быстро улетучился, а реальность осталась. Умыться бы…

– Васька, а где тут воду брать? – крикнул, спустив ноги с лежанки.

Кошачья морда заглянула в дверь.

– Ручей неподалеку, - сообщил он. – Яга всегда там воду набирала. Только смотри, Веник, умывайся только живой водой.

– А там и мертвая есть? – уточнил я.

– Есть. Большего сказать не могу, сам увидишь.

Я подхватил коромысло – неплохо бы не только вымыться, но и чайку попить – и зашагал в указанном котом направлении. Действительно,

вскоре впереди послышался шум ручья. Я вышел на солнечную полянку и увидел, как из-под камня вытекают две речушки. Одна так и искрила, от неё пахло свежестью, а от второй несло тухлыми яйцами. Что ж, понятно, где здесь мертвая вода. И почему Васька решил, что я решу ею умыться?

Уже собирался зачерпнуть ведром воды, когда увидел, как птица упала в чистую воду. Она вдруг почернела, скукожилась, а я отпрянул назад, нога поехала на камешке, и приземлился я прямиком в ручей с тухлой водой. Глянул перед собой – а ручейки-то поменялись местами! Теперь моя одежда мокла от живой воды, а передо мной была мертвая. Я напился, умылся и набрал ведра. Показалось, или на ветке мелькнул черный хвост? Не иначе, как Васька подсказал. Надо дать коту еще кусок окорока.

Глава 3-2

Правда, стоило вернуться в избу, как возник другой вопрос. Никогда в жизни мне не приходилось разжигать печь! Эх, ладно, пока обойдусь без теплой воды, а вечером что-нибудь придумаю. А пока что… Чем бы заняться?

– Вась, а, Вась. И все-таки, где бабуля хранила деньги? – спросил кота. – Подскажи, и я куплю тебе что-нибудь вкусное, например…

– Кусок свинины, свежей, - подсказал кот, пользуясь тем, что Руслав куда-то улетел.

– Ага, именно.

– Мр-р-р, ну ладно. Идем.

Мы прошли в спальню, и Васька указал лапой на одну из половиц.

– Тут.

И правда, половица шаталась. Я с легкостью вынул её, достал мешочек с монетами, взял пять штук – как раз увижу, много это или мало, и на что хватит, а еще нашел фотокарточку. На ней была красивая русоволосая девушка с яркими голубыми глазами. Она улыбалась, а в руках держала букет ромашек.

– Мамка твоя? – спросил Васька.

– Не знаю, оказывается, я её никогда не видел.

– И я свою тоже, - вздохнул кот совсем по-человечески. – Нас, баюнов, сразу колдун забирает и сам выкармливает.

Я погладил усатого, мы посидели пару минут, думая каждый о своем.

– Эх, ладно, пора идти в город, - поднялся я. – Присмотри за избушкой. Я тебе больше доверяю, чем ворону.

Кот раздулся от гордости, а я зашагал по тропинке, уходящей от избы через лес. Деревья будто расступались на пути, несмотря на то, что вокруг был дремучий лес. По веткам скакали белки. Одна изловчилась и швырнула в меня шишкой, а я погрозил ей пальцем. И все-таки хорошо здесь, тихо, спокойно. До Мятича – три часа пути. Никто не потревожит.

Стоило подумать, как дорогу преградила чья-то тень. Я поднял глаза и охнул, а старичок в видавшем виды кожухе отпрыгнул от меня и превратился в пень. Леший! Старый приятель моей бабули.

– Дедуля, - постучал я по пню, - не бойтесь, я Веник, внук Бабы Яги.

– Чаво? – Леший громко икнул, возвращая свой истинный облик. В его длинной бороде запутались травинки и расцвел одинокий василек.

– Веник, говорю. Венислав Игоревич, внук Бабы Яги. Временно исполняю её обязанности, так сказать.