Ядовитые цветы

Берсенева Анна

– Ты на глазах расцветаешь, Лизушка, – заметил как-то Николай. – Надо же, а ведь приехала, казалось – красавица, куда уж больше!

Лиза действительно похорошела – даже сама замечала, глядя в зеркало. Нельзя было сказать, что она похудела, но ее лицо перестало быть по-детски округлым, сохранив, однако, свои мягкие очертания. Походка стала такой легкой и стремительной, словно Лиза почувствовала простор московских улиц и двигалась теперь в их ритме. И тот живой, пленительный огонек в ее зеленых глазах, который так нравился Виктору, горел теперь в них постоянно – точно каждое мгновение жизни вызывало у нее необъяснимую радость.

На

нее оглядывались мужчины, несмотря на то что она почти всегда была с детьми. Темпераментные кавказцы – те просто останавливали свои машины рядом с нею и, восхищенно цокая языком, расточали комплименты, приглашая поехать с ними:

– Детей твоих пока посмотрят, слушай, какие проблемы! Мы приличные люди, тебя не обидим, очень хорошо время проведем, да?

Лизу ужасно забавлял откровенный к ней интерес. Вообще-то так было и прежде, и в Новополоцке; нельзя сказать, что восхищение было для нее в новинку. Но сейчас что-то изменилось, и, чувствуя это, она не понимала, что именно. Изменилась она сама, это было бесспорно. Впервые в жизни она чувствовала себя уверенно. Хотя, казалось бы, в чем могла состоять эта уверенность, на чем основываться? Внешне ничего не изменилось в ее жизни, не появилось ничего определенного, а уверенность в себе пришла и переменила Лизу почти неузнаваемо.

Николай подарил ей несколько изящных и модных вещей – красивую длинную юбку, золотистую полупрозрачную блузку, бронзовые туфли-лодочки – и Лиза с удовольствием вертелась в этих обновках перед зеркалом, представляя, как красиво они смотрелись бы в соответствующей обстановке. Втайне она понимала, что «соответствующей» может быть только встреча с Виктором, но не знала, как вести себя с ним, если такая встреча состоится…

Когда он все-таки позвонил, Лиза растерялась. Она стояла, держа трубку в руках и слыша, как звучит ее имя:

– Лиза? Лиза, что же вы молчите? Вы не слышите? Черт, а я в машине, не могу переменить аппарат!

– Я слышу, – произнесла она наконец.

– Вот и отлично! Тогда, значит, мы можем встретиться и поговорить?

Чувствовалось, что Виктор рад слышать ее голос, будто они болтали не позже, чем вчера.

Сейчас было самое время сказать, что им лучше не встречаться, и Лиза уже собиралась произнести эту фразу. Но в последнее мгновение она вдруг подумала: а правда ли это? Так ли уж она уверена, что не хочет его видеть? А если не уверена, зачем притворяться?

– Где же мы встретимся? – спросила она.

– Где вам угодно, – немедленно ответил Виктор. – Если хотите, поедем куда-нибудь пообедать.

– Я только что пообедала, – отказалась Лиза.

– Тогда выпьем послеобеденный кофе. Там, например, где вам так понравился саксофон, или еще где-нибудь – мест хватает. Знаете что? Вы спускайтесь вниз, а я буду у вас через полчаса, тогда и решим вместе. Хорошо?

Это «хорошо?» он произносил так обезоруживающе, как будто и вправду советовался с нею, как будто не он исчезал бог знает на сколько, а потом командовал, когда ей выйти к нему!

День был субботний, и Николай отлично слышал Лизин разговор: он как раз играл с дочкой в соседней комнате. Тут же подскочил и Андрюшка:

– Это кто тебе звонил? Кавалер? Ты, Лиза, с ними поосторожнее, сейчас мужчины знаешь какие?

– Ты у нас много знаешь, – улыбнулась Лиза. – Я такая осторожная, просто ужас, можешь не волноваться!

Николай не

стал ни о чем ее расспрашивать. Что в этом толку? Все равно, чему быть, того не миновать. Ведь он даже не знает этого Лизиного миллионера, почему же должен что-то запрещать ей? Да и с трудом верится, что сестра послушается…

– Коля, ничего, что я тебя не предупредила? – спросила она, подлизываясь к брату. – Но ведь я сама не знала…

– Да, интересная у него манера! – все-таки не удержался Николай. – Ты, я смотрю, никогда заранее не знаешь, когда он вообще появится.

– Мне и самой это не нравится, Коля, но я просто не знаю, как ему об этом сказать, как объяснить, – смутилась Лиза. – Он все делает так естественно, как будто и не понимает, что это меня обижает…

– А это вообще их стиль. Они ведь привыкли быть хозяевами, – объяснил Николай. – И это сидит очень глубоко, притом совсем не важно, хороший он человек или плохой. Просто не умеет по-другому и действительно этого не замечает. Тут уж ты сама должна решить, можешь ли ты с этим согласиться…

– Не знаю… – Лиза казалась задумчивой. – Ты вроде бы прав, но мне почему-то кажется, что у него дело в другом… Он вообще такой – понимаешь, вообще такой человек, а не потому, что богатый. Он странный человек, Коля, мне трудно его понять. Иногда кажется, что я так хорошо его понимаю, а потом – как будто и не было ничего. Не знаю!

Виктор выглядел, как всегда, прекрасно. День был довольно жаркий, и на нем была ярко-красная тенниска с маленькими черными пуговками и черные джинсы.

– Хороша и в холод, и в жару, – встретил ее Виктор. – Вы, Лизонька, живете в собственном микроклимате!

Лиза понимала, что это совсем нехитрый комплимент, но сказан он был таким располагающим тоном и так естественно, что она улыбнулась.

– Сегодня мы едем… – Виктор вопросительно посмотрел на нее.

– А вы не хотите просто прогуляться там, возле обрыва? – спросила Лиза. – Мне что-то не хочется в ресторан.

– Можно ведь и не в ресторан, – возразил Виктор. – В Москве есть и другие приятные места, которых вы не видели. Жалко терять время на прогулки возле обрыва. Но, – тут же согласился он, – ваше желание – закон.

Лизе тоже не очень хотелось гулять возле дома, как маленькой, но она до сих пор колебалась. Может быть, лучше все-таки сказать Виктору, что ей не все приятно в его поведении? Было бы неудобно говорить об этом, сидя с ним за ресторанным столиком…

Он подошел к машине, что-то сказал шоферу и охраннику и вернулся к Лизе.

– А почему вы сказали, что почти мой сосед? – спросила Лиза, когда они уселись на скамеечку у обрыва; теперь эта скамеечка терялась в густой зелени.

– А я купил здесь квартиру – на всякий случай, сыну понадобится, когда будет приезжать в Москву. В тот приятный день, когда мы с вами познакомились, я приезжал посмотреть ремонт. Заодно и Джоя захватил, чтобы он не скучал без меня. А вообще-то я здесь не живу, хотя Крылатское – отличный район, даром что от центра далековато. Я в центре живу, по старинке, – добавил Виктор. – Многим не нравится – экология, говорят. А я привык, родился ведь там. Улица Станиславского, знаете? Теперь опять Леонтьевский переулок. Вообще, по-моему, человек должен жить там, где требует его душа, вы согласны? А для экологии существует загородный дом. Джой, например, живет там постоянно.