Ядовитая субстанция
Шрифт:
Они притормозили лишь у дверей белых покоев. Гаретагус попытался собраться с мыслями, но не смог. Одним взмахом руки отворил дверь. Ядовитая эктоплазма тут же влетела внутрь и принялась отчаянно пищать, ища хозяйку. Гар вошел следом.
В покоях было три комнаты: гостиная, спальня и сад. В гостиной и спальне ведьмочки не было. Вздохнув, он заглянул в светлую комнату, где росло множество растений. Там на диване в обнимку с одной из лиан и сидела девушка. Она гладила растение и что-то шептала ему, не обращая внимания на вошедшего
— Лалаки. — Негромко позвал он, отмечая, что она переоделась и вымылась.
Юная разработчица вздрогнула, выпустила лиану из рук и попыталась вскочить, но ноги запутались в растении, и она приземлилась обратно на диван.
— Что-то случилось? — Обеспокоенно спросила она, выбираясь из пут.
— Да… то есть, нет…. Да. — Наконец сатак определился. — Мне нужно вам кое-что сказать. Я могу обращаться к вам по имени и на «ты»?
Лалаки испуганно кивнула и покосилась куда-то в сторону. Гар посмотрел туда же и увидел поднос с едой.
— Ты не поела? — Он нахмурился.
— Я ужинала. — Попыталась оправдаться она. — Здесь слишком много. — Она снова покосилась на поднос.
Мужчина несогласно фыркнул. Съедено было полкусочка запеченной рыбы. И все. Но настаивать было рано. Он не имел на нее полных прав. Хотя по закону его рода, женщина считалась принадлежащей сатаку сразу же после реакции метки. И этот закон не оспаривал никакой другой. Однако в текущей ситуации ей нужно было объяснить, что происходит. Тем более теперь ее чистый запах, не смешанный с отходами от разработок, наполнял его легкие и заставлял действовать.
— Что ты знаешь о сатаках? — Вдруг спросил он, все так же стоя возле дивана и нависая над ней.
Лалаки сглотнула.
— Вы очень сильные. В десять раз сильнее оборотня и в двадцать человека. — Припомнила она и отчего-то вжалась в спинку.
Гар вздохнул и сел на краешек дивана, чтобы не давить на нее ростом.
— Это все? — Тихо спросил он.
Испуг ведьмы ему совсем не понравился.
— Ну…, вас совсем мало. И вы живете очень закрыто. Вы хотите, чтобы я для вашего народа что-то разработала? — Она вскинула голову так быстро, что рваные фиолетовые пряди упали на ее щеки.
Он покачал головой.
— Нет. Но я должен тебе кое-что рассказать. О сатаках и о себе. — Гар немного нервно растрепал свою белоснежную шевелюру. — Ты же понимаешь, что я отношусь к высшим сатакам? — Лал кивнула. Этого только слепой бы не заметил. — Дело в том, что у нашей расы высокое положение определяется не только разноцветными глазами. Мы все сыны древнего королевского рода, управлявшего планетой.
— Но это невозможно. — Лалаки сильно удивилась. — Сыны королевского рода должны были умереть от старости пять поколений назад.
Он покачал головой.
— Дело в том, что высшие сатаки бессмертны. — Он склонил голову набок.
— Что? — У нее лицо вытянулось. — Это невозможно.
Гар хитро улыбнулся.
— Возможно.
— Может быть, стоит их оставить в тайне. — Тихо спросила ведьма, боясь непредвиденных последствий.
Он хмыкнул.
— Не для тебя. Кое-что из жизни нашей расы касается и тебя.
— Но я всего лишь человек! — Она возмутилась. — И ведьма немного. Но больше во мне нет ничьей крови.
— Я знаю. — Успокоил ее мужчина. — Но тебе нужно узнать информацию, которая повлияет на твою дальнейшую жизнь. — Лалаки беспокойно поерзала, но кивнула. — Наша раса немногочислена по той простой причине, что рождается очень мало детей. И они могут появиться у сатаков лишь в браке с подходящей женщиной. Парой, которая во всем мире подходит лишь одному конкретному представителю моего рода и именно она разделит его вечность. На нее реагирует брачная вязь, которая взывает к сатаку. Женщина в этом случае обречена… на счастье с высшим.
Девушка нахмурилась.
— Зачем вы мне это рассказываете? — Подозрительно спросила она.
— Моя метка… вязь среагировала на тебя. — Ответил Гар.
Лалаки замерла. Что? Ей показалось, что она ослышалась. То, что сейчас рассказал руководитель компании, изначально не было похоже на правду, а сейчас и подавно.
— Нет. Такого быть не может. — Она быстро помотала головой, отчего фиолетовые пряди вновь упали на лицо.
Гаретагус вздохнул, и закатал рукав рубашки.
— Вот. — Подсунул ей под нос запястье.
Девушка уставилась на затейливые линии, как на нечто крайне непонятное.
— Что это? — Наконец, спросила она.
— Брачная вязь, которая среагировала на тебя. — Хмуро ответил он.
Ведьмочка уже снова хотела помотать головой, когда замерла. Она вдруг поняла, что сатак не врет. Ее нестабильный дар почему-то выбрал именно этот момент, чтобы начать распознавать ложь. Интересно, как это связано с тем, что лиана, которая находилась сейчас рядом с ней, зацвела буйным цветом. Лилиями.
— И что теперь делать? Это можно как-то убрать? — Забеспокоилась она.
Гар хмыкнул.
— Нет. Это навсегда. — Он осмелился подвинуться к ней и взять за руку. — Лалаки, тебе придется уехать со мной.
Ведьма подняла на него неверящий взгляд.
— Зачем я вам? Ведь любая….
— Ты — не любая. — Жестко отрезал он. — Ты — единственная. Больше для меня никого нет, и не будет.
Она помолчала немного, разглядывая его лицо. Ей впервые хватило смелости сделать это по-хорошему.