Ядерный удар
Шрифт:
Малибу собрал волю в кулак. Отделился от противника и нанёс- таки серию Годзилле. Тот привычно описал круг врезал опять с ходу, никакие блоки долговцу уже не помогали, он тоже повторил действия бандоса и они опять упёрлись лбами. Теперь стоило ожидать последнего удара, но сдаваться из них ни кто не собирался. Ещё два раза они повторили свои попытки, но пока не добились результата. Смотреть на них без жалости было уже нельзя.
Расцепившись Малибу размахнулся уже тоже по деревенски решил поставить точку в этом бою, но и Годзилла в этот раз решил ударить на опережение. Врезали оби друг другу
Встали они одновременно и сцепились в захвате, обнявшись снова повалились на пол Арены. Немного помутузились лёжа и без сил раскатились. Оба поднялись на четвереньки и начали блевать. Хорошие сотрясения мозга они друг другу обеспечили, теперь будут башками маяться с недельку. Бой можно было считать оконченным.
– А у нас ннничья!!!- объявил мегафон.- Годзилла получает свободу!!! Малибу отбыл наказание!!!
– Ну что пошли в бар? Продолжим?- Сказал, вставая Шеф.
– Деньги остаются без изменений. Ни кто не выиграл и не проиграл. Победила дружба.- Провозгласил опять мегафон.
– Он, что там заболел наголову. Какая дружба между бандосом и долговцем. Организатор, вообще нюх потерял.- Проговорил долговец, проходя мимо нас.
Остальные тоже уже поднялись и мы пошатываясь пошли в «!00 рентген», продолжать прерванный матчем вечер.
В баре все обсуждали прошедший бой, и практически каждый рассказывал, как он бы точно победил в этом бою, сначала бандоса, а затем и долговца. Вполне возможно, среди сталкеров было много хороших бойцов рукопашного боя, многие из них не развлечения ради, стали первоклассными бойцами, а жизнь заставляла.
Мы прошли за свой столик и налили по полстакана.
– Ну, за Арену.- Поднял свой стакан Крюк.
Все чокнулись и осушили до дна свою тару…
Глава 19
–
– Доброе. Твоими молитвами. Да и разве утро может быть добрым, особенно здесь?
– Ты, наверное, прав.
– Чем займёмся? Ехать надеюсь, сегодня ни куда не придётся? А то надоело мотаться туда- сюда, как челнок в Турцию.
– Пока нет. Принесли отчёты за вчера. Ты как с «Долгом» договаривался? Они устроили вчера бой без правил, прямо в Зоне с нашими подопечными. И надо посмотреть, как продвигается основная группа? Успеют они по графику или нет?
– С Ворониным я договаривался. Сегодня узнаю, в чём там дело. – Гот взял со стола папку.- Вторая группа не позднее завтрашнего обеда будет на Армейских складах. Идут спокойно, весь состав в порядке. Все трое. Но они опаздывают на сутки, и я попрошу долговцев задержать первую, с этим проблем не должно быть.
– Это хорошо, здесь без проблем и то на улице праздник.
– Монолитовцы, охраняющие кабельные каналы, жалуются на участившиеся нападения мутантов. Что ты думаешь об этом?
– Намекаешь, что кто- то из О-Сознания начал воду мутить? Опоздали они со своим давлением. Этого следовало ожидать, давай удвоим посты. Проблему этим не решим, хотя бы дольше будут держаться, а время играет за нас. Технику пока трогать не буду, оставим в резерве.
– Удваивай. Самое главное. Ночью привезли полковника из враждующего лагеря. Пойдём, пообщаемся. Он вроде в приемлемом состоянии.
– А где поймали?
– Недалеко от бункера, говорит, что от отряда отбился, на него мутанты напали, и он все патроны расстрелял. Так что взяли без шума и пыли. Мне кажется он с разведкой здесь был. Может нападение готовят, на бункер.
– Интересно. Надо его допросить по полной программе. Полковник всё-таки, он должен много знать, попробуем сначала мирно.
- Тогда пошли. Его определили этажом ниже нашего.
– Пошли.
– Продеться разбудить парня.
– Что это вдруг, мы такие сентиментальные вдруг стали.
Они вышли из кабинета, и пошли по коридору к лестничному пролёту, ведущему на нужный уровень, где находилась камера для заключённых или для своих провинившихся сотрудников. Возле железной двери, за которой содержался пленный, стоял на страже часовой.
– Как пленный переночевал?
– Спокойно!
- Нарекания есть?- спросил его Геббельс.
– Никак нет.- Отчеканил он, потом решил добавить.
– Нормально вроде. Сначала подолбился в двери, минут десять, потом успокоился, поужинал, не отказался, потом до утра спал, видимо.
– Чистая совесть - крепкий сон, Армия не изменится ни когда. Откройте, поговорим с нашим заключённым.
– Один момент.
Часовой развернулся и набрал цифровой код. Дверь распахнулась, открывая перед глазами пришедших, спартанское убранство камеры. Из мебели в внутри находилась кровать и небольшой столик. В правом ближнем углу комнаты расположилась раковина и рядом с ней унитаз. Правда, в стену был вмонтирован телевизор, под бронебойным стеклом, включали его только вечером, показывали один фильм и выключали.