Яд
Шрифт:
— Увы, профессор Левдал ошибается. Я думаю иначе. И даже в скором времени собираюсь покинуть ваш город.
— Вы хотите уехать от нас? Куда?
— Обратно. В Англию.
— Значит, вы отказываетесь от вашей идеи построить здесь фабрику?
— Да, из этого сейчас ничего не выйдет.
Тут фру Венке воскликнула:
— Но позвольте, как же так! Я только что нашла человека, с которым могу поговорить, — и вдруг он уезжает! Нет, нет, это решительно никуда не годится! Расскажите мне хотя бы, почему вы отказываетесь
— Это еще не самое худшее, фру Венке.
— Быть может, наши крупные фирмы держатся в стороне от вашего дела?
— Берите выше.
— Выше? Я, право, не понимаю вас.
— Фру Венке, могу ли я доверительно поведать вам, кто посадил на мель мою фабрику?
— Ну конечно же! Вы можете говорить со мной совсем откровенно.
— Ваш супруг…
— Кто? Мой муж? Карстен? Этот эфор?.. Но ведь он так горячо интересуется вами.
— Да, профессор в высшей степени любезен со мной, однако…
— Однако?..
— Однако он не хочет подписываться на мои акции.
— Вот как? Но это удивительно! Карстен, как мне известно, деловой, практичный человек. Послушайте, Мордтман, скажите мне откровенно, так сказать, между нами… верите ли вы сами в ваше предприятие?
Мордтман ответил, порывшись в кармане:
— Вот посмотрите, фру Венке, наш проспект.
— О нет, избавьте меня от этого! Вы просто ответьте мне: вы сами верите?
Мордтман снова заговорил серьезным и деловым тоном:
— Вот взгляните, фру Венке, тут у нас опубликованы анализы.
— Да оставьте вы меня в покое с вашими отвратительными анализами! — засмеялась фру Венке.
Однако Мордтман и после этого продолжал говорить деловым тоном, пытаясь ознакомить свою собеседницу с подробной сметой будущего предприятия. Это позабавило фру Венке. Ее, впрочем, позабавили и те рассказы, в которых Мордтман с живостью воспроизвел свои беседы с местными бюргерами.
Засим Микал Мордтман поднялся и попрощался с хозяйкой.
Но когда он ушел, фру Венке не без досады задумалась. В самом деле, было бы огорчительно, если б Мордтман уехал. Надо будет порасспросить Карстена, почему он не желает взять хотя бы несколько акций, раз из-за него задерживается все начинание.
За обедом фру Венке спросила мужа об этом. И профессор тотчас ответил, что он принципиально не вкладывает деньги в местные предприятия.
— Но ведь это же коммерчески выгодное предприятие! — воскликнула фру Венке.
— Да, может случиться, что дело будет выгодным.
— Ответь, Карстен: ты сам веришь в эту фабрику?
— Откровенно сказать — нет. Впрочем, возможно, что я плохо разбираюсь во всех этих вопросах практической химии. Однако остальные наши дельцы и вовсе в этом не разбираются. Обычно из таких предприятий ничего путного не получается.
— Да,
— Может быть, да, а может быть, и нет. Во всяком случае, фирма его отца не очень-то уважаемая фирма. А что касается английского дома, о котором говорится в проспекте, то сей английский дом, сколько мне известно, не состоит пайщиком будущего предприятия.
— Но ведь в Англии Мордтман сам управлял крупным предприятием, которое давало прибыль…
— Ты что, Венке, недавно беседовала с Микалом Мордтманом?
— Да, сегодня утром он был у меня с визитом. И он рассказал мне о своих затруднениях. Наши местные торгаши не хотят подписываться на акции, прежде чем не подпишешься ты!
Профессор Левдал, усмехнувшись, сказал:
— A-а, теперь мне понятен твой разговор. Господин Мордтман весьма ловко рассчитал свои шаги.
— Фу, Карстен, — произнесла фру Венке, — не все же люди так расчетливы, как ты сам. Мордтман говорил со мной простодушно. Ему и в голову не пришло просить меня, чтоб я вмешалась в его дела. Да я и сама тогда совсем об этом не думала.
Профессор снова усмехнулся:
— Ну, этот Мордтман — истинный…
— Ты хочешь сказать: «истинный бергенец»? — не без горечи спросила фру Венке.
— Да, я хотел сказать что-нибудь вроде этого, — ответил муж. — А впрочем, Венке, если ты хочешь принять участие в предприятиях Мордтмана, то, ради бога, — я возьму столько акций, сколько ты пожелаешь. Ведь, в сущности, деньги твои.
— Карстен! Ты отлично знаешь, что я не занимаюсь денежными делами. И уж во всяком случае я не желаю, чтобы ты ради меня покупал какие-нибудь акции!
Такого рода разговоры нередко приводили фру Венке в раздражение, и это обычно заставляло мужа быть мягким, сдержанным. Поэтому он добродушным тоном сказал:
— А по-моему, дорогая Венке, ты должна иметь хотя бы несколько акций Мордтмана. Во-первых, тебе хочется их иметь, а во-вторых, мы этим удержим дорогого гостя в нашем городе.
Абрахам сидел за столом и украдкой посматривал на родителей. Он ничего не понял из их разговора, но вместе с тем ясно увидел то, что нередко видел и прежде, — мать сердится и раздражена, а отец приветлив и даже благодушен.
После обеда Абрахаму предстояло обычное занятие — готовить уроки с маленьким Мариусом. Однако охоты к этому у Абрахама не было. Стояли первые дни мая, и школьникам надлежало тщательно проштудировать все предметы для того, чтобы подготовиться к ужасным экзаменам, которые решали судьбу маленького Мариуса.
Тот и в самом деле усердно сидел над книгами, но Абрахам с каждым днем терял это усердие. Быть может, потому, что теперь все ярче и ярче светило солнце, в небе не было ни облачка, а на кустах крыжовника уже появилась молодая зелень.