Яд из бездны

Грегор Павел

– Откровенно говоря вакцина нужна только мне!
– произнесла женщина.
– А моим спонсорам нужно другое, совершенно другое!

– Что-то я не понимаю!
– Некрасов подцепил вилкой последнюю макаронину и отправил её в рот.
– Тогда зачем вся эта возня? Может проще сложить ручки, открыть ворота и запустить сюда фагов? Так по крайней мере всё быстрее закончится!

– Наверное это было бы проще, но не для меня!

Мейер взяла в руку бутылку и аккуратно налила в бокал Некрасова. Себе не стала. Поставила бутылку на место, снова внимательно посмотрела на бывшего майора.

– В конце войны доктора Хофмана

стала одолевать параноидальная мысль — он фанатично верил, что близок к прорывному открытию способному не только оживлять мертвецов, но и продлевать жизнь живым. В руки американцев попал отчёт об эксперименте, в котором немец описывал побочный эффект от вируса зомби. Подопытным крысам была введена в кровь какая-то сыворотка на его основе: она ускоряла заживление ран, и якобы увеличивала продолжительность их жизни. Там же была сноска, где указывалось на положительный результат с человеком, и на этом всё. Отчёт выкрал секретарь Хофмана, возможно этим и обеспечил себе безопасность, когда попал в плен. Его сразу же отправили в штаты.

– Значит, твоим спонсорам, этим толстопузым циничным богачам нужен эликсир жизни, который придумал чокнутый нацист?
– смакуя коньяк, подытожил Некрасов.
– И они собираются жить вечно и делить землю с ходячими мертвецами? А как же вымирающее человечество?

– Ты ещё не сообразил? Пять лет назад мы вскрыли лабораторию, именно для того чтобы найти этот чёртов препарат. Судьба человечества их интересовала меньше всего.

– Если ты всё понимала, зачем тогда помогала им?

– Я учёный! Но даже если бы я и отказалась, то они просто нашли бы другого специалиста.

– Ну конечно! Этот аргумент оправдывает всё!..

– А может и в самом деле этот аргумент оправдывает всё, и именно мне суждено всё исправить?

Некрасов перестал улыбаться и задумчиво пожал плечами.

– Но миллионы людей уже не вернуть. Никакими вакцинами и препаратами.

Он выпил свой коньяк и потянулся за бутылкой. Но Мейер предусмотрительно отодвинула её на край столика.

– Шесть лет назад американцы решили вскрыть лабораторию Хофмана в Баварии. Располагалась она в лесу, подальше от людских глаз. В конце войны, чтобы скрыть результаты экспериментов, немцы попытались её взорвать, но только повредили часть туннелей, тогда они залили входы бетоном и сбежали. Американцы знали про этот объект и до поры до времени сохраняли в неприкосновенности. Незримо контролировали территорию, и если возникали какие-то непредвиденные ситуации принимали меры. Например: устраняли чрезмерно любопытных, чтобы не лезли в провалы и отдушины. Ждали когда появятся новые технологии, способные обеспечить гарантированный результат. Наконец кому-то из инвесторов ждать надоело и лабораторию расконсервировали. В Баварском лесу располагался филиал Хофмана, своего рода выставочная площадка, на которой он демонстрировал свои достижения нацистским кураторам. Туда возили высокопоставленных бонз и показывали на что способны «твари» Дункельхайта. Это производило впечатление, и деньги на дальнейшие эксперименты текли рекой. А вот на Призраке у Вальтера было логово, где он чувствовал себя полновластным хозяином и мог делать что заблагорассудится. Но так или иначе американцы вскрыли лабораторию и выгребли из её подвалов всё что можно. Найденное вывезли в штаты, а спустя полгода в СМИ просочились сведения о странной болезни, которую медики обнаружили у нескольких жителей

небольшого флоридского городка. Посёлок изолировали, болезнь «купировали», горлопанов, что пытались добиться ясности заткнули.

– В общем они повторили эксперимент Хофмана и оживили мертвеца!
– поглядывая на бутылку, усмехнулся Некрасов.
– А флоридский городишко стал эпицентром катастрофы. Верно!

– Катастрофа только надвигалась!
– Мейер убрала бутылку под стол и внимательно посмотрела на майора.
– Нас стали поторапливать, потому что в Баварской лаборатории никаких следов препарата дарующего бессмертие американцы не обнаружили. Мы отправились на Призрак, вскрыли двери, а что случилось дальше ты знаешь сам.

– Знаю как никто другой, - нахмурился Некрасов.
– Началась война, а следом зомби-апокалипсис со всеми вытекающими из этого последствиями.

Пару минут они сидели молча. Слушали беззаботную трескотню пожилой пары за соседним столиком, монотонную речь парня, который рассказывал своей девушке о личностных переживаниях, разговор трёх «аристократок» обсуждавших недостатки системы распределения.

– Пошли отсюда!
– вдруг сказала Мейер.
– Надо закончить разговор.

Она забрала бутылку, вышла из-за стола и направилась к выходу.

– А почему нельзя его закончить здесь?
– вдогонку бросил Некрасов.
– Мне здесь нравится!

Мейер не ответила, и Некрасову пришлось её догонять. Он выскочил на улицу и поплёлся следом. Александра медленно направилась в сторону купы деревьев, которые росли у самых стен. Там располагалась зона отдыха, с парковыми лавочками и цветочными кадками. По стене плелись лианы и дикий виноград. Журчал в небольшом бассейне фонтанчик.

– В чём дело?
– воскликнул Некрасов.
– Почему нельзя было остаться в обжорке?

– Потому что не хочу, чтобы нас слушали!
– бросила Мейер.
– А здесь слепая зона. Нет ни камер ни устройств для прослушивания.

– Всё так серьёзно?!

– Более чем! Чтобы не возникало опасных эксцессов людей нужно контролировать. Кому как не менеджерам-управленцам это понимать. Обитель — это огромная коммерческая компания, в которой главенствует дисциплина и абсолютное подчинение.

Некрасов выбрал местечко с краю и уселся на скамейку. Посмотрел на Мейер, кивнул подтверждая, что готов слушать.

– Ситуация такова, что у меня могут отобрать лабораторию и статус.

– Вот так-так!
– удивлённо присвистнул Некрасов.
– Значит, кошке прищемили хвост дверцей холодильника?

– Они хотят назначить более компетентного по их мнению руководителя, который станет заниматься делом, а не поиском вакцины. Главная цель — «сыворотка жизни» Хофмана. Они не сомневаются, что этот препарат существует. Пусть даже в виде формулы, но существует. А раз так, необходимо наконец-то его достать и обеспечить им «лучших» людей в необходимом объёме.

– А ты им мешаешь, правильно?

– Правильно! Долгое время мне удавалось выбивать ресурсы на оба проекта. Разумеется, эти ресурсы я тратила на разработку собственной вакцины, а не на поиск сыворотки жизни. Собирала «коллекцию» Хофмана: документы, сосуды с головами — всё что связано с лабораторией на Призраке.

– Но они этого не оценили и решили, что тебя нужно подвинуть.

– Только я двигаться не собираюсь!

Мейер посмотрела на бывшего майора и протянула ему бутылку.