Яд из бездны
Шрифт:
– Ну и чертовщина! До дрожи в коленях пробирает, - морщась, проговорил Некрасов.
– Никогда про подобное не слышал.
– Ты многое не слышал, и многое не видел. В отличие от меня.
Веня бесшумно вышел на балкон и долго вертел головой пытаясь рассмотреть, что творится на улице. Не получив желаемого, он вернулся на своё место, уселся на стул и, сложив руки на животе посмотрел на собеседника.
– Ничего не видно, - пояснил он.
– Утром заберёмся на крышу и осмотрим окрестности внимательнее. Чувствую, здесь какой-то подвох.
Вопли бродячего мертвеца начали стихать. То ли он убрался прочь, то ли его уволокли другие каннибалы подальше от дома.
– Всё хотел спросить, -
– Как ты докатился до такой жизни? С военными не ушёл. Живёшь отшельником. Собираешь информацию и считаешь, что такая жизнь вполне нормальная.
– Путь к этому был не прост, - усмехнулся Веня.
– В начале я чуть не спятил. Когда началась свистопляска с пандемией, я забился в свою нору и затаился как крысы. Отсиживался недели три. Еле дышал, не жрал сутками. Боялся лишний раз пошевелится. В тот период мозг словно бы отключился. Большую часть времени я спал. Чтобы не слышать крики умирающих, стрельбу вояк и вопли каннибалов, натягивал наушники. Ну, те, что используют рабочие на шумных производствах. И вот однажды я проснулся, сдёрнул наушники и услышал тишину. Спасатели не кричали в мегафоны, не выли сирены гражданской обороны, перестали гудеть электровозы на вокзале, только изредка откуда-то издалека доносились звуки пулемётных очередей. Я выбрался на балкон и увидел, что знакомого мне квартала уже нет. Горели и чадили соседние дома, всюду брошенные автомобили и гнетущая пустота, иногда над крышами пролетали вертушки, но эти полёты, как правило, заканчивались ракетными обстрелами. К счастью в мой дом ни одна из таких ракет не попала.
– Ты оказался в центре закрытой зоны, - заметил Некрасов.
– А военные вертушки просто били по скоплению упырей. Кто-то решил, что таким образом можно обеспечить санитарные коридоры для беженцев.
– Но я здорово тогда натерпелся, - признался Зараза.
– Мне и без того досталось по полной. Стресс свалил с лихорадкой, трясло будто пропустили ток. Тогда-то я и подумал, что смерть пожалуй не так плоха. Если сдохну, то всё закончится. Ни страха, ни фатальной безысходности, ничего кроме пустоты...
Веня тихонько рассмеялся и демонстративно развёл руками.
– Не сдох. Сколько провалялся в беспамятстве не знаю. Помню, заставил себя подняться, чтобы принести с кухни воды, посмотрел в зеркало и увидел всклокоченного типа с бородищей, выпученными глазами, вымазанного невесть чем, и такая злость меня взяла, что разбил я это зеркало вдребезги. А потом вдруг, всё встало на свои места. Решил убрать у себя в берлоге, проветрить, вонища стояла будь здоров, наконец приготовить себе нормальную еду. Из убежища не выходил, внимательно слушал, наблюдал, стараясь делать это скрытно. Тогда-то и начал записывать свои наблюдения в тетради. Я отлично понимал, что скоро на улицах останутся только заражённые и мне придётся выживать в полном одиночестве. Так, собственно и случилось. Ни призывов о помощи, ни шума проезжающей мимо машины, ничего кроме едва различимого монотонного гула. Это потом я сообразил, что гул создаётся бессвязным бормотанием фагов, которые начали кучковаться и бездумно бродить по улицам.
– Ты сказал, что подготовился, но чтобы подготовиться нужно точно знать, что должно произойти, - сказал Некрасов.
– Ты ведь не провидец.
– Хороший вопрос, - усмехнулся Зараза.
– Я закончил физмат. «Математический расчёт катастроф» — такой была первая тема моей дипломной работы. Я вывел формула, которая позволяла на основе статистических выкладок произвести предсказание возможных катастрофических изменений в мире. Но мой куратор решил, что тема абсурдна и не актуальна. Свою задумку я разумеется не бросил. Когда работал в НИИ конструктором, параллельно производил вычисления по своей
Веня прикусил губу и задумчиво посмотрел на свои ботинки.
– Мне снились фаги. Жуткие безобразные твари, которые преследовали меня и мою жену с сыном...
Лицо Заразы сморщилось и побледнело, вероятно разговор непроизвольно зацепил больную тему, которой Веня старался избегать.
– Что стало с твоими родными?
– в лоб спросил Некрасов.
– Из-за моих кошмаров и этой проклятой формулы, я постоянно ругался с женой. Она решила, что я спятил. Наверное так отчасти и было, ведь я слишком навязчиво пытался убедить окружающих, что грядут страшные события. С безумным блеском в глазах, иногда силой я пытался убедить собеседника в своей правоте. Дело даже до драк доходило... Но никто мне не верил, даже родные. Однажды жена собрала вещи, подхватила сынишку и ушла к родителям.
– А ты!?
– Я разозлился на неё, подумал, что нам действительно следует пожить какое-то время раздельно и с ещё большим рвением принялся готовиться к катастрофе. Именно тогда в голову пришла мысль, что из квартиры, нужно сделать крепость. Начал скупать стройматериалы, продукты с большим сроком хранения, лекарства, в охотничьем магазине приобрёл пару арбалетов. Одну комнату переоборудовал в пищевой склад, если б ты знал чего мне стоило сохранить макароны от жучков. Даже электрогенератор купил, думал стану аккумуляторы заряжать. Кто ж знал, что движок так громко ревёт и в тишине мёртвого города его слышно даже на соседней улице. Включив его однажды, я понял, что если стану так светиться ко мне обязательно наведается рычащая компания изголодавшихся упырей.
– Не пытался выяснить, что стало с родными?
– Я думал, что успею перевезти их сюда до начала вспышки, но слишком поздно спохватился, - произнёс Веня.
– Каждый день об этом вспоминаю, и не могу простить себе нерасторопность.
Некоторое время они сидели молча.
– Не хочешь пойти со мной?
– спросил вдруг Некрасов.
– В том убежище, о котором я тебе говорил, концентрировалось большое количество беженцев. Пусть небольшой, но всё же есть шанс, что твои родные попали именно в него. К тому же туда свозились архивы, возможно составлялись списки вновь прибывших, а по ним можно определить...
– Свой шанс я уже упустил, - покачал головой Зараза.
– Да и не верится, что в тех условиях они смогли выжить. Слишком сложная перед ними стояла задача. Уж я то знаю — они просто к этому не были готовы.
Зараза встал со стула, и всхлипнув пару раз, торопливо ушёл в соседнюю комнату.
4
Прежде чем выйти на лестничную площадку, Зараза долго прислушивался. Потом он приоткрыл дверь и, удерживая её на цепочке, внимательно осмотрелся.
– Всегда проверяю, если нужно выйти на лестницу, - пояснил он.
– А это беру на всякий случай.
Веня кивнул на стоявший в углу дробовик.
– Подай, пожалуйста!
– Были прецеденты?
– поинтересовался Некрасов, протягивая ружьё.
– Конечно были, - Зараза снял цепочку и, распахнув дверь указал на багровые потёки.
– Это случилось в первый раз, когда в мою башку пришла идея произвести разведку. Прошло два месяца после катастрофы, у меня закончилась вода, вот я и решил немного пошарить в соседних квартирах. Открыл дверь и на меня тут же набросился здоровенный фаг. От вони чуть не вырвало. У него не было руки - плоть начала разлагаться, к тому же здоровяк сильно обгорел. Представляешь, что я испытал, когда увидел это рычащее и источающее смрад пугало у себя на пороге?