Яблоня греха
Шрифт:
Марциана решительно вмешалась в их разговор:
— Я хочу обсудить с вами, что нам делать дальше, юноша. Фрау Лили, конечно, извинит вас, если мы отойдем на несколько минут, чтобы поговорить.
Людвиг возмущенно нахмурился.
— Ваша светлость, пожалуйста, послушайтесь баронессу, — мягко обратилась к нему Лили. — Я хотела бы хоть на минуту закрыть глаза и немного отдохнуть.
— Ну, если вы так считаете…
— Идите, идите…
Людвиг нахмурился и с явным нежеланием последовал за Марцианой.
— А теперь, дорогой мой племянник,
— Вы не можете приказывать мне, — резко заявил юноша.
— Посмотри на меня, Людвиг, — как можно мягче произнесла Марциана, подавляя в себе желание прикоснуться к плечу юноши, как всегда поступала в разговорах с братьями, чтобы показать, что любит их. — Если ты не можешь посмотреть мне прямо в глаза, значит, ты не уверен, что поступаешь правильно.
Он немедленно взглянул на нее.
— Вы хотите сказать, что я дурак.
— Вовсе нет. Я всего лишь считаю, что ты поступил импульсивно. Но я также уверена, что у тебя достаточно ума, и ты должен понять, что брак между тобой и фрау Флеранс невозможен. Между прочим, она это понимает.
— Разумеется! Пока меня не было, вы угрожали ей всевозможными способами, и теперь она решила бросить меня… — он отвернулся, и Марциана поняла, что Людвиг борется со слезами.
— Людвиг, я и не думала угрожать ей. Лили сама решила, что не может выйти за тебя. Твое предложение показалось ей мечтой, от которой у нее немного закружилась голова, иначе она никогда бы не согласилась на это. А если ты будешь честным с самим собой, то сознаешься, что никогда не предложил бы ей этого, если бы не был так зол на своего дядю и не стремился освободиться из-под его контроля… Когда-нибудь тебе встретится нежная, трогательная, умная девушка, которая станет для тебя прекрасной принцессой. Тебе уже сейчас нужно сделать все, чтобы твоя будущая избранница не разочаровалась в тебе.
— Но дядя обращается со мной, как будто я младше Анны!
— Барону тоже еще многому нужно учиться, — напомнила ему Марциана. — Он стал опекуном совсем недавно. Но он очень старается, и тебе следует делать то же самое. Вам обоим нужно научиться быть терпимыми друг к другу.
— Он у-убьет м-меня з-за эт-то, — произнес Людвиг дрожащим голосом.
Марциана постаралась подавить в себе невольный страх при этих словах.
— Я не позволю это сделать. А если ты будешь умницей, то, возможно, он даже ничего не узнает об этом.
— Как это? Когда он вернется в замок, то сразу же узнает, что все уехали. Ему тут же объяснят причину.
— Возможно, мы вернемся раньше него. А если барон все же опередит нас, я придумаю, что сказать. Боже мой, они все идут сюда! — добавила она, увидев графиню Делич и барона Теодора в окружении крестьян.
— Наши слуги еще не прибыли, а гроза уже совсем рядом. Нам необходимо найти укрытие. Эти добрые люди предложили остановиться у них, — заявил дядюшка,
— Боже мой! — воскликнула девушка. — Неужели вы намерены остаться здесь?
— Не вижу в этом ничего плохого. Будет невежливо с нашей стороны не принять приглашение этих людей. Меня заверили, что в деревне есть отличный постоялый двор, где хозяин подает пиво, изготовленное по старинному рецепту своего прадеда. Я непременно хочу попробовать его, пока сюда не прибыли мои ребята. Тем более, что не могу оставить здесь аэростат. Дитрих оторвет голову не только своей сумасшедшей сестрице, но и мне, и все наши планы рухнут.
— Простите, дядюшка, но я не думаю, что есть необходимость оставаться нам всем. Я думаю, вы согласитесь со мной, что Людвигу необходимо срочно вернуться в замок. Да и мне тоже. Генрих будет очень недоволен, если и меня не окажется дома. Вы же помните, как он рассердился, когда я всего лишь опоздала на ужин из-за прогулки к башне?
— Но вы же оставили записку Генриху. Разве не так?
— Нет, — призналась Марциана. — Я этого не сделала.
— Черт возьми! А сейчас, вы, наверное, скажете, что хотите забрать мой экипаж?
— Да, это я и хочу сказать.
Барон немедленно пришел в страшное волнение при мысли, что его гнедыми станет управлять кто-то другой.
— Это вы во всем виноваты, — заявил он Каролине.
— В самом деле? — спокойно поинтересовалась она.
— Да, клянусь Аттилой! И вы еще пожалеете, женщина, что родились на белый свет!
— Очень хорошо, если вам этого хочется. Я понимаю, что вы хотите мне сказать, но сначала давайте перевезем фрау Лили в дом, чтобы она смогла отдохнуть. И я согласна, что Марциане совсем необязательно ждать, пока распогодится. Людвиг вполне сможет управлять лошадьми и позаботиться о своей тетушке.
— Неужели вы хотите предложить, чтобы мальчишка управлял лучшими лошадьми в округе? — возмущенно спросил барон.
— А почему бы и нет? Я убеждена, что он легко справится с ними. Не так ли, Людвиг?
— Конечно, — ответил мальчик, вздернув подбородок, но, взглянув на Марциану, добавил менее уверенно: — Но я не уверен, что при данных обстоятельствах это будет благоразумно.
— Чепуха, — заявила графиня.
— О да, — саркастически отозвался барон. — Генрих будет очень рад, когда увидит, что ты теперь управляешь моими лошадьми… Ладно, езжай. Я тебя благословляю.
— Благодарю вас, — прижала к груди руки Марциана. — Мы будем очень осторожны, уверяю вас. Если вы не против, мы выедем немедленно, пока не началась гроза.
— Езжайте, не волнуйтесь, — хитро улыбнулась Каролина. — А я сделаю все возможное, чтобы Теодор не придушил меня или не попытался соблазнить бедную фрау Лили.
— Каролина! Клянусь Аттилой, женщина, нам с вами предстоит долгий разговор. И ручаюсь, вам вряд ли понравятся мои слова. Давно пора, чтобы кто-нибудь взял вас в руки, — зарычал вне себя от злости Теодор, радуясь, что нашел, на ком можно сорвать гнев.