Яблоко Монте-Кристо

Донцова Дарья

– Уж извиняйте, – пробурчал Леха, – один в коридор удрал. Можно за ним пройтить?

– Конечно, – взвизгнула Николетта. – Чувствуйте себя словно дома. Тася! Тася! Тася!

– Чего? – прозвучало из кухни.

– Подай чай! – приказала Николетта. – Сервируй стол для дорогих гостей!

Я мысленно потер руки. Так, клюнуло. Сейчас маменька увидит Ричарда вкупе с чадами и домочадцами, пожелает иметь молодильных жуков, я «куплю» ей их и буду прощен.

– Вава, – вцепилась в меня Николетта, –

немедленно отвечай, только тихо, чтобы Кока не услышала! Она в гостиной сидит! Эти насекомые так помогают?

– Потрясающе.

– А как ими пользоваться?

– Легко. Поселить в аквариуме и просто наблюдать за мерзостью, то есть, прости, за молодильными жуками.

– Не вопи, – шикнула Николетта.

Но поздно, в прихожую проник крепкий запах французских духов, затем выплыла Кока.

– О каких молодильных животных идет речь? – ажитированно воскликнула заклятая подружка маменьки.

Николетта прикусила нижнюю губу, а я быстро сказал:

– Милые дамы, не переживайте, жуков хватит на всех, для нужного эффекта необходима лишь пара, а у Алексея особей намного больше.

– Чур, я первая! – воскликнула Николетта.

– Дорогая, – скривилась Кока, – хорошо воспитанные люди сначала думают о гостях.

Николетта начала розоветь.

– Милые мои! – вдохновенно воскликнул я. – Главное сейчас, чтобы Леха согласился расстаться с тара… жуками!

Склочницы замерли.

– Он может заартачиться? – с тревогой спросила маменька.

– Верно, – кивнул я.

– Но почему?

– Все народные целители очень странные, – я мигом нашел нужный аргумент.

– Точно, – подхватила Кока, – Нико, помнишь того деда из Рязани, который убирал целлюлит горячим кирпичом?

Маменька кивнула:

– Мерзкий тип! Мы ехали к нему по ужасной дороге, тряслись по колдобинам! Так он нас даже в дом не впустил! Вышла какая-то бабища в опорках и рявкнула: «Вас не примет». Ничего не помогло!

– Вот, – еще больше обрадовался я, – Одеялкин из той же породы. Еле-еле уговорил его со мной поехать.

– И сколько стоит его визит? – настороженно поинтересовалась Николетта.

Я сделал озабоченное лицо:

– Очень, очень дорого. Позволь не озвучивать вслух цену, это мой подарок тебе. Извини, Николетта, я не мог подойти к телефону, встречал целителя, уже говорил, все они почти невменяемые люди. Алексей, например, категорически не выносит телефон, вот и пришлось…

– Что ты, милый, – голосом сладким, словно мед, пропела Николетта, – экая ерунда, я приехала на такси, не платила за него, с шофером договорился дежурный по аэропорту. Ты лучше объясни, как нам сейчас следует поступить, чтобы получить молодильных жуков?

– Главное, изобразите, будто вам неизвестно, для чего они существуют, – бодро заявил я, – остальное моя

забота.

Глава 21

Не успел Леха сесть в гостиной в кресло, как Николетта ринулась к бару вытаскивать бутылку элитного коньяка, а Кока бросилась убирать с большого стола вазу с цветами.

– Которая твоя мать? – шепотом спросил Одеялкин. – Во, совсем одинаковые бабы.

– В розовом, – тихо ответил я, – худая блондинка.

– Они обе такие.

– Та, что с бутылкой.

– А вторая кто?

– Ее подружка, Кока, – пояснил я.

– Ваще, блин, – выдохнул Леха, – издали девочки, вблизи жуть!

– Чай, кому чай? – заголосила Тася, вталкивая в гостиную столик на колесиках. – Заварочка свежая, вчерашнюю, хоть она и хорошая, я вылила!

– Оставь нас, – процедила Николетта прислуге, – я лично поухаживаю за дорогими мальчиками.

Тася разинула рот и глянула на меня, я осторожно пожал плечами.

– Че, сами кипяток нальете? – не успокоилась домработница.

– Да, – каменным голосом сообщила маменька.

– Так не сумеете, обваритесь.

– Ступай прочь, – попыталась улыбнуться Кока, – мы похозяйничаем.

– Ладно, ладно, – загудела Тася, – когда лужу подтирать надо будет, кликните. Или сразу швабру принесть?

Кока застонала и прикрыла глаза рукой, Николетта, покраснев, рявкнула:

– Испарись!

Тася не спеша, вразвалочку удалилась.

– Уж извините, Алексей, никак не могу обучить бабу, – затараторила маменька, – столько лет воспитываю, но не прививается интеллигентность к дереву простонародья. Вам чай?

– Спасибочки, – кивнул Одеялкин, – с удовольствием выпью из ваших ручек.

Я отвернулся к буфету. Надеюсь, маменька не поймет фразу буквально и не станет черпать кипяток ладошкой.

– Вам какой? – продолжала ухаживать Николетта. – С лимоном? Или бергамотом?

– Лучше обычный, – пояснил Одеялкин, – мы к изыскам не приучены, простые люди, из провинции.

– Вне Москвы чистая аура, – ожила Кока, – чем дальше от столицы, тем светлее душа.

– Ваша правда, – кивнул Леха, – москвичи грубые, заносчивые и за счет деревни жируют. Не сеют, не пашут, а хлебушек едят.

Николетта с раздражением дернула плечиком, маменьке явно не пришлось по вкусу, что Одеялкин согласился с Кокой.

– А зачем вы прибыли в столицу? – спросила она. – Наверное, хотите что-то продать?

– Нет, – отмахнулся Леха, – во, коробочка, видите!

– Ой, – взвизгнула Кока, – что это?

– Алексей приехал в НИИ, – спешно ответил я, – его там изучают, это аппарат, постоянно снимающий кардиограмму.

Николетта и Кока понимающе переглянулись.

– Ясно, – хором ответили они.