Я здесь остаюсь...
Шрифт:
— Это, скорее всего мои соотечественницы — махнул рукой он в сторону изумленных девушек — я тоже примерно также сюда попал. Эй, подруги, вы кто и откуда?
— Что ты врешь, дорогой? — сомнительно прищурилась Ляна — если соотечественницы, то почему они молчат и не отвечают? Они же тебя в упор не понимают — там у тебя все такие…?
— Какие такие, Ляна, что ты хочешь у меня спросить? У нас там многонациональная планета, поэтому некоторые…
— У нас гости! — резко выкрикнул Волш, прерывая беседу и указывая куда-то в траву — потом пообщаетесь. Засуньте их во флаер, так легче будет отбиваться!
Девушек поманили, улыбнувшись, но те как будто застыли на месте и не двигались — дальше процессом знакомства занялись их партнерши, а Виктор развернулся обратно, предоставив женщинам самостоятельно разбираться между собой. С первой попытки затолкать незнакомок в аппарат не получилось —
— Кстати, как там незнакомки, ведь тоже попали под удар? — подумал Виктор и скосил голову вбок.
Пару секунд ему хватило, чтобы понять, что с ними все отлично и, скорее всего, они точно с Земли — две симпатяшки морщились, массировали макушку руками, что-то бормотали и трясли головой, но даже и не думали безвольно идти знакомиться с тварями. Одна из них случайно встретилась глазами с его взглядом, и охотник ободряюще улыбнулся ей, выставив большой палец вверх — девушки уже получили главный бонус от Версолы и теперь не пропадут. Отвернулся сразу обратно, а через пару минут пожаловали голодные гости — на этот раз их посетила парочка достаточно редких полосатых саванных тигров, причем, скорее всего матерых, если оценивать габариты одного из хищников, который величаво поднялся из травы, где лежал до этого и переводил взгляд с одного человека на другого. Второй где-то сидел рядом в засаде, поэтому Виктор крикнул напарнику о своем маневре:
— Волш, я лезу на флаер — второй где-то прячется — два матерых организма, чувствуете, как давят на мозги?
Дождавшись одобрительного возгласа от партнера, быстро вскарабкался на аппарат и там шустро сориентировался, подняв слонобой.
— Сейчас прыгнут! — снова крикнул — второй левее тебя, замаскировался, гаденыш!
Дальше все произошло быстро и жестко: слаженный залп двух «Шутахов» и двух иглострелов не дал шансов хищникам добраться до нежного мяса — твари полегли в нескольких метрах от Волша, который стоял к ним ближе всех. Тут Виктор снова ощутил на себе воздействие чужого внимания, но не сильное, а какое-то мимолетное, что ли — как будто некто его недолго изучал, а потом резко отвел взгляд.
— Волш, здесь еще кто-то, я его не вижу и не чувствую! — обеспокоенно осматривал местность охотник, но ничего не находил — и направление не могу определить!
Тут вся четверка напряглась и посерьезнела — это что-то новое, если Вик не может определить, откуда исходит опасность. А потом люди получили сильнейший удар по сознанию — Ляна и Лози вскрикнули от боли в голове и упали на колени, выронив из рук свои иглострелы, Волш еле стоял на ногах, прислонившись к своему флаеру, но оружие пока еще держал. Виктор же чувствовал себя довольно неплохо: ощущения хоть качественно оказались сильнее предыдущей пары хищников по гадливости, но кроме этого самого мерзкого копошения в голове и несильного сжатия в висках особо жаловаться ему было не на что. Охотник медленно спускался вниз с крыши флаера вниз, где беспомощно сидели на коленях две их женщины и стонали — о незнакомках внутри машины он как-то забыл — следовало занять место возле небоеспособных подруг. Тут звери дали о себе знать самым непривычным способом: они буквально проявились из ниоткуда, хотя скорее поднялись из травы, где их идеальная расцветка укрывала до этого момента.
— Радужные пантеры, вот это да! — подумал траппер, оценивая краем зрения состояние напарника — тот еще держался, но стрелять, скорее всего, не сможет.
Напарник сопротивлялся из последних сил, постепенно оседая на траву и постоянно мотая головой, отчаянно пытаясь избавиться от внушения. Виктор почувствовал, как в нем стала разгораться злость — два четвероногих организма собирались ими пообедать, его друзья уже почти беспомощны, а давление все не прекращается — сила уникальных зверей внушала уважение и одновременно распаляла в нем что-то звериное внутри.
— Ну уж нет, сегодня вы точно не пожрете! — зло прошептал траппер, наводя «Шутах-44» на ближайшего к нему зверя — сегодня у вас диета! Хоть вы и ужасно редкие и все такое, но все же вы твари — а я точно не ваш обед. Скорее сегодня у меня появятся два красивых переливающихся половичка…
Звери были откровенно великолепны: размерами как та парочка, которую они так удачно уложили несколькими минутами ранее, грациозные и убийственно неповторимые в своей невероятной по замыслу природы шкурке. Однако, и, тем
— Лучшая оборона, это нападение — подумал обреченно Вик и выстрелил в одного из зверей — Бамм!
Оружие резко толкнуло в плечо, но охотник как будто этого и не заметил, резко повернулся и снова выстрелил, на этот раз в другого зверя, успев рассмотреть результат своего первого прицельного выстрела — пол башки как ветром сдуло с такого расстояния! Бамм! Бамм! — теперь он стрелял быстро, насколько это позволял ему сам «Шутах», помня о том, что у него всего четыре боеприпаса в обойме — Бамм! Бросок элитного хищника сорвался — нарвавшись на два попадания снарядов в стиле «а ля резаная, хорошо заточенная водопроводная труба 3/4 дюйма», второй кошак зарылся мордой в траву, вернее, тем, что от нее осталось, так как один из выстрелов попал куда надо. Рев раненых зверей на секунду оглушил охотника, но не сбил с толку — бросил свой слонобой и подскочил к напарнику, подхватывая его экземпляр — но это оказалось лишним, так как звери получили фатальные раны и быстро отходили на тот свет.
— Плевать на ценные мозги, шкурки первый сорт! — нервно захихикал траппер, еще не веря в то, что он выбрался из передряги целым и без единой царапины — поверить не могу, я остался жив! Эй народ, хватит валяться на траве и изображать из себя инвалидов ментальной войны, тут работа по профилю подвалила…
Глава 13
Астрид и Хелен провели этих пять минут не дыша — мало того, что их совершенно выбили из колеи эти невиданные звери, шерсть которых так причудливо переливалась и меняла цвет, так потом эта бойня еще. По другому две блондинки не могли назвать тот короткий миг времени, за который единственный оставшийся на ногах охотник прикончил этих хищников. Они тоже испытали на себе полный набор «приятных» ощущений в мозгу, но чувствовали себя в остальном довольно сносно и с опасением и непониманием наблюдали за тем, как трое их незнакомцев повалились в траву по очереди, держась за головы — девушки слышали их стоны и неразборчивые фразы, все также непонятные. А вот четвертый человек их потом даже удивил — походил вокруг мертвых тушек зверей, что-то снова выкрикнул, пнул ногой одно из тел и вернулся к своим спутникам, все еще не пришедшим в себя. Те трое очнулись не сразу — мужчина всем принес пить и какую-то еду, скорее всего, это было мясо — и первым пришел в себя второй охотник. Немного о чем-то поговорив между собой, вернулись к неподвижно стоявшим летающим агрегатам и открыли сзади багажники — а как назвать еще место, откуда можно достать разные пакеты, емкости и различный блестящий инструмент, очень похожий на большие ножи.
Хелен постучала кулачком по дверке кабины, привлекая внимание охотников к себе — сделала несколько движений, чтобы пояснить им, что они с подругой хотят выйти наружу — двое трапперов переглянулись, перебросились парой фраз и согласно кивнули. Однако увидев ноги девушек, не которых ничего не имелось, кроме тонких носков, сразу замахали руками, остановив порыв двух беловолосых женских организмов выпрыгнуть из кабины в траву. Несколько очень понятных жестов в исполнении двух загорелых незнакомцев дали им понять, что ходить без обуви в этой траве не стоит — поэтому две подруги так и остались сидеть в открытой кабине летательного аппарата, наблюдая за действиями трапперов. Студентки поняли, что опасность миновала и только голые ноги не позволяют им почувствовать себя полностью свободными. Дальше их несколько раз стошнило, когда несостоявшиеся специалисты-естествоиспытатели осознали своим глазами методы свежевания и разделки животных и снятия шкур — к тому моменту пришли в себя и две женщины, так что общение на жестах немного отвлекло их внимание от того зрелища, что разворачивалось прямо перед их глазами.