Я вернусь
Шрифт:
Как я жалок.
До чего докатился? Разве об этом я мечтал?
Но ведь могло бы быть и хуже. В отличие от большей части группы я более-менее соображаю. А после того, как Ключ сделает свое дело, мне станет только лучше. Его голос не мог врать.
СКОРО ТЫ ИЗМЕНИШЬСЯ.
В голове словно вспыхнула звезда. Слова впечатались в сознание раскаленным железом. Скривившись, я кивнул. Затем, вытерев бороду от слюней, прижался к стене, тяжело дыша. Хотелось пить.
Шифра, мне нужна Шифра. Я позову её. А затем перед мысленным взором всплыл образ, как девушка пыталась уничтожить Ключ. Нет, её помощь не нужна.
… Существо возникает из тьмы и на коленях ползет ко мне. Внешне оно похоже на неестественно худого ребенка: живот запал к позвоночнику, на широкой груди выступают кости, а ребра едва не прорывают туго натянутую бледную кожу. Глаз и носа нет, на их месте паутина сосудов. Вместо рта — круглое отверстие, из которого вырывается низкий гул.
Существо останавливается в нескольких локтях от меня и падает на камни. При виде выступающих на спине позвонков, я морщусь.
«Убирайся!» — хочу крикнуть я, но изо рта вырываются нечленораздельные звуки…
ТЕБЕ НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ СТРАШНО.
Я скользнул взглядом по пещере. По левую сторону от меня в грязи, словно черви, копошились люди. Их разум давно потух, и теперь они мало отличались от дагенов или алахамов. Мне было их жаль, ведь когда-то я делил с ними пищу. Но время не щадит слабых.
Заметил у самой дальней стены лежащую в позе эмбриона Шифру. Дрожа, она закрывала уши руками и часто мотала головой. Словно тоже слышала голос Ключа. Хотя я сомневался в этом. Он доверился только мне, потому что я устроен иначе, чем остальные.
Я — особенный.
… Антиклея, чуть не плача, гладит по спине существо.
— Тебе его не жаль? Посмотри, как оно мучается.
Уродец обнимает свою голову и дрожит. Словно глубоко из земли доносится низкий гул. У-у-у-у. У-у-у-у. Противно.
— Ты должен спасти его.
«Почему?»
— И ты еще спрашиваешь? Хотя бы потому, что не спас… — Антиклея закрыла глаза. — Потому что не спас меня.
Я лишь киваю. Достаю из мешочка засушенные листья подземного ореха, катаю в ладони…
В ладони был песок. С отвращением высыпал на землю. Как же все это надоело! Внезапная злоба охватила меня. В бешенстве я заорал так сильно, что разболелась грудь, а Ключ раскрыл черные бусинки глаз.
НЕНАВИСТЬ — ВОТ ТВОЯ СИЛА.
Я вскочил и заметался вокруг жар-камня, словно попавший в клетку даген. В слепой ярости принялся бить по стене кулаками. Гранит маслянисто поблескивал. Почему-то от этого злость
Вдруг наступила неестественная тишина. Я оглянулся. Казалось, вся группа пялилась на меня. Люди хотели, чтобы я присоединился к оргии. Их черные провалы глаз звали меня.
СКОРО ВСЕ ЗАКОНЧИТСЯ.
… Я и Теш сидим возле яркого пламени жар-камня в одной из дальних пещер. От костра вкусно пахнет теплом и защищенностью.
— Когда это закончится? — спрашивает Теш.
— Ты о чем?
— Да обо всем. Когда мы увидим Нижний Город? Твой бог говорил о сроках нашего изгнания? Долго нам мучиться?
Я пожимаю плечами:
— Не знаю. Думаешь, мне не хочется увидеть других людей?
Бросаю в рот засушенные листья рогерса. Слюна тут же горчит, но и бодрости прибавляется.
— Я их ненавижу, — бросает Теш, нахмурившись. — Людей. Этих ублюдков, что живут в уютных домах. У них есть все — горячая еда, чистая вода. Ненавижу!
— Эй, успокойся. У нас тоже это будет. Надо просто подождать. Мы сами всего добьемся.
— Было бы здорово, если Мезармоут разрушит твой бог, Гектор. Представь, как по одному его щелчку здания разрушатся, а горожане превратятся в кровавую пыль. Я бы посмотрел на подобное зрелище.
— Не говори ерунды.
Я кладу руку на плечо старого друга. На его глазах выступают слезы.
— Я так устал, — говорит Теш. — Эти тяготы… они сжигают наши души, понимаешь?
— Может быть…
— Наверное, ты прав: я говорю ерунду. Прости. Давай забудем этот разговор.
— Хорошо, друг.
Я улыбаюсь, но уверен, что улыбка получается натянутой…
В груди закололо, и я опустил голову. Ключ нервно зашевелил лапками, бусинки глаз закрылись. По его прозрачному хвосту полилась светящаяся зеленая жидкость. Мерзкое зрелище. От отвращения я зажмурился и прислонился спиной к стене. Камень приятно захолодил кожу.
На мгновение появилась шальная мысль вытащить Ключ. Вцепиться в эластичное тельце, вырвать с хрустом присоски и хвост, выдавить мерзкие глазки и… Дальше что? Он мне помогает. Вправляет мозги, связывает воспоминания в единую нерушимую цепочку. С ним я ощущаю себя живым. Ощущаю себя целым. Но что-то все равно не так.