"Я вас любил..."
Шрифт:
— Ну, здесь ее быть не может. Пошли! — сказал Женя.
— Сейчас… Все-таки интересно, — отозвался Коля.
Звенел резкий голос преподавательницы, выкрикивающей французские названия упражнений. Ассистентки прохаживались вдоль станков.
— Вика, не сиди на бедре! — крикнула преподавательница, и ассистентка хлопнула девочку по бедру. — Люба, ты кривая! Губы не кусать, не показывать, что тебе трудно!
Женя зашептал Коле:
— Я сосчитал: на двенадцать учениц — четверо учителей, не считая той, что у рояля. Бедняжки! Нам и одной на уроке
— Вика, не тряси подъемом! Натяни его!
— У Вики все еще жесткие ноги, — сказала ассистентка, похлопывая девочку по ногам, а иногда и чуть повыше…
Коля зашептал:
— Слушай, да они их лупят!
Женя добавил:
— Я бы на месте этой Вики сейчас как…
«Проводник» обиделся:
— Они не лупят, они дают почувствовать свое тело. Чтобы оно мягкое было… Нам потом из него лепить.
— Что… лепить? — спросил Коля.
— Все! — ответил третьеклассник.
Женя приоткрыл дверь другого класса. Здесь занимались выпускники.
— Дуэтный танец… — объяснил «проводник».
Вел урок стройный пожилой мужчина в спортивном костюме. У него не было ассистентов. Упражнение, которое сейчас разучивали, заключалось в том, что девушка с разбега должна была прыгнуть и очутиться на плече у юноши. Юноша тотчас же уносил девушку. Преподаватель громко считал под музыку, приговаривая:
— Раз, два, три… Сделал — унес! Раз, два, три… Сделал — унес!
Одна из девушек прыгнула неудачно.
— Раз, два, три… — считал преподаватель и в момент неудачного прыжка крикнул: — Не сделал — все равно унес!
Девушка, сидевшая где-то на ухе у юноши, приняла грациозную позу, и юноша, пытаясь улыбнуться, унес ее.
Коля и Женя давились от сдерживаемого смеха.
— Так, — похвалил преподаватель неудачливую пару, — молодцы! Привыкайте — сцена!
— Здесь ее тоже нет, — сказал Женя. — Пошли дальше!
Блуждая по коридорам училища, мальчики наткнулись на какую-то маленькую дверь. Осторожно приоткрыв ее, ребята проникли на хоры огромного зала, в котором урок хореографии еще не начался.
Позиция для наблюдения оказалась прекрасной, и все трое, прячась за точеными перилами, смотрели в зал.
Возле фортепьяно аккомпаниатор и преподавательницы совещались о чем-то, а девушки собрались в кружок у противоположной стены. Некоторые из них «разогревались», проделывая специальные движения. Другие шаркали туфельками по дощечке с канифолью. В центре этого кружка девушка, в которой сразу можно было узнать нашу знакомую, танцевала твист в невероятном сочетании с чечеткой. Она даже задергала плечами «по-цыгански», и это у нее получилось очень здорово.
— Она, — сказал Женя. — Гляди, нашего Жорку передразнивает. Ни-че-го!
Преподавательница посмотрела в сторону девушек и некоторое время наблюдала за происходящим. Потом она захлопала в ладоши. Девушки заняли свои места у станков.
— Стоило мне отвернуться, и у вас бог
— Я, — сказала избранница Коли и Жени. И тут ее взгляд упал на хоры. На лице девушки промелькнули изумление и испуг.
Ребята подбадривающе улыбнулись.
— Ах, ты к тому же еще и дежурная? Почему пол не полит?
— Я поливала, — сказала девушка растерянно. — Сегодня жарко.
— Сейчас же полить еще раз.
Девушка взяла лейку и принялась поливать пол.
В училище поливка пола — ритуал, выполнять который следует по строго заведенным правилам.
Балетным шагом, на полупальцах, девушка двигалась по кругу, производя лейкой какие-то замысловатые движения. Но преподавательницу это не удовлетворило.
— Как надо пол поливать? — строго спросила она. — В первом классе не научилась?.. Лена Масловец! — вызвала учительница другую девушку.
— Все-таки не Масловец! — обрадовался Коля.
— Покажи Наде Наумченко, как надо поливать пол! — продолжала учительница.
— Значит — Надя? Будем знакомы! — прошептал Женя.
Лена отобрала у Нади лейку и стала проделывать те же движения, но с более подчеркнутой «балетностью».
Оставшись без дела, Надя опять посмотрела на ребят. Те мимикой и жестами изобразили: «С кем не бывает? Плюнь и не обращай внимания. Что, мы не знаем учителей?»
Надя отвернулась.
— Спасибо, Лена. Можешь стать на место, — сказала преподавательница. — Надя, где твой пояс?
Последовала мучительная пауза.
— Я… он, наверно, в гардеробе. Разрешите сбегать?
— Нет, надень мой.
Преподавательница сняла с себя пояс.
Надя долго пыталась его надеть. Очевидно, у нее дрожали руки.
— Что ты копаешься?
— Он мне… велик… — ответила Надя.
Все Надины подруги опустили головы. Лена Масловец усмехнулась. Женя хихикнул и толкнул приятеля локтем. Но Коля не шелохнулся. Ему было не до смеха.
— Велик? — Преподавательница помолчала. Потом она сказала спокойно: — Проделай в нем новую дырочку… Ничего, ничего, не бойся. — Ее голос почему-то стал значительно мягче. — Да смотри, чтоб в моем возрасте не пришлось проделывать с другой стороны. Ну-с, Лена, Надя… Чем мы занимались в прошлый раз?
Девушки вышли на середину зала. Искоса поглядывая на стоявших у станков подруг, они ждали музыку. Кто-то из подруг сделал движение ногой.
— Не подсказывать! — сказала преподавательница.
Зазвучала музыка. Девушки исполнили сложный комплекс фигур. На неискушенный взгляд могло показаться, что они танцевали с одинаковым блеском. Но, когда упражнение было окончено, учительница спросила учениц, стоявших у станков:
— Кто, по-вашему, лучше?
По заведенному в классе обычаю, каждая из девушек должна была встать за той, чье исполнение ей больше понравилось. И вот она начала выстраиваться, эта живая диаграмма. За Леной Масловец сразу стали несколько девушек. Другие колебались. Какая-то очень высокая девушка перебежала от Нади к Лене.