Я в любовь нашу верю...

Selia Meddocs

Пока она произносила эту речь, остальные девушки успели обратиться в воительниц и теперь стали плечом к плечу с Венерой, закрывая своими телами Сейлор Мун. Хмель моментально вылетел из голов Сейлоров, и теперь девушки были готовы атаковать генерала при первой же возможности.

Однако Кунсайт даже бровью не повел. Весь вид его выражал нарочитое спокойствие и небрежность. Это слегка удивило сенши, но не охладило их пыл. Может, это обманный маневр?

— Спокойно! — темный лорд поднял руки в примирительном жесте. — Если бы я хотел убить вас, то не явился перед всей

толпой. Врагов лучше уничтожать поодиночке, — ухмыльнулся он. — К тому же, я пришел поговорить не с тобой, Венера, а с Сейлор Мун.

— Говорить тут не о чем, — решительно ответила бывшая глава Внутреннего Круга. — Ты ничего не получишь.

— Я не буду просить вас отдать кристаллы, — с некой ленцой в голосе продолжил Кунсайт, пропуская мимо ушей реплику Венеры. — Вместо этого я сам принес вам недостающие два.

— Что? — хором осведомились воительницы, не веря услышанному. В словах лорда им чудился явный подвох.

— Ты блефуешь, — выплюнула Марс, чувствуя, как огонь рвется из сжатых в кулаки ладоней.

— Отчего же? Я вполне серьезен. В противном случае я бы уже атаковал. Не находите? — хмыкнул генерал. Увидев, что его доводы приняты, он продолжил излагать свои мысли, переходя к самой важной части повествования. — Разумеется, я сделаю это не просто так.

Юпитер закатила глаза и посмотрела на Венеру, словно пытаясь сказать: «Ну вот же, что и требовалось доказать!..»

— И чего же ты хочешь? — робко подала голос Меркурий.

— Вы поможете мне убить Берилл.

Воцарилась гробовая тишина. Воительницы переглянулись и с недоверием уставились на Кунсайта:

— Что-о-о? — протянула Венера, скорчив презрительную мину. — Для чего? Зачем тебе это нужно? Если это очередная ловушка, то…

— Да, Берилл моя цель, — раздраженно прервал девушку генерал. — Не вы, а она! Королева убила моего единственного друга, и я хочу отомстить ей, — при воспоминаниях о Зойсайте глаза Кунсайта влажно заблестели, но, прежде чем воительницы успели увидеть его слабость, моргнул. Теперь там отражались лишь боль и ненависть.

Он запустил руку в карман и вытащил оттуда два радужных кристалла. Немного подержав их в руке, словно не желая расставаться с сокровищем, он положил осколки на пол и подтолкнул в сторону сенши.

Эндимион, незримо присутствовавший при сделке, напрягся. Он знал, что у воительниц теперь есть все семь кристаллов, чтобы возродить Серебряный, и теперь всего один шаг отделяет их от этого. Кристаллы лежали, переливаясь всеми оттенками фиолетового и красного, и Сейлор Мун, решительно протиснувшись сквозь строй подруг, подняла их. Кунсайт, в свою очередь, не сделал ни одного жеста или движения. Лунная воительница заключила с ним сделку в тот момент, когда подняла кристаллы.

В тот же момент, когда Красный и Фиолетовый осколки оказались в руках у Сейлор Мун, произошло невероятное. Кристаллы завибрировали и накалились, словно нагретые в печи. Воительница вскрикнула и выронила их, но, к всеобщему удивлению, камни не упали, а зависли в воздухе, что в одно мгновение стал густым, точно кисель. Атмосфера вокруг накалилась, каждый вдох давался с трудом. Из сумочки

Усаги, небрежно брошенной в кресле, мягко мерцая и вибрируя, вылетели остальные пять кристаллов и подплыли к тем двум, что уже парили в воздухе.

Зрачки Кунсайта расширились, обратившись в два бездонных колодца. Он и предположить не мог, что у воительниц все это время радужных осколков было больше, чем полагала Берилл. Теперь, с замиранием сердца, лорду оставалось наблюдать за грандиозным зрелищем — рождением Серебряного Кристалла.

Кристаллы были точно живые. Вибрируя и паря над головами присутствующих, они будто бы чувствовали друг друга и, повинуясь древним законам, начали притягиваться, сливаясь в один ослепительно-белый шар, на который было невозможно смотреть.

Но на этом чудо не закончилось. Метаморфозы, коснувшиеся радужных кристаллов, затронули и Сейлор Мун. Едва сияние, исходящее от слившихся воедино осколков коснулось ее, как всю девичью фигуру окутала серебристая дымка. Сейлор воины замерли с бешено бьющимися сердцами, глядя, как из этого легкого тумана проступают полупрозрачное белоснежное платье — легкое, точно лепесток эдельвейса, и локоны тонких белокурых волос, собранных в два длинных хвоста, ниспадающих до пят. Нежная кожа девушки казалась полупрозрачной и словно светилась изнутри.

— Принцесса Серенити! — одними губами прошептали воительницы, глядя на хрупкое, неземное существо, что парило в воздухе, едва касаясь пола кончиками пальцев. Казалось, что одного дуновения ветра должно было хватить, чтобы принцесса улетела вместе с первым же порывом.

Серенити открыла глубокие синие глаза и протянула тоненькие руки к сверкающему шару, заключая его в ладони. Источаемый свет не стал глуше — наоборот, усилился, вспыхнув единым мигом, заставив Кунсайта прикрыть глаза. Всем же прочим сияние не причинило никакого вреда — оно словно согревало, касаясь сокровенных струн души.

Когда принцесса убрала руки, в воздухе парил, переливаясь всеми цветами радуги, прелестный хрустальный цветок лотоса. Кристалл распространял вокруг себя теплое серебристое сияние, очаровывая всех вокруг. От артефакта невозможно было оторвать взгляд — он так и манил к себе, притягивая все внимание.

Кунсайт был поражен. Глядя на свершившееся у него на глазах чудо, он невольно сделал шаг вперед, протягивая руки. Тысячи мыслей одним махом промелькнули у него в голове. В этих хрупких, прозрачных гранях лорд увидел спасение для себя, погибшего Зойсайта и Темного Королевства. В хрустальных лепестках волшебного лотоса скрывалась невиданная сила, способная перевернуть весь мир.

Однако, стоило Темному Генералу приблизиться к Серебряному Кристаллу на расстояние вытянутой руки, как артефакт завибрировал и засиял еще ярче, будто бы предупреждая о том, что дальнейшие действия Кунсайта не обернутся ничем хорошим.

Девушки, в том числе и Серенити, встревожились, переводя взгляд с Темного Лорда на Кристалл. Венера хотела было предупредить его, но крик словно застрял в горле. Эндимион, тоже почуявший неладное, материализовался из тени и сделал шаг вперед, вытянув руку.